Предыдущая часть:
Людмила Григорьевна нахмурилась, её взгляд стал жёстче, она откинулась на спинку стула.
— То есть ты хочешь оставить мальчика мне, потому что твой мужчина не любит детей? — переспросила она, её голос был полон недоверия. — Ксюша, ты серьёзно? Что ты за мать такая? И мне это зачем?
— Тётя Люда, вы не так поняли, — Ксения заговорила быстрее, её руки задрожали. — Я люблю Илью, я не бросаю его. Я стараюсь ради него, чтобы у него было всё — хорошая школа, одежда, будущее. Это только на время, пока я не разберусь.
— И сколько это «на время»? — Людмила Григорьевна прищурилась, её пальцы постукивали по столу.
— Не знаю точно, — Ксения отвела взгляд, её голос стал тише. — Может, пару месяцев. Максимум — год.
— Год? — тётка вскинула брови, её тон стал резче. — И что я буду с ним делать столько времени? Здоровье у меня не то, чтобы за ребёнком носиться по деревне.
— Илья очень спокойный, — заверила Ксения, наклоняясь вперёд. — Вам не придётся за ним бегать. И я буду помогать деньгами. Оставлю на первое время и буду присылать.
— Деньги? — Людмила Григорьевна покачала головой. — Пенсия у меня маленькая, я и себя еле содержу. А тут ребёнок — его кормить надо, одевать.
— Я всё оплачу, — Ксения умоляюще посмотрела на тётку. — Обещаю, тётя Люда. И приезжать буду часто, чтобы Илья не скучал.
— Не надо часто, — отрезала Людмила Григорьевна, её голос был суровым. — Твои приезды только хуже сделают. Мальчик будет скучать, а мне потом с его слезами разбираться. Приедешь, когда всё решишь и будешь готова забрать его. А если через год не заберёшь, я сдам его в интернат. Родственница ты или нет, мне всё равно.
Ксения кивнула, её горло сжалось. Через неделю она привезла Илью. Дом тётки пах яблоками и травами, на крыльце лежали те же галоши. Ксения обняла сына, поцеловала его в светлую макушку, едва сдерживая слёзы. Оставить его было тяжелее, чем она думала. Первые дни она звонила тётке, спрашивала, как Илья, не находила себе места. Но жажда новой жизни пересилила. Она убедила себя, что делает это ради сына, и постаралась заглушить материнские чувства.
Вскоре Ксения вышла замуж за Виктора Павловича. Новая жизнь захватила её: ужины в дорогих ресторанах, путешествия по Европе, подарки — от платьев до ювелирных украшений. Но Илья не выходил из головы. Она скучала, но не могла часто ездить к нему — Виктор Павлович оказался ревнивым, требовал отчёта о её тратах. Отправлять деньги тётке было сложно, суммы выходили небольшими. Со временем Ксения всё больше привыкала к богатству и привязывалась к мужу. Рассказать ему правду о том, что Илья всё ещё часть её жизни, она не решалась — его позиция о детях оставалась твёрдой, а обман он бы не простил.
Неожиданно Виктор Павлович объявил о планах переехать за границу. Он давно об этом думал, но Ксению поставил перед фактом, когда подвернулась возможность.
— Ксюша, я нашёл отличный вариант, — сказал он за ужином в их просторной квартире, разливая вино. — В Европе бизнес пойдёт лучше, да и жизнь спокойнее.
— Переезд? — Ксения замерла, её вилка повисла в воздухе. — А как же… всё здесь?
— Что «всё»? — он улыбнулся, но в его голосе чувствовалась решимость. — У тебя тут ничего не держит. Собирайся, через месяц едем.
Ксения запаниковала. Переезд означал, что она будет ещё дальше от Ильи. Людмила Григорьевна грозилась сдать его в интернат, если она не заберёт его вовремя. Ксения снова задумалась о том, чтобы рассказать правду, даже если это разрушит брак. Но в последний момент любовь к роскоши перевесила. Она уехала с мужем, утешая себя мыслью, что тётка не отдаст Илью в приют — он же её родственник.
Людмила Григорьевна не собиралась сдавать мальчика. Угроза интернатом была лишь способом подтолкнуть Ксению. Но когда племянница пропала из виду, тётка поняла, что Илья остался на ней. Она расстроилась, но не за себя — за мальчика. Её здоровье слабело, и она боялась, что не успеет вырастить его. Если с ней что-то случится, Илья и правда окажется в приюте.
Прошло несколько лет. Людмила Григорьевна привязалась к Илье, и он отвечал ей взаимностью. Мальчик почти не помнил мать, не задавал вопросов и старался не доставлять хлопот. Он помогал по хозяйству: поливал цветы, собирал яблоки в саду, таскал дрова для печи. Но сил у пожилой женщины становилось всё меньше. Жить в деревенском доме было тяжело — крыша протекала, дрова нужно было колоть, а огород требовал ухода. Она задумалась о переезде в город, где Илье было бы лучше учиться, а ей — легче жить в квартире.
Проблема была в деньгах. Пенсия едва покрывала расходы, а Ксения давно перестала присылать помощь. Людмила Григорьевна решила продать дом, чтобы купить однокомнатную квартиру в райцентре. Она попросила соседку, молодую женщину с двумя детьми, разместить объявление в интернете и стала ждать покупателей.
Вскоре откликнулась пара — Марина и Олег. Олег, писатель, мечтал о тихом месте для работы над новым романом, а Марина, учительница литературы, хотела проводить лето на природе, вдали от городского шума. Дом Людмилы Григорьевны им сразу приглянулся: просторный, с большим садом, окружённый тишиной. Они приехали посмотреть его, и их восторг только усилился. Сделка прошла быстро, и Людмила Григорьевна получила деньги, которых хватило бы на небольшую квартиру в райцентре.
Новые владельцы разрешили ей с Ильёй остаться в доме ещё пару месяцев, пока они не найдут квартиру. Марина и Олег вернулись в город, планируя заняться домом после окончания учебного года. Они обсуждали, какой ремонт сделают, какие цветы посадят в саду. Олег мечтал писать под яблонями, а Марина уже мысленно выбирала сорта роз для клумб.
Но когда они вернулись в деревню, их ждал сюрприз. Дом был заколочен: окна забиты досками, на калитке висел амбарный замок. Растерянные, они заметили соседку, копавшуюся в огороде, и Марина окликнула её.
— Простите, можно вас? — крикнула она, подходя к забору, её голос дрожал от беспокойства. — Что с домом? Почему всё заколочено?
— А вы кто такие? — соседка выпрямилась, вытирая руки о фартук, её взгляд был настороженным.
— Мы хозяева, — объяснила Марина, показывая документы. — Купили дом у Людмилы Григорьевны несколько месяцев назад.
— А, так это вы, — соседка кивнула, её лицо смягчилось. — Она умерла недавно. Сердце. Председатель велел дом заколотить, чтобы не разворовали.
— Как умерла? — Марина побледнела, её пальцы сжали сумку. — А мальчик? Илья, кажется?
— У соседей пока, — ответила женщина, пожав плечами. — Но его, похоже, в приют заберут. Родной матери он не нужен.
Марина и Олег переглянулись, их лица омрачились. Радость от покупки дома угасла. Марина, впечатлительная и чуткая, не могла прийти в себя. Ей было жаль и Людмилу Григорьевну, и Илью, который остался один. Она даже подумала продать дом, чтобы не жить с напоминанием об этой трагедии. Олег, более сдержанный, предложил прогуляться, чтобы отвлечься.
Они бродили по лесу, вдыхая свежий воздух, но мысли Марины возвращались к мальчику. Вернувшись вечером, они заметили свет в окне дома.
— Олег, ты опять свет не выключил? — раздражённо спросила Марина, открывая калитку, её шаги были тяжёлыми.
— Я его и не включал, — возразил Олег, нахмурившись. — Может, ты забыла?
— Точно не я, — отрезала Марина, её голос дрожал от беспокойства.
Они вошли в дом и замерли. На кухне, за столом, сидел маленький мальчик и пил чай, будто был у себя дома. Увидев их, он не выказал удивления, лишь спокойно продолжил пить.
— Ты кто? — спросила Марина, её голос смягчился, когда она разглядела мальчика. — Что ты тут делаешь?
— Это мой дом, — ответил Илья, глядя на них серьёзно, его маленькие руки сжимали кружку. — Я здесь живу и никуда не уйду.
— Марина, что делать? — Олег повернулся к жене, его брови сдвинулись. — Может, вызвать полицию?
— Нет, это не хулиган, — тихо сказала Марина, вглядываясь в Илью. — Это Илья, тот, кого воспитывала Людмила Григорьевна.
— И что? — Олег развёл руками, его голос был усталым. — Мы же не можем его тут оставить.
— Не можем, — согласилась Марина, но её тон был мягким. — Пусть переночует, а утром разберёмся.
Утром Илья исчез. Марина и Олег решили, что он вернулся к соседям, и вздохнули с облегчением. Но через пару часов мальчик появился снова, неся корзину ягод, собранных в лесу. Он вёл себя так, будто дом принадлежал ему. Олег настаивал на звонке участковому, но Марина была против.
— Это слишком жестоко, — сказала она, глядя на Илью, который сортировал ягоды на крыльце. — Он и так потерял тётку. Зачем травмировать его ещё больше?
— Но, Марина, его всё равно заберут, — возразил Олег, его голос звучал устало. — Что мы можем сделать?
— Пусть побудет здесь, пока не найдутся родственники, — твёрдо сказала Марина, её глаза были полны решимости. — Я не хочу, чтобы он сразу оказался в приюте.
Олег вздохнул, но спорить не стал. Он видел, как Марина привязалась к мальчику, и это его тревожило. Тема детей была для них больной. После свадьбы выяснилось, что Марина не может иметь детей. Мать Олега тогда настаивала на разводе, мечтая о внуках. Олег тоже хотел детей, но любил Марину и не представлял жизни без неё.
Чтобы защитить Марину от нападок своей матери, Олег настоял на переезде в другой город. Теперь появление Ильи грозило разбередить их старую боль. Олег видел, как Марина привязалась к мальчику, и боялся, что его отправка в приют станет для неё новым ударом.
Вечером, сидя на веранде, где пахло цветущими розами, они смотрели на звёзды. Лёгкий ветерок шевелил листву, и тишина деревни успокаивала.
— Марина, я вижу, как ты к нему прикипела, — начал Олег, его голос был мягким, но озабоченным. — Но ты понимаешь, что его всё равно заберут. Мы не можем просто оставить его здесь.
— Я знаю, — тихо ответила Марина, её пальцы сжали край шали, укрывавшей плечи. — Но я не могу его выгнать, Олег. Он и так потерял всё. Дай мне найти его родных. Может, кто-то заберёт его, и моя совесть будет спокойна.
Олег кивнул, хотя в душе сомневался. Илья, поняв, что его не прогоняют, стал смелее. Он ходил за Олегом по пятам, показывая укромные места для рыбалки или грибные поляны. С Мариной он был сдержаннее, но охотно помогал в саду, таская лейки или собирая опавшие листья. Его серьёзные глаза и редкие улыбки трогали её сердце.
Марина взялась за поиски родственников Ильи. Она начала с соседки, которая сначала отнекивалась, но, угостившись конфетами, рассказала, что знает мать мальчика — Ксению. Соседка вспомнила, как та привозила Илью к Людмиле Григорьевне, но потом исчезла. Через знакомых Марина вышла на Юлию, подругу Ксении, которая дала адрес её бывшего мужа, Романа.
Продолжение: