— Мамочка! Папочка! Скорее идите сюда!
Валентина примчалась первой и с бешено колотящимся сердцем остановила взгляд на радостном лице дочери.
— Что? Что случилось?
Машенька указала подбородком на зеркало и просияла:
— Она снова приходила! Кристина! Это сделала она. Сказала, вам понравится!
Две мамы
— Ты ничего не хочешь мне сказать?
Валентина встретила мужа ледяным взглядом и вопросом, от которого не жди ничего хорошего. Женя даже не успел снять пальто.
— В чем дело, Валь? — с неподдельным недоумением спросил он и потянулся, чтобы привычно поцеловать жену в щеку, но она отпрыгнула от него в сторону.
Валентина накручивала себя еще с ночи. С момента, когда она обнаружила на кухонном столе рисунок дочери. Но наброситься на мужчину с вопросами не получилось: Женя уже спал. Валентина помялась с листком бумаги в руке возле кровати со спящим мужем и решила все-таки дождаться утра. Сейчас она об этом жалела. Женя ушел на работу раньше обычного. Когда она распахнула глаза, его уже не было.
За целый день Валентина совсем извелась, и теперь ее нервы были на пределе.
— Ты разувайся, — с максимальным спокойствием сказала она. — И пальто снимай. Давай-давай.
Обескураженный Женя стянул пальто и хотел повесить на крючок, но Валентина выхватила его, повернулась спиной к мужу и попыталась незаметно понюхать воротник. Пахло сыростью, за окном накрапывало. Придраться не к чему. Хотя, с другой стороны, с чего она взяла, что запах другой женщины останется на пальто? Осматривать нужно рубашку!
Женя тем временем стаскивал ботинки и следил за странными манипуляциями жены растерянным взглядом. Ну да, Валя периодически чудила, но обычно он находил в этом даже какое-то очарование. Сегодня как-то не выходило.
— И рубашку снимай, — выдала Валентина.
Женя вздохнул.
— Может, объяснишь, зачем ты обнюхиваешь мою одежду? Ты же знаешь, я давно бросил курить.
«Лучше бы пахло папиросами, — подумала Валентина, стиснув зубы. — И смотри ж ты, ведет себя как ни в чем не бывало!»
Валентина отправилась на кухню, уселась на стул, передумала, вскочила на ноги, растерла лицо ладонями. В таком виде ее и застал Женя. Без лишних слов Валентина прокатила к нему по столу рисунок Маши. Женя поднял листок и принялся с интересом изучать картинку.
— Вот так Машенька видит нашу семью, — воркующим голоском поведала Валентина, но чем больше она говорила, тем сильнее менялась интонация ее голоса. — Посмотри-ка. Вот Машенька, посередине. Рядом мамочка. Папочка по другую руку. А рядом с ним… — Валентина сделала многозначительную паузу и наконец дала выход всем эмоциям: — КАКАЯ-ТО БАБА!
Женя еще немного посмотрел на рисунок, затем перевел задумчивый взгляд на жену, а потом… улыбнулся! Валентина ждала чего угодно, только не этого!
— Ну, ми-и-лая, — покачал головой Женя, его улыбка становилась шире. — Ты правда подумала…? Ох, ну ты даешь.
Валентина от негодования разинула рот.
— Ты у Машки спрашивала, кто это? — поинтересовался Женя, откладывая рисунок.
Валентина отрицательно мотнула головой. Слова все еще не приходили.
— Машуля! — позвал Женя. — Подойди, пожалуйста!
— Ой, папочка! — Маша влетела на кухню и бросилась обнимать отца.
— А расскажи-ка нам с мамой, что за тетеньку ты нарисовала на нашем семейном портрете?
— Это? — Маша ткнула пальцем в незнакомку. — Так это же тетя Кристина! Пап, пойдем поиграем!
По позвоночнику Валентины побежали мурашки.
— Какая тетя Кристина? Откуда ты ее знаешь?!
Маша надула губки, удивленная реакцией мамы. Женя погладил дочь по руке, с укором глядя на жену.
— Она приходила вчера. Вы уже спали.
— Что? — одними губами спросила Валентина.
Женя подхватил дочь на руки. Переглянулся с женой.
— Что эта тетя делала? Расскажи мне, милая.
— Играла со мной. Говорила, что она, — девочка задумалась, — сестра мамы.
Валентина побледнела. Сестра. У нее, действительно, была сестра-близнец. Но она умерла еще до рождения Машеньки. Плохо перенесла сложную операцию.
— Какая она? — бесцветным голосом спросила Валентина.
— Красивая, — отозвалась дочь, — как ты, мам. Только волосы длиннее. И родинка вот тут.
Маша прикоснулась к своей щеке. Лицо Валентины исказил ужас. Она схватилась за спинку стула, чтобы удержаться на ногах. У Кристины и правда была родинка ровно в том месте, что указала дочь.
— Пойдем-ка поиграем, милая, — Женя опустил дочь на пол, взял за руку и повел в детскую.
Валентина упала на стул и закрыла лицо руками. Как в такое можно поверить? И как НЕ поверить?
Женя заглянул на кухню, когда Машенька отправилась в ванную чистить зубы.
— Ну чего ты распереживалась? — он присел рядом, положил теплую ладонь на плечо Валентины и шутливо заметил: — Зато ты убедилась, что у меня нет никого на стороне.
— По-твоему, это смешно? — хмуро спросила Валя. — Маша видит Кристину в нашем доме, а ты решил пошутить?!
— По-моему, это игра воображения. Машка где-то увидела ее фотографию, вот и выдумывает всякое.
— Да нет этих фотографией! Я все сожгла, удалила, уничтожила! Маша не могла их видеть! И знать о моей сестре тоже не могла!
Женя тяжело вздохнул и натянул на лицо улыбку.
— Не надо так волноваться. Значит, она увидела кого-то похожего, а имя – просто совпадение. Дети много фантазируют, Валь. В этом нет ничего особенного. Прости, но ничто не сможет меня убедить в том, что по нашему дому бродит призрак. Все-таки мы живем не в фильме ужасов.
В этот момент из ванной донесся громкий возглас Маши.
— Мамочка! Папочка! Скорее идите сюда!
Валентина примчалась первой и с бешено колотящимся сердцем остановила взгляд на радостном лице дочери.
— Что? Что случилось?
Машенька указала подбородком на зеркало и просияла:
— Она снова приходила! Кристина! Это сделала она. Сказала, вам понравится!
Валентина медленно подняла глаза. На зеркальной поверхности был улыбающийся смайлик, выведенный трехцветной зубной пастой. Валентина подавила желание завопить во все горло.
— Дочь, может, хватит выдумывать? — вмешался Женя, стоящий в коридоре. — Это уже слишком.
Маша обиженно посмотрела на него и нахмурила бровки.
— Я не выдумываю. Это правда!
— Что еще она сказала? — сглотнув, спросила Валентина, присев на корточки рядом с дочкой.
Лицо Маши снова озарила улыбка.
— Что она еще вернется. И что мне очень повезло. Потому что у других детишек только одна мама, а у меня теперь целых две!