Жизнь Вареньки Тумановой напрочь была связана с этой семьей. Богатые, зажиточные Софья Павловна и Борис Дмитриевич Лисицкие держали Варю в прислугах с тех пор, как умерла ее матушка, Елизавета Никитична, верой и правдой прослужившая этой семье добрых тридцать лет. Теперь ее место заняла Варя шестнадцати лет от роду, очень правильная, воспитанная в любви и строгости девушка.
Кто был ее отец? Об этом старались в доме не говорить. Давно забытая история мимолетной любви одного повесы, который в свое время наведывался в усадьбу Лисицких на правах друга, чтобы поохотиться и провести пару-тройку дней в приятной компании. Он и влюбился мимоходом в их служанку Лизу.
Сначала отнекивался от совершенного им греха, но затем вдруг сказал, что готов все исправить. Лисицкие из собственного благородства и жалости не выгнали свою служанку на улицу, наоборот, оборудовали по-хорошему ее каморку, установили в ней детскую люльку и разрешили Лизе воспитывать народившуюся дочь в их доме, отказав при этом бывшему приятелю посещать их. Только в случае, если он женится на Лизе.
Лиза в слезах поделилась с добродушной Софьей Павловной, что Семён Георгиевич взял ее силой, а она не посмела кричать, чтобы не разбудить весь дом.
Избегая позора в городе, незадачливый кавалер согласился было взять в жены Лизу, обговаривал это с Лисицкими. Софья Павловна в приватной беседе сообщила своей служанке о его намерениях, но Лиза не согласилась! К огромному изумлению всех участников этой драмы.
– Я никогда не смогу полюбить этого человека. Он жесток и груб. Я хочу остаться у вас. Позвольте мне, не гоните, - в слезах умоляла она свою хозяйку. – Буду служить верой и правдой. А он, боюсь, выгонит меня с ребенком на улицу, когда надоем совсем. Мало ли таких случаев?
Сжалились Лисицкие, настаивать не стали. А Семён Георгиевич, оскорбленный отказом, больше никогда не появлялся в их доме. Позже стало известно, что он и вовсе покинул свой дом, оставив его на престарелых родителей, и подался в Санкт-Петербург.
Так началась эта история в далеком 1899 году. Лиза переживала свой позор в одиночестве. Борис Дмитриевич будто перестал ее замечать, но не бранил и из дома не гнал.
Софья Павловна наняла временно еще одну служанку, чтобы Лиза смогла больше времени уделять ребенку. Но вскоре в доме разразился скандал, после чего новую служанку пришлось попросту выгнать. Выяснилось, что подворовывала она и даже была поймана за руку.
Вареньке на ту пору уже год исполнился, и Лиза снова приступила к своим обязанностям в полную силу. Девочка росла спокойной, много внимания к себе не требовала. И хозяйская дочь Антонина, которой на ту пору было уже пятнадцать лет, с удовольствием занималась с ней. Родители не запрещали. Повезло Лизе на своих благодетелей, ничего не скажешь!
Но когда Вареньке самой исполнилось шестнадцать, Лиза занемогла и холодной морозной зимой ее не стало. Похоронили, помянули. Варя затаилась в себе, горе есть горе.
Долгие вечера просиживала в каморке, где они жили с мамой. Правда, называла ее «светелкой», так как в комнате имелось окно в сад. Вот около него она и читала часами романы, пока не догорит свеча. Девушка на тот момент была уже обучена грамоте и читать страсть как любила.
Но на нее уже возложили обязанности по дому, которые раньше выполняла матушка, пришлось брать себя в руки и приниматься за работу. Антонина, хозяйская дочка, вышла замуж за сына купца Матюшина и съехала из дому.
Остался лишь сын Лисицких Илья, серьезный молодой человек, в которого хорошенькая Варенька была тайно по-детски влюблена. Но эти мысли и чувства она гнала, чтобы не выдать себя. Запрятала свою наивную любовь глубоко в душе .
Она помнила, как Антонина занималась с ними двумя науками, пока строго отца не было дома. Илья был весьма привлекательной внешности и доброго нрава. Вскоре он окончил лицей, и его, в отличие от Вари, ждало светлое будущее. Ее же будущее было весьма неопределенным.
Но тут в стране произошли серьезные перемены: к власти пришел пролетариат. Все семейство Лисицких подалось в бега. Как им удалось покинуть страну, забрав с собой все самое ценное, Варя не знала. Осталась одна в этом большом доме, но дальше своей светелки и кухни никуда не выходила.
А вскоре дом заселили семьями, поделив его на отдельные квартиры. Правда, к счастью, Варю не выгнали. Только вот деньги, которые ей оставили Лисицкие на временное пропитание, кончались. Нужно было искать работу. А что она могла? Кроме уборки дома ничего. Пришлось наняться в местный госпиталь уборщицей.
Трудно было. Работа грязная, порой непосильная для худенькой полуголодной девушки. Но зато у нее теперь был свой заработок, а деньги без труда не даются.
Неожиданный поворот
Варя трудилась в госпитале, не жалуясь на судьбу, хотя усталость порой валила с ног. Её светелка в бывшем доме Лисицких стала её убежищем, где она все так же коротала вечера за книгами, которые остались у нее после отъезда хозяев. Жизнь текла размеренно, но в один из холодных вечеров 1920 года всё изменилось. Варя получила странное письмо.
Здравствуй, Варвара,
Ты вряд ли знаешь обо мне, мы не знакомы. Твоя матушка Лиза когда-то отвергла мою руку, не согласилась стать женой мне, и я несу тяжкий груз вины за прошлое. Я не смею просить прощения, но хочу исправить хоть малую часть содеянного. Найди дом на улице Пряничной, 7. Нам очень нужно поговорить.
С глубоким сожалением,
Семён Георгиевич Белявский
Сердце Вари замерло. Семён Георгиевич — тот самый человек, чьё имя в доме Лисицких произносили с презрением. Её отец. Она почувствовала, как гнев и любопытство борются в её душе. О чем им говорить? И почему сейчас, спустя столько лет?
Варя долго не решалась отправиться на Пряничную улицу. Но письмо не давало покоя, и эта просьба незнакомого ей человека о встрече будоражила душу. Наконец она решилась. Дом номер 7 оказался старым, но ухоженным особняком, окружённым высоким забором.
Постучав в дверь, она встретила пожилую женщину с добрыми, но усталыми глазами. Та представилась Марфой Ивановной, экономкой Семёна Георгиевича.
Она проводила Варю, к отцу. Седой совсем, с исхудавшим лицом мужчина сидел в кресле у окна, закутанный пледом. В доме раздавался какой-то шум, детская беготня, отчего Варя с удивлением оглянулась вокруг.
– Это жильцы, Варвара. Половина дома заселена семьями, родителям осталась только эта часть. А я в Петербурге все потерял после революции, вернулся к ним. Да и похоронил одного за другим, сначала матушку, потом отца.
– Мне очень жаль, - ответила Варя, стоя напротив и взирая на мужчину сверху. – Мама тоже умерла пять лет назад…
– Знаю, знаю… затем и позвал. А ты красавица, вся в нее, - сказал он вдруг, внимательно рассматривая Варю.
– У вас ко мне какое-то дело? – прервала она этот разговор, который больно ранил сердце. Мысли о маме всегда вызывали в ней это горькое, щемящее чувство.
– Да, ты права, Варвара. К делу. Видишь ли, мои дни тоже сочтены, как ни прискорбно это признать. Так получилось, что я провел остаток жизни в одиночестве. Супруга была, но после революции умчалась в Париж со своим кузеном. Ни слуху, ни духу от нее.
Варя жестом выразила нетерпение, хотя всячески старалась его скрыть.
– Вы меня простите Христа ради, но мне в госпиталь на работу нужно. Что вы хотели мне сказать или попросить чего?
– Да-да, не смею задерживать. Хочу только эти полдома тебе отписать. Будете тут жить с Марфой. Знаю, что ты в одной комнатушке ютишься. Вот тебе адрес моего поверенного в делах, он юрист. Знает, как и что сделать. Навести его и оформи все до моей кончины. Иначе и дом пропадет, и Марфа Ивановна окажется на улице, а ей за шестьдесят уже. Согласна, Варенька?
Так судьба повернулась к Варваре своей неожиданной стороной. Согласие она дала не сразу. А потом вспомнила свою маму, которая когда-то отказала этому несчастному в милости, не согласилась соединить с ним жизнь. Почему? Наверное не любила.
«Но есть же я, значит было между ними чувство?» - размышляла Варвара, не знавшая подробностей их мимолетных взаимоотношений. «Надо соглашаться. Что я теряю? Свою светелку? Так мне другого ничего и не светит, коли замуж не пойду. А за кого идти? Кто меня, уборщицу безродную, возьмет?»
Всю ночь не спала Варенька, ворочаясь в своей постели. А к утру решение пришло: нужно соглашаться.
Семёна Георгиевича они с Марфой Ивановной похоронили через месяц после оформления дома на нее. Да еще и сбережения кое-какие от ее несостоявшегося отца ей перепали: немного денег и шкатулка с драгоценностями его матери.
Такой милости от судьбы Варя не ожидала. Она тут же поступила на курсы медсестёр, время и деньги теперь позволяли ей выучиться, не утруждая себя работой. После учебы вернулась в госпиталь, приняли ее с радостью. Жизнь приобрела совсем другие краски и очертания.
Варенька похорошела, и будто крылья выросли за спиной! А тут еще одна радость!
Как-то вечером сидят они с Марфой Ивановной, чаевничают. Та пирог испекла с яблоками и корицей. Мастерица она готовить и печь! Разговаривают неспешно. Она все про жизнь Вариного отца рассказывает.
– Неплохой он человек был, Варя. Доброй души, только грустный всегда. Жена-то его Элеонора не очень любовью баловала, ветреная была особа. Деток не нажили, уж как я ждала, да так и не дождалась. А у тебя есть кто не примете, кавалер или дружок сердечный?
– Нет, - смутившись ответила Варя. – На курсах у нас одни девушки были. На работе мужчины солидные, все с семьями.
Марфа только покачала своей седой головой. Да, нелегкое время, ничего не скажешь. Она вот тоже одна всю жизнь, в услужении. А жаль прожитых-то лет. Хоть и хорошо ей жилось у хозяев, а всю свою жизнь так им и отдала без остатка.
Они уже прибирались на кухне, когда колокольчик у двери известил о нежданном госте. Было еще не поздно, и Марфа Ивановна широко распахнула дверь. Вошел мужчина, одет по моде, сразу видно, что из благородных.
– Прошу прощения, а Варвара здесь проживает? – услышала Варя чей-то знакомый голос и вышла из кухни.
На пороге стоял Илья Лисицкий! Тот самый, сын ее бывших хозяев, с которым она провела все свое детство и раннюю юность.
– Варя! Здравствуйте! – несколько возвышенно обратился он к ней, и тут же был приглашен Марфой в комнату.
Она снова захлопотала над чаем, а молодые люди остались одни. Илья рассказал, что выучился на врача. Родители и Антонина в прекрасном здравии, а он вот решил приехать на родину, навестить родные места, посмотреть, что изменилось.
– Вот, нашел вас.
И прозвучало это так, будто он ради нее и приехал. Варя покраснела, не зная, что отвечать. Вспоминала ли она того милого паренька, вблизи которого прошли ее детство и ранняя юность? Вспоминала, но редко. Что ей от тех воспоминаний? Грусть одна. А вот сейчас он сидел перед ней и смотрел так, что ей становилось неловко.
Да так и не уехал он больше в Париж. После долгих бесед длинными вечерами и смелых признаний он оставил Вареньку и дал ей время на размышление. Если согласна она принять его предложение, а оно давно у него созрело, то будет счастлив взять ее в жены и строить вместе новую жизнь.
– Я сейчас в Петербург, ну, точнее, в Ленинград еду. Там место предлагают в больнице, я же хирург. А они сейчас в большом дефиците. Все разбежались кто-куда, а я вот наоборот, вернулся на родную землю.
Он помедлил немного и, глядя в ясные глаза Вари, которые смотрели на него с нежным девичьим трепетом, добавил:
– Выходите за меня, Варенька. Мы знаем друг друга так долго, что грех нам быть неразлучными. Если любите хоть чуточку, выходите!
– Я подумаю, Илья Борисович, - совсем смутившись ответила Варя, а сердце ее стучало в унисон с радостью в душе.
Следующей зимой они поженились. Полдома пришлось освободить, Марфу Ивановну забрали с собой в новую «питерскую» квартиру, которую хирург Лисицкий получил от больницы на Васильевском острове. Там и зажили втроем.
Варя устроилась медсестрой в ту же больницу, где работал ее муж, а через год у них родилась дочка Поленька, за которой с дорогой душой ухаживала престарелая, но крепкая Марфа, до конца дней своих благодарная Лисицким за их доброту и заботу о ней.
Старая русская аристократия… Их отношение к обществу, к семье и даже к прислуге заслуживает огромного уважения. По большому счету, они не виноваты в расслоении общества. Но в большинстве своем были очень порядочными, хорошо образованными людьми, с чувством ответственности и уважения к окружающим.
- Дорогие читатели! Я надеюсь, вам понравился рассказ. Буду рада вашим комментариям, отзывам и подписке.