— Что делать? Я пробежал вокруг дома. Ни души! — накинулся на жену Женя.
— Я схожу к соседям, а ты сделай еще круг. Позови ее. Может, она играет где-то неподалеку.
Валя безуспешно опросила соседей и вернулась к мужу, на котором не было лица.
— Что она говорила? — спросила у него Валентина. — Что она тебе говорила последним?
— Господи Боже, — пробормотал Женя. — Она говорила о Кристине...
Две мамы (5)
Валентина резко съехала на обочину и заглушила мотор. Повернулась к дочери и хрипло переспросила:
— Как ты меня назвала?
Маша удивленно посмотрела на маму.
— Никак, мам. Я молчала.
Волосы на руках Валентины встали дыбом. Она схватилась за голову и помассировала виски. Она что, сходит с ума?
— Ты плохо себя чувствуешь, мамочка? — с сочувствием спросила Маша.
Валентину растрогала забота дочери. Она ласково погладила Машеньку по плечу.
— Нет, милая. Мамочка в порядке. И мы едем веселиться! Куда хочешь?
День прошел хорошо. Валентине даже на какое-то время удалось отогнать неприятные мысли о Кристине и о том, как наладить отношения с Женей.
Они с Машей вернулись домой под вечер, довольные и смеющиеся. Вчерашняя ссора забылась, и Валентина чувствовала, что ей всё по плечу. Женя, слава Богу, был дома. В фартуке. На плите стояла сковорода, от которой исходил такой аромат, что слюнки текли. К их приходу Женя приготовил свое коронное блюдо – нажарил картошки.
— Мои девочки вернулись! — радостно сказал Женя и по очереди обнял каждую.
Валентина сочла это добрым знаком. Долго не выпускала мужа из объятий. А потом поцеловала. Так, чтобы он понял, как сильна ее любовь.
Они играли в монополию до поздней ночи, и Машенька забылась крепким сном во время второй партии. Женя подхватил ее на руки и понес в детскую. В это время Валентина полетела в спальню, чтобы облачиться в струящуюся шелковую ночную сорочку, которая выгодно подчеркивала и без того привлекательную фигуру женщины.
Женя вошел в спальню с задумчивым выражением лица.
— Я должен тебе что-то сказать, — пробормотал он. — О Кристине.
Валя, точно кошка, бесшумно подкралась к мужу и обвила его шею руками.
— Давай не будем говорить о ней сегодня, — прошептала она. — Хочу, чтобы этот день принадлежал только нам.
Женя был не против. Он с жадностью ответил на поцелуй жены и повалил ее на кровать.
— Ты ведь не думаешь о ней сейчас, правда? — Валентина лежала на спине и слушала размеренное дыхание мужа.
Он ничего не ответил, если не считать за ответ непонятное мычание. Валя улыбнулась и осторожно погладила его по щеке. Женя уже спал сном младенца. В эту ночь и Валентина наконец-то выспалась.
Луч солнца, пробившийся в щель между занавесками, угодил Вале в глаз. Она сладко потянулась и похлопала рукой по простыне рядом. Женя проснулся раньше. Если прислушаться, можно было уловить звуки голосов: Машенька тихонько переговаривается с папой. Сидят на кухне.
Валентина быстро приняла душ, почистила зубы и спустилась к родным. Они уже накрыли на стол. Воскресенье тоже пройдет отлично, подумалось Вале. Теперь у них все будет хорошо.
И первая половина дня, действительно, прошла чудесно. Валентина, Женя и Маша со стороны были похожи на счастливую семью из журнала. Они сходили на детскую площадку, покормили белок в парке неподалеку, а, вернувшись домой, устроили семейный просмотр старых мультфильмов. Затем пообедали и стали все вместе печь шоколадное печенье.
Когда последний противень оказался в духовке, Валентина с ужасом осмотрелась. Повсюду какао, куски липкого теста на скатерти, на микроволновке и даже почему-то на стене. Мука рассыпана по полу. В раковине столько посуды, как будто у них намечается светский прием.
Валентина скосила глаза. Женя и Маша что-то оживленно обсуждали в сторонке. Валя тепло улыбнулась и принялась за уборку. Вскоре к ней присоединился и муж.
— Машка выказала желание поиграть в одиночестве, — смешно поиграв бровями, сообщил он и потянулся к колонке, чтобы включить музыку.
— Здорово, что иногда ей нужно время для себя, — отозвалась Валентина. — А куда ты, кстати, вчера пропал?
— Ездил повидаться с другом, — хмыкнув, сказал Женя и нажал на «плей».
Из колонки заиграла их песня. «I will survive». Та самая, что звучала на фоне, когда они разговорились на новогодней вечеринке.
Женя от нее балдел, а вот Валентина лишь делала вид, что песня ей нравится. На самом деле внутри все сжималось, и сердце ускоряло темп. Валя будто бы снова переживала этот момент. Миг, когда она предала сестру.
— Представляешь, она сама включилась! — перекрикивая музыку, удивился Женя. — Я ставил другую песню! Но так даже лучше, да? Это же наша!
Валентина приказала губам улыбнуться и кивнула. Она остервенела терла тарелку губкой. И, когда песня закончилась, облегченно выдохнула. Но радовалась недолго, потому что та зазвучала заново. Женя, нахмурив брови, тыкал пальцем в экран телефона.
— Что-то заело, — сказал он. — Ну ладно, этот шедевр можно слушать бесконечно!
Валентина была не согласна, но промолчала. Однако не сдержалась, когда песня началась в третий раз.
— Переключи, пожалуйста, — взмолилась она.
— Не могу, — отозвался Женя.
— Выруби ее! Сейчас же!
Женя с напряженным выражением лица что-то делал в телефоне. Валентина пальцами с мыльной пеной схватила колонку и нажала кнопку выключения. Музыка стихла. Сердце Валентины стучало так, что, казалось, вместе с ним содрогается весь дом.
Прозвучал таймер духовки. Валентина сделала глубокий вдох.
— Сходи за Машенькой, — попросила она мужа, надевая варежку-прихватку.
Женя кивнул и вышел их кухни. Вернулся запыхавшимся почти сразу же. Валентина успела лишь достать противень и установить на подставку для горячего.
— Ее нет! — выпалил Женя.
— Ну, ничего, — пожала плечами Валя. — Сейчас выйдет из туалета, и…
— Нет, ты не поняла. Маши нет! Ни в ванной, ни в туалете, ни в спальне. Ее нет в доме вообще!
— Во дворе смотрел? — насторожилась Валя. — Может, она что-то крикнула, а мы не слышали из-за музыки?
Женя кинулся к двери. Валя бросила прихватку прямо на пол и последовала за ним. Внутри разрасталась паника, но Валентина изо всех сил старалась заглушить ее.
— Что делать? Я пробежал вокруг дома. Ни души! — накинулся на жену Женя.
— Я схожу к соседям, а ты сделай еще круг. Позови ее. Может, она играет где-то неподалеку.
Валя безуспешно опросила соседей и вернулась к мужу, на котором не было лица.
— Что она говорила? — спросила у него Валентина. — Что она тебе говорила последним?
— Господи Боже, — пробормотал Женя. — Она говорила о Кристине. Я не хотел тебя тревожить, поэтому не рассказал, всё ведь было так хорошо.
— К делу переходи! — нетерпеливо прикрикнула Валентина. — Что она задумала на этот раз?!
— Речь шла о каком-то сундуке или о кладе… Что-то в этом роде. Ты куда?!
Валентина широким шагом двинулась вперед по газону. Женя зашагал за ней.
— Ты что-то поняла? — спросил он на ходу.
— Какого друга ты ездил проведать? — сверкнув глазами, поинтересовалась Валя.
— Какое это сейчас имеет значение?
Женя явно испытывал раздражение.
— Самое прямое, — поморщилась Валя. — Ну и? Ты ведь у нее был, да?
Женя стиснул зубы и потер ладони о спортивные штаны.
— Да, я был на кладбище. Что с того?
— И часто ты ездишь «навестить друга»?!
— Каждую неделю! — заорал Женя. — Я езжу к ней каждую чертову неделю! Как ты можешь устраивать скандал на ровном месте, когда у нас дочь пропала?!
Валентина посмотрела на него с такой ледяной яростью, что Женя споткнулся о собственную ногу и едва не упал.
— Да поэтому она и пропала, — на удивление тихо сказала Валя. — Потому что ты не можешь отпустить Кристину. До сих пор не можешь. Кристина преследует нашу дочь из-за тебя!
— Ты знаешь, где Маша или нет? — подавив нахлынувшую злость, спросил Женя.
— Я точно знаю, где она.
Они обнаружили Машу недалеко от озера. Под высокой раскидистой одинокой березой. Там, где когда-то четырнадцатилетние близняшки, Валя и Крис, зарыли сундучок с посланиями друг для друга. Своеобразная капсула времени, о которой Валентина и думать забыла.
На этот раз родители ругать дочь не стали. Зато обнимали так, что у Маши заболели ребра. Затем Женя выпрямился во весь рост, заправил за ухо жены выбившуюся прядь волос и тихо-тихо сказал, чтобы Машенька не услышала:
— Мне сложно поверить, что Кристина еще среди нас. Но, если это возможно, она, Валь, здесь только из-за тебя.