Это история о невероятной авантюре, контрабанде в каблуках и альбоме, который прорвал «железный занавес». Главная героиня — не шпионка, а простая американка, влюбившаяся в музыку Цоя и БГ.
Рок под надзором: как это было в СССР
Представьте себе 80-е в СССР. «Железный занавес» начинает медленно приподниматься. На полках магазинов появляется первая западная диковинка — Pepsi, а в страну потихоньку пускают туристов. Но вместе с этой оттепелью государство уже не могло полностью контролировать андеграундную музыкальную сцену, которая набирала обороты с каждым днем.
В какой-то момент партийные идеологи решили, что рок-движение лучше возглавить, чем с ним бороться. Так по всей стране начали открываться официальные рок-клубы, самым известным из которых стал Ленинградский рок-клуб. Это дало молодым музыкантам легальную площадку для выступлений, а их фанатам — место для встреч.
Однако свобода была условной. За всем пристально следили сотрудники КГБ. Чтобы группу допустили на сцену, нужно было получить «литовку» — официальное разрешение. Цензуре подвергалось всё: от текстов песен до внешнего вида музыкантов. Артисты шли на хитрость, вкладывая в песни двойные смыслы. Иногда, конечно, они просто хотели спеть о простом — например, как провожаешь девушку домой после концерта.
Несмотря на все фильтры, западная культура просачивалась в СССР. Джинсы Levi’s, сигареты Marlboro и пластинки Дэвида Боуи становились символами другой, свободной жизни. Но русский рок по-прежнему оставался явлением «для своих», варясь в собственном соку. Западный мир о нем практически ничего не знал, пока в Ленинграде не появилась одна смелая американка.
Джоанна Стингрей: Американка в сердце советского подполья
Джоанна Стингрей (урожденная Джоанна Филдс) была обычной тусовщицей из Южной Калифорнии. Она прилетела в СССР всего на неделю, но эта поездка перевернула ее жизнь и историю русского рока.
Попав на концерт в Ленинградский рок-клуб, Джоанна была ошеломлена. Энергия, честность и мощь музыки, рождавшейся за «железным занавесом», покорили ее. После концерта к ней подошли двое и начали расспрашивать, кто она и откуда — это были агенты КГБ, которые вели учет всех иностранцев.
Джоанна влюбилась в эту подпольную панк-рок сцену и подружилась с ее лидерами — музыкантами групп «Кино», «Аквариум», «Алиса». Каждый раз, прилетая в СССР, она привозила им контрабандой то, чего здесь было не достать: американские гитары, струны, модную одежду.
Контрабанда в каблуках и рождение «Красной волны»
И вот однажды она решилась на главную авантюру своей жизни. В самый разгар холодной войны, рискуя всем, Джоанна вывезла из СССР мастер-ленты с записями четырех советских групп, спрятав их в полых каблуках своих сапог.
Вернувшись в США, она собрала эти записи в один альбом-сборник и выпустила его на свои деньги. Она назвала его “Red Wave: 4 Underground Bands from the USSR” («Красная волна: 4 андеграундные группы из СССР»). Это был настоящий прорыв. Впервые советский рок официально зазвучал на Западе. Альбом произвел фурор и привлек внимание крупных музыкальных изданий и радиостанций.
Цена славы: Гнев КГБ и подозрения ФБР
Однако такая самодеятельность не понравилась никому. Советские власти были в ярости, что какая-то американка сделала то, на что они не давали разрешения. Музыкантов, чьи записи вошли в альбом («Кино», «Аквариум», «Алиса» и «Странные игры»), заставили подписать официальные письма, в которых они осуждали поступок Стингрей.
В 1987 году Джоанне на полгода запретили въезд в СССР. Из-за этого ей пришлось пропустить собственную свадьбу с гитаристом группы «Кино» Юрием Каспаряном.
Но и на родине ее ждали проблемы. Джоанну дважды вызывали на допрос в ФБР, подозревая, что она — советская шпионка. «Они не могли поверить, что я не шпионка, — вспоминала она. — Но я просто занималась музыкой».
Несмотря на все трудности, Джоанна продолжила поддерживать русский рок. Она вышла замуж за Каспаряна (позже они развелись) и жила в России до 1996 года, после чего вернулась в Калифорнию, где занялась недвижимостью и семьей.
И по сей день для многих в России Джоанна Стингрей остается настоящей иконой — человеком, который страстно и бескорыстно поверил в их искусство и рискнул всем, чтобы поделиться им с миром.