1984 год. Metallica — молодая, яростная и голодная группа, которая своим дебютным альбомом Kill 'Em All взорвала мир металла. Их песни — это гимны агрессии, бунта и тёмных сторон жизни.
Но никто из них не мог представить, что однажды эти тексты станут реальным саундтреком к жестокому, бессмысленному убийству.
Это расследование о том, как одна строчка из песни навсегда связала имя Metallica с преступлением, и как группе пришлось столкнуться с ужасающей правдой: их искусство может не только вдохновлять, но и убивать.
Что за ужасная история произошла? И при чём здесь Metallica?
11 августа 1984 года, Техас. 18-летний Трой Канкл и трое его друзей, пьяные и под кайфом, ищут, кого бы ограбить. Они предлагают подвезти 31-летнего Стивена Хортона, который просто шёл домой.
В машине они требуют у него кошелёк. Хортон отказывается.
И в этот момент Трой Канкл достаёт пистолет и стреляет ему в голову. Безжизненное тело выбрасывают в поле.
Но самое шокирующее в этой истории — то, что произошло сразу после выстрела. По показаниям свидетелей, убив человека, Канкл пропел строчку из песни:
«Another day, another death, another sorrow, another breath» («Ещё один день, ещё одна смерть, ещё одна печаль, ещё один вздох»).
Это была цитата из трека No Remorse группы Metallica.
Как группа узнала, что их песня стала «гимном убийцы»?
Новость застала их врасплох, прямо посреди тура по Америке. Барабанщик Ларс Ульрих позже вспоминал этот момент в интервью:
«Мы приехали в Корпус-Кристи, штат Техас, и проснулись от звонка нашего менеджера, который сказал: „Тут происходит какая-то хрень“».
Местная телестанция раздула огромный скандал. Репортёры кричали о том, как «парень под кислотой или ещё какой-то дрянью устроил бойню». Для прессы это была сенсация: злая рок-музыка толкает молодёжь на преступления.
«И единственное, что засело в голове у свидетеля, — рассказывал Ларс, — это то, что когда он [Канкл] стрелял в кого-то в упор, он цитировал одну из наших строчек».
В суде драма достигла своего пика. Когда Канклу вынесли смертный приговор, он снова встал и процитировал те же самые строчки из No Remorse.
Какой была реакция самой группы? Они чувствовали свою вину?
Для молодой группы это был шок. Но реакция Ларса Ульриха была скорее отстранённой, защитной. Он понимал, что они не могут нести ответственность за действия сумасшедшего фаната.
«Поверьте мне, это не то, чем я интересуюсь изо дня в день», — холодно заметил он в том же интервью.
Но это был не единственный случай, когда их творчество оказалось связано с трагедией. Ульрих признался, что группе уже «прилетало» за другую песню — Fade to Black.
«Было несколько единичных случаев, когда дети совершали самоубийство и оставляли записки с просьбой включить на их похоронах Fade to Black, или просто оставляли текст этой песни в предсмертной записке».
Это была тёмная сторона славы, с которой им пришлось столкнуться.
Но был ли в этом хоть какой-то луч света?
Да. И это самое важное в этой истории. Искусство — это зеркало, и каждый видит в нём своё отражение. Для одного текст о смерти стал оправданием убийства, а для тысяч других — спасением.
Ларс Ульрих рассказал и о другой стороне медали:
«Это не то, что делает твой день ярче, но что ты можешь поделать? За те семь лет, что прошла с момента выхода этой песни [Fade to Black], мы получили тысячи писем от ребят, которые писали, как эта песня дала им волю к жизни».
Одна и та же песня. Для одних — причина умереть. Для других — причина жить.
Финал: Чем закончилась эта история?
Трой Канкл провёл в камере смертников больше половины своей жизни. В 2004 году, в одном из последних интервью, он назвал своё преступление «юношеской ошибкой, совершённой под давлением сверстников» и «позором и стыдом».
В 2005 году приговор был приведён в исполнение — Канклу сделали смертельную инъекцию. Его последними словами были: «Я люблю вас и увижу всех в раю».
А что же Metallica? Эта история стала для них мрачным уроком. Они писали песни о гневе, отчаянии и тёмных сторонах человеческой души. Они не призывали никого убивать. Но они создали саундтрек, который оказался настолько мощным, что кто-то воспринял его как прямое руководство к действию.
Это вечный вопрос об ответственности художника за своё творение. И ответа на него нет. Есть только музыка, которая навсегда останется связана с этой тёмной и трагичной историей.