Прошло четыре года, а Фэй так и не смогла привыкнуть к холодному климату острова Шаду. Весна приходила сюда очень поздно, длилась всего несколько дней, а после неё сразу же начинались осень и новая зима. Время, когда вместо двух тёплых шуб надеть можно было всего одну без риска подхватить простуду, считалось летом, хотя снег не таял даже тогда. Элай не обращал внимания на лютые морозы, а Фэй постоянно мёрзла и боялась, что малышка Тайян заболеет. Здесь, на этом крошечном ледяном острове, жило всего одно племя ― обычные люди, пищей которым служили рыба и мясо диких птиц. Иногда Элаю удавалось достать с высоких скал птичьи яйца, но добыть их было очень сложно, а насытиться содержимым ― невозможно. Волк не позволял своей госпоже и дочери владыки голодать, но и сытыми они тоже чувствовали себя очень редко.
В этот день неподалёку от острова снова встал на якорь пиратский корабль. Подобное случалось не чаще одного раза в год, поэтому с самого утра в стане племени было шумно. Пираты привезли много шкур, солонину, засахарённые фрукты, целебные травы, зерно, ткани, новые наконечники для стрел, рыболовные сети, вино и много чего ещё. Они не просили ничего взамен, потому что островитяне в этой части царства смертных никогда ничего не имели, кроме птичьих перьев и украшений из мелких костей.
― Есть новости из столицы? ― спросила Фэй, когда Элай вернулся с берега с подарками для неё и Тайян.
― Да какие оттуда могут быть новости? ― отозвался оборотень, неопределённо пожав плечами. ― Будешь яблоко? Я взял немного, но они не первой свежести.
― Не хочу. Пусть лучше останутся для Тайян, она их любит, ― печально ответила лисичка.
Ей было грустно осознавать, во что превратился Шаэн после смерти Дамиана Вэя. Иногда казалось, что лучше бы дракон не спасал тогда её жалкую жизнь, но стоило Фэй взглянуть на свою дочь, как все эти мысли сразу же исчезали. Тайян ― её солнышко. Тёплый комочек счастья, унаследовавший серьёзные глаза отца. Теперь Фэй Вэй жила не для себя, а для этого ребёнка ― единственного наследия, оставленного владыкой.
В то утро четыре года назад дракон Лун Дайлу забрал из дворца Фэй и Элая, а всех остальных бросил на произвол судьбы. В царстве смертных у него был только один друг ― Дамиан Вэй, поэтому Лун спас лишь тех, кого считал наиболее близкими владыке. Позже он вернулся и за Альби, но опоздал ― черепаха-оборотень хоть и славился неприступностью своей защитной магии, но всё равно погиб. Бесславная смерть королевы Минлан не остановила птиц, а лишь разозлила их. Клан Ньяо замахнулся на трон и сцепился с Вэями. Каратели успели уничтожить лаборатории, о которых Дамиан рассказывал Фэй, поэтому коварный план птиц провалился, но уничтожать врага можно разными способами. Люди сражались за власть с оборотнями и друг с другом не только в столице, но и в провинциях. Долг, верность и честь были забыты. Лисы встали на сторону Вэев и напали на птиц, но были разбиты. Глава Шуэ Ху оказался похороненным в общей могиле вместе с другими членами своего клана. Птиц приструнили тигры и волки, но они тоже поцапались между собой. За прошедшие четыре года корона владыки столько раз кочевала с одной головы на другую, что и не сосчитать. В итоге власть в свои руки всё же взял клан Лан Юэ ― волки, сородичи Элая. Владыкой провозгласил себя Лан Юэ Си, которому Дамиан Вэй был склонен доверять едва ли не больше, чем даже верному Альби. Увы, после гибели владыки Вэя верные ему оборотни не встали на защиту избранного наследника, а пошли на поводу у своих собственных интересов. Это не предательство ― если командир мёртв, командование на себя принимает его заместитель, не обязанный следовать старым приказам и обещаниям. Лан Юэ Си не предал Дамиана Вэя, потому что изменил свои принципы уже после смерти владыки. Фэй не винила его за это, но не могла простить за всё, что было сделано после.
― Я спросил у капитана, куда они отправятся после того, как обойдут все отдалённые острова, ― осторожно начал Элай. ― Если хочешь вернуться или перебраться туда, где теплее, нас возьмут на борт.
― Вернуться? ― переспросила Фэй. ― Куда возвращаться? Сдаться на милость твоего сородича? Вот уж точно нет! Лан Юэ Си знает о моих способностях, а они ему сейчас очень пригодились бы.
― У пиратов есть логово в скалах на восточном берегу. Это место находится очень близко к Огненным Пустошам, поэтому туда никто не суётся уже не одну сотню лет. Не дворец, конечно, и соседство неприятное, зато еды и лекарств всегда в достатке. Если ты или юная госпожа заболеете здесь, я вас даже вылечить не смогу. Останется только похоронить в этих ледниках. Если о себе не думаешь, то хотя бы о дочери не забывай. Здесь вам не выжить, а там живут многие поколения пиратов целыми семьями. Фэй, прошу, подумай ещё раз. Не для того ведь дракон и его жена спасали нас, чтобы мы замёрзли здесь насмерть или умерли от истощения. Ты уже еле на ногах держишься.
― Дракон… ― повторила Фэй. ― Если его так заботит наша судьба, то почему он просто бросил нас здесь и ни разу не навестил? Я ему благодарна, конечно, но не настолько, чтобы принимать решения, руководствуясь только этим. Элай, сейчас зима. А если попадём в шторм?
― Нам не нужно оставаться на корабле на протяжении всего пути, ― прозвучало в ответ. ― Мои портальные навыки бесполезны здесь, потому что расстояние отсюда до другой ближайшей суши очень большое. Когда подойдём ближе к материку, я смогу в несколько переходов быстро доставить нас всех до нужного места. Об этом я с капитаном тоже уже переговорил. Он даст особый знак, чтобы нас приняли там как гостей, а не врагов.
― То есть ты уже всё решил, да?
― Да, решил. Если ты против, то можешь оставаться и умереть здесь, но маленькую госпожу я заберу. Она единственная дочь владыки. Я не позволю ей погибнуть из-за твоего упрямства.
Фэй и сама понимала, что остров Шаду может стать для неё и Тайян ледяной могилой, но покинуть это место ей мешало не упрямство ― страх. Прятаться под носом у врагов всю жизнь ― не лучшее решение. Сегодня они не суются на восточный берег, потому что там просто нечего делать, а завтра могут вспомнить о том, что с пиратством нужно бороться, и отправят к логову военный флот с боевыми магами. Где прятаться тогда? В Огненных Пустошах, кишащих злобной нечистью?
― Элай, я боюсь, ― призналась Фэй. ― Не за себя, а за Тайян. Моя жизнь ничего не стоит, но её только началась. Если Лан Юэ Си решит покончить с пиратами, что мы будем делать? Я не хочу, чтобы Тайян умерла здесь или попала в его руки. Он же её не пощадит. Будет использовать её, чтобы подчинить меня.
― Помнится, однажды ты призвала полчища демонических пауков, чтобы отыскать гусениц, ― напомнил ей волк. ― Здесь нет нечисти, поэтому проверить твои способности сложно, но если ты боишься, что кто-то захочет тебя использовать, значит, уверена, что они никуда не делись, так? И если так, то почему ты не можешь применить их для собственной защиты? Фэй, в твоих руках огромная сила, какой нет больше ни у кого, а ты трусливо поджимаешь свой последний хвост и намерена замёрзнуть здесь до смерти. Куда подевалась та бойкая девчонка, которая имела наглость обращаться к владыке на «ты» и даже потребовала у него свадьбу? Где та Фэй Вэй, которая раньше ничего не боялась? На тебя нынешнюю смотреть больно, а ты теперь в ответе за принцессу клана Вэй. Не стыдно?
― Нет, не стыдно! ― рявкнула она в ответ слишком громко, чем разбудила дочь.
Малышка Тайян сонно захныкала и свернулась калачиком под меховым одеялом.
― В этот раз они не привезли уголь, ― добил Элай свою упрямую подопечную очередной печальной новостью. ― До весны не доживёт и половина племени. Фэй, я не пугаю тебя, а говорю правду.
― Ладно, ― сдалась лисичка. ― Когда корабль снимается с якоря?
― Вечером.
― Тогда чего стоишь тут и ноешь? Собирайся!
― Я ною? ― возмутился волк, но ответа не услышал, потому что Фэй уже приступила к сборам со всей деловитостью, на какую была способна.
* * *
«Жизнь. Свобода. Выбор» ― картину с таким перечнем наивысших ценностей Дамиан Вэй нарисовал лично, поэтому теперь она висела на стене в зале предков позади его поминальной таблички. В зимний день поминовения покойный владыка обычно добавлял к подношениям сушёные фрукты, и Лан Юэ Си не стал нарушать традицию. Он пришёл выказать уважение бывшему командиру и покаяться. Не всё получилось так, как хотелось бы господину Вэю. Все наследники династии, которых он считал достойными, мертвы. Они погибли от рук своих же родственников раньше, чем волки успели ввязаться в борьбу за власть. Даже малыш Дзинь не выжил в той ужасной бойне, хотя птицы и пытались его защитить. Люди, стремящиеся добраться до трона, оказались намного сильнее и безжалостнее, чем можно было предположить. В той затянувшейся резне они ничем не отличались от оборотней, которых всегда считали презренными животными. Шаэн пережил очень тяжёлое время, и оно ещё не закончилось. Династия Вэй опять уничтожена почти полностью, а её немногочисленные отпрыски мечтают уже не о троне, а хотя бы о куске хлеба и миске каши. В южных провинциях не было дождей почти два года, а в северных поля, степи и сады выгорели дотла из-за непрекращающихся пожаров ― всё потому, что природные маги сочли себя боевыми и отказались выполнять свои обязанности. Стихия, сдерживаемая веками, просто взяла своё. Но алчные до власти люди всё равно продолжали затянувшуюся войну с оборотнями вместо того, чтобы позаботиться о самих себе. О них позаботился Лан Юэ Си ― так, как счёл нужным. Превыше всего Дамиан Вэй ценил жизнь, поэтому глава клана волков, в теперь и правитель всего Шаэна, закрыл глаза на ценность свободы. Он превратил людей в рабов ради их же спасения. Так они хотя бы выживут, если будут подчиняться приказам и перестанут бунтовать. Глава клана тигров тоже уважал Дамиан Вэя и был против такого решения, поэтому старая дружба двух кланов оборотней закончилась. Теперь Бао Лян сам по себе и создаёт проблемы бывшему соратнику. Он не понимает, что свободой сыт не будешь. Нападает на караваны, освобождает рабов и отпускает их, а они гибнут, потому что не могут себя прокормить, или становятся разбойниками. Всего за четыре года из процветающего царства Шаэн превратился в бесплодную, залитую кровью и усеянную трупами пустошь. Если бы господин Вэй увидел это своими глазами, что мог бы сказать?
― Срочное донесение! Владыка, восточный дозор атакован нечистью!
― Да откуда она лезет? Завалили же все старые ходы, ― проворчал Лан Юэ Си, поднимаясь с колен. ― Потери большие?
― Выжил только один, и он передал требования демона-предводителя, ― сообщил воин и опустил голову, понимая, что такие новости правителя порадовать не могут.
Но волк был не просто огорчён, а шокирован.
― В восточном дозоре лучшие боевые маги из оборотней. Все погибли? И у нечисти появился предводитель? Что вообще происходит? Где выживший?
― В лазарете, Ваше Величество. Он сильно ранен.
Важность исповеди и поминальных молитв сразу же отошла на задний план. Мёртвые не доставляют проблем, а вот живые… Злые духи Огненных Пустошей в последнее время и правда обнаглели донельзя. Казалось, что драконья печать и магический барьер уже не способны удержать их в пределах закрытой горной долины. В бытность свою охотником на нечисть Лан Юэ Си часто бывал в патрулях у восточных гор, поэтому знал все лазейки. Большинство из них приказал заблокировать ещё Дамиан Вэй, а остальные завалил камнями и надёжно запечатал уже новый владыка, но, как выяснилось позже, эта мера была лишь временной. Ещё по осени нечисть полезла из пустошей снова. Откуда именно ― так и не удалось выяснить. Демоническими созданиями были полностью разорены несколько больших и маленьких селений. Выживших там не осталось. Потом наступило затишье, и вот теперь нечисть нанесла новый удар, уничтожив лучших воинов дозора. раньше злые духи хотя бы не сбивались в группы, а теперь у них даже появился предводитель.
― Неужели вернулся демон гнева Хей Лин? ― волновался Лан Юэ Си, торопясь в помещения лазарета.
Единственный уцелевший воин дозора выглядел плачевно, но был в сознании. Кот-оборотень. Самый слабый из тех, кто был назначен новым владыкой в восточный патрульный гарнизон. Сбивчиво и делая большие паузы, он поведал волку странную историю. Сказалось действие сильных лекарств, или это пережитое привело воина на грань безумия, но он утверждал, что своими глазами видел Дамиана Вэя в обличье демона и даже разговаривал с ним. Предводитель нечисти потребовал отвести все дозоры и отселить всех жителей на пятьдесят миль от охранной границы восточных гор, если Шаэну не нужны новые бессмысленные жертвы. Дань сотней душ в месяц ― только людьми, не оборотнями. Тысяча овец и сотня лошадей ― раз в три месяца. Первая жертва всего перечисленного ― через семь дней. Если требования не будут выполнены, нечисть атакует два провинциальных города и не оставит там в живых никого. А в том случае, если правитель-волк вздумает упрямиться и начнёт собирать войска, пострадает весь Шаэн.
― Да кто он такой, чтобы требовать подобное и угрожать?! ― возмутился Лан Юэ Си.
Демоны гнева не диктуют условия ― они просто забирают жизни виновных, не замечая препятствий на своём пути. Да и прочая, даже самая умная и хитрая нечисть никогда не действовала так нагло. Лисы-демоны не редкость, их волк повидал на своём веку немало, но все они были одиночками, заботящимися только о своих потребностях. Учитывая, что дозорный явно повредился умом, было бы странно верить ему на слово, но даже если не верить, Лан Юэ Си встал перед выбором ― проверить правдивость этой информации, подвергнув опасности два восточных городка, или пойти на больший риск, собрав войско карателей и поставив перед ними задачу очистить Огненные Пустоши от скопившегося там зла. Это выполнимо, ведь магия барьера и драконьей печати опасна только для нечисти. Но если всё, что сказал раненый воин, чистая правда…
― Что будем делать? ― спросил у владыки командир военного гарнизона.
― Ждать, ― ответил Лан Юэ Си. ― Я охочусь на нечисть уже больше шести сотен лет и впервые слышу, что злые духи способны на организованные нападения. Низшее зло иногда сбивается в стаи, но такие губят только скот, а не людей. И точно не атакуют оборотней первыми. Это больше похоже на происки Бао Ляна и его разбойников. Лян, как и я, был лично знаком с владыкой Вэем и мог подделать его внешность, чтобы обмануть противника. В то, что Дамиан Вэй превратился в демона, безжалостно уничтожающего всё живое, я не поверю ни за что.
― Но его духовная сила…
― Я знаю. Перерождение в злого духа отнимает разум и память. Господин Вэй не позволил бы случиться непоправимому. Пусть и не во всём, но он был достаточно мудрым и дальновидным человеком, чтобы понимать, что будет с его духом после смерти. Ты видел его тело. Магическое ядро разрушается не сразу, но от того, которое принадлежало Дамиану Вэю, не осталось вообще ничего. Он всё предусмотрел. У восточных гор бесчинствует кто-то другой, и я почти уверен, что это Бао Лян. На скалах с той стороны есть город пиратов. Эти тоже могут обнаглеть. Разберёмся для начала, с кем имеем дело, а потом будем принимать решения. Отправь во все восточные кланы приказ увести как можно больше жителей на запад и взять провизию с запасом на месяц.
― А сёла и фермы?
― У меня нет возможности спасти всех. Пусть главы кланов сами позаботятся о своих крестьянах и рабах.