Я смотрела на две розовые полоски, которые еще пару минут назад казались невозможными. Сердце колотилось так громко, что я боялась — вдруг Денис услышит из соседней комнаты. Тест дрожал в моих руках. После трех лет попыток, бесконечных походов к врачам, процедур и разочарований — наконец-то.
— Лен, ты там долго? — раздался голос мужа из спальни.
— Сейчас! — я спрятала тест в тумбочку и умылась холодной водой, пытаясь успокоиться. Нужно было подумать, как лучше сообщить эту новость. Может, придумать что-то особенное, романтичное?
Денис сидел на кровати с ноутбуком, сосредоточенно что-то читая. Волосы растрепались, очки съехали на кончик носа. Мой муж. Отец моего будущего ребенка.
— Что так долго возишься? — он поднял глаза. — Ложись уже, завтра рано вставать.
— Ден, — я присела рядом, сердце снова заколотилось, — мне нужно тебе кое-что сказать.
— Что случилось? — он отложил ноутбук, и я увидела беспокойство в его глазах. — Ты какая-то странная.
— Хорошее случилось, — я взяла его за руку. — Очень хорошее.
— Ну говори уже.
Я открыла рот, но слова застряли где-то в горле. Как сказать? Просто взять и выпалить? Или подготовить почву?
— Помнишь, мы мечтали о ребенке? — начала издалека.
— Лена, — лицо Дениса потемнело, — мы об этом уже говорили. Врачи сказали ясно — с твоими проблемами шансы практически нулевые. Давай не будем снова...
— Но что если случилось чудо?
— Какое чудо? — он резко встал с кровати. — Ты опять начинаешь себя накручивать? Мы уже проходили через это. Сколько раз ты покупала эти тесты, сколько раз расстраивалась...
— Денис, послушай меня!
— Нет, это ты меня послушай! — он прошелся по комнате, взъерошив волосы. — Я не могу больше смотреть, как ты мучаешь себя этими надеждами. У нас есть другие варианты.
Что-то в его тоне меня насторожило. Денис остановился у окна, не поворачиваясь ко мне.
— Какие варианты? — я медленно поднялась с кровати.
— Я... — он замялся, — я думал об этом много. Очень много. И я принял решение.
— Какое решение, Денис?
Он наконец повернулся ко мне. На лице была решимость, которую я видела, когда он принимал важные рабочие решения. Холодная, деловая решимость.
— Раз ты не можешь родить, я нашел суррогатную мать — мою бывшую!
Время остановилось. Я смотрела на мужа и не понимала, правильно ли расслышала. Суррогатная мать? Его бывшая?
— Что? — я осела на кровать.
— Я встречался с Ксюшей, — Денис говорил быстро, словно боялся, что если остановится, то не сможет продолжить. — Она согласилась. У нее здоровый ребенок, никаких проблем с беременностью не было. Она готова выносить нашего ребенка.
— Ты встречался с Ксенией? — голос прозвучал чужим. — Без меня?
— Лен, пойми, это единственный выход. Мы больше не можем ждать чуда, которого не будет.
— Ты встречался со своей бывшей женой и обсуждал с ней вынашивание ребенка, не сказав мне ни слова?
— Я хотел сначала все узнать, просчитать варианты...
— Варианты? — я вскочила с кровати. — Денис, ты понимаешь, что говоришь? Ты хочешь, чтобы твоя бывшая жена родила тебе ребенка?
— Не мне — нам! Это будет наш ребенок, Лена. Просто... просто выносит его другая женщина.
— Другая женщина? — я засмеялась, и этот смех показался мне самой истеричным. — Не другая, Денис. Твоя бывшая жена. Женщина, с которой ты прожил пять лет. Женщина, которая до сих пор звонит тебе по любому поводу.
— Ксюша — хорошая мать. Она отлично справилась с беременностью...
— Стоп! — я подняла руку. — Просто стоп. Мне нужно переварить это. Ты серьезно считаешь нормальным отдать моего ребенка на вынашивание своей бывшей?
— Это будет наш ребенок!
— Нет, Денис. Это будет ее ребенок. Девять месяцев она будет его носить, чувствовать, как он шевелится. Она будет с ним разговаривать, петь ему песенки. А потом, когда он родится, она должна будет отдать его мне — женщине, которую она терпеть не может.
— Ксюша тебя не...
— Не ненавидит? — я покачала головой. — Денис, мы встречались уже два года, когда ты ушел от нее. Два года! Ты думаешь, она об этом забыла?
Денис молчал, и в этом молчании было больше правды, чем во всех его словах.
— Скажи честно, — я села на край кровати, чувствуя, как подкашиваются ноги, — она сама предложила стать суррогатной матерью?
— Нет, — он опустил глаза, — я предложил.
— И что она ответила?
— Сначала отказалась. Но потом... потом согласилась.
— После чего согласилась, Денис?
— Лена, какая разница? Главное, что она согласилась помочь нам.
— Помочь нам? — я почувствовала, как внутри закипает злость. — Или помочь тебе вернуться в ее жизнь?
— Ты о чем?
— О том, что Ксения до сих пор тебя любит. О том, что она никогда не смирилась с нашим браком. О том, что беременность — это девять месяцев ежедневного общения с тобой, постоянных визитов к врачу, заботы, внимания...
— Лена, ты думаешь глупости.
— Я думаю правду! — я встала и подошла к нему. — А ты не видишь дальше собственного носа. Или не хочешь видеть.
Денис отвернулся к окну. За стеклом уже начинало светать — мы проговорили всю ночь.
— Хочешь знать, что я думаю? — продолжала я. — Я думаю, что ты соскучился по ней. По размеренной жизни, которая у вас была. По женщине, которая не устраивает истерик из-за детей, которая не таскает тебя по врачам, которая не плачет каждый месяц над отрицательными тестами.
— Это неправда.
— Тогда объясни мне, почему ты не предложил найти другую суррогатную мать? Почему именно она?
Денис повернулся ко мне, и я увидела в его глазах что-то, что заставило мое сердце сжаться.
— Потому что я ей доверяю, — сказал он тихо. — Потому что знаю — она не обманет, не попытается оставить ребенка себе, не будет шантажировать нас. Она порядочная женщина.
— Порядочная, — повторила я. — И я что, непорядочная?
— Лена, при чем здесь ты? Мы говорим о суррогатном материнстве, а не о...
— О чем мы говорим, Денис? — я перебила его. — О том, что ты готов доверить вынашивание нашего ребенка женщине, которая меня ненавидит? О том, что ты принял такое решение, не посоветовавшись со мной? О том, что ты уже все обсудил с ней, а меня просто поставил перед фактом?
— Я знал, что ты будешь против.
— И это не заставило тебя задуматься?
Мы стояли напротив друг друга, и я впервые за четыре года брака почувствовала, что между нами пропасть. Что мы говорим на разных языках, хотим разного, видим будущее по-разному.
— Лена, — Денис протянул ко мне руку, — давай не будем ссориться. Мы можем обсудить детали, условия...
— Нет, — я отступила. — Мы не можем ничего обсуждать. Потому что ты уже все решил. Потому что ты выбрал ее, а не меня.
— Я выбрал возможность стать отцом!
— За счет чего? За счет унижения собственной жены? За счет того, что девять месяцев я буду мучиться, представляя, как твоя бывшая носит твоего ребенка?
— Нашего ребенка!
— Нет, Денис. После твоих слов это уже не наш ребенок. Это твой и ее.
Я пошла к двери, но он схватил меня за руку.
— Лена, подожди. Куда ты?
— Мне нужно побыть одной. Подумать.
— О чем думать? Мы же хотели ребенка!
Я обернулась и посмотрела на мужа. На этого человека, которого любила четыре года. Которому доверяла. За которого вышла замуж, мечтая о совместном будущем, о детях, которые будут похожи на нас обоих.
— Знаешь, Денис, — сказала я, — я всегда думала, что если у нас будет ребенок, то он появится от любви. От нашей любви. А не от деловой договоренности между тобой и твоей бывшей женой.
Я вышла из спальни и прошла в ванную. Достала из тумбочки тест с двумя розовыми полосками. Чудо, которого мы так ждали. Ребенок, который уже был здесь, внутри меня.
За дверью послышались шаги Дениса, но я заперлась и не отвечала на его стук. Мне нужно было решить — рассказывать ли ему о беременности сейчас или подождать. Подождать и посмотреть, насколько серьезны его намерения относительно Ксении.
Утром Денис ушел на работу, не попрощавшись. Я слышала, как он собирался, кипятил чайник, хлопал дверцей холодильника. Потом входная дверь захлопнулась, и в квартире стало тихо.
Я лежала в постели и думала. О ребенке внутри меня. О муже, который готов был отдать вынашивание нашего малыша другой женщине. О том, что делать дальше.
Телефон зазвонил около полудня. Неизвестный номер.
— Алло?
— Лена? Это Ксения.
Я села в кровати. Голос бывшей жены моего мужа звучал мягко, даже дружелюбно.
— Что вам нужно?
— Мне нужно с тобой поговорить. Можно встретиться?
— О чем?
— О том, что сказал тебе вчера Денис. Я думаю, у нас есть что обсудить.
Я колебалась. С одной стороны, мне совсем не хотелось видеть эту женщину. С другой — любопытство брало верх.
— Хорошо. Где?
— В кафе на Тверской, знаешь "Шоколадницу" рядом с метро? Через час?
Ксения выглядела точно так же, как три года назад, когда я видела ее в последний раз. Высокая, стройная, с длинными светлыми волосами и правильными чертами лица. Красивая женщина, спору нет. Она сидела за столиком у окна и помешивала кофе.
— Спасибо, что пришла, — сказала она, когда я подошла.
— Говорите, — я не стала садиться. — Зачем вы меня позвали?
— Садись, пожалуйста. Не стой так.
Я неохотно села напротив нее.
— Хочешь кофе? Чай?
— Нет. Говорите, что хотели.
Ксения внимательно посмотрела на меня, и я увидела в ее глазах что-то похожее на сочувствие.
— Лена, я хочу, чтобы ты знала — инициатива была не моя.
— Знаю. Денис сказал.
— И я хочу, чтобы ты знала — я не согласилась.
Я уставилась на нее.
— Как не согласились? А что тогда сказал Денис?
— То, что хотел услышать, — Ксения криво улыбнулась. — Лена, твой муж очень убедительный мужчина. И очень упрямый. Когда он что-то решает, переубедить его сложно.
— Но вы же согласились?
— Нет. Я сказала, что подумаю. А он, видимо, принял это за согласие.
Я молчала, переваривая услышанное.
— Лена, — Ксения наклонилась ко мне, — я понимаю, что мы не подруги. Понимаю, что ты меня не любишь, и у тебя есть на то причины. Но я не настолько бессердечная, чтобы разрушать чужую семью.
— Что вы хотите сказать?
— Я хочу сказать, что никогда не соглашусь стать суррогатной матерью для вас с Денисом. Это неправильно. По отношению к тебе, по отношению к ребенку... по отношению ко всем нам.
Я почувствовала, как с плеч спадает тяжесть.
— Тогда зачем он мне сказал, что вы согласились?
— Потому что хотел поставить тебя перед фактом. Думал, что если скажет, что все уже решено, ты согласишься.
— А откуда вы знаете, что он мне сказал?
Ксения замялась.
— Он звонил мне сегодня утром. Сказал, что ты расстроилась, и просил меня поговорить с тобой. Убедить тебя, что это хорошая идея.
— И вы решили сделать наоборот?
— Я решила сказать правду.
Мы молчали. За окном шел дождь, люди спешили по своим делам, а я сидела в кафе с бывшей женой моего мужа и пыталась понять, что происходит в моей жизни.
— Лена, — Ксения осторожно коснулась моей руки, — можно я дам тебе совет?
— Какой?
— Не соглашайся на это. Ни в коем случае. Суррогатное материнство — это очень сложно даже с незнакомой женщиной. А с бывшей женой мужа... это просто самоубийство для брака.
— Почему вы мне это говорите?
— Потому что я знаю Дениса. Знаю, как он умеет убеждать, как умеет преподносить самые безумные идеи как единственно правильные. И я не хочу, чтобы ты наступила на те же грабли, что и я.
— На какие грабли?
Ксения грустно улыбнулась.
— Я думала, что смогу изменить его. Думала, что если я буду идеальной женой, то он перестанет принимать решения единолично. Но он не изменился. И не изменится.
Я смотрела на эту женщину и понимала, что она говорит правду. Что Денис действительно всегда решал все сам — что покупать, куда ехать отдыхать, где жить. А я привыкла соглашаться, думая, что это нормально.
— Спасибо, — сказала я, поднимаясь. — За честность.
— Лена, — Ксения тоже встала, — я надеюсь, что у вас все получится. Только... только не так.
Домой я ехала в полном молчании. Думала о разговоре с Ксенией, о словах Дениса, о тесте в тумбочке. О ребенке, который уже рос во мне, пока мой муж строил планы, как найти ему другую мать.
Денис пришел поздно, уже после десяти. Я сидела на кухне с чашкой чая и ждала.
— Привет, — он поцеловал меня в макушку. — Как дела?
— Хорошо. Ден, нам нужно поговорить.
— Опять? — он устало вздохнул. — Лена, я сегодня очень устал. Может, завтра?
— Нет. Сегодня.
Что-то в моем тоне заставило его насторожиться. Он сел напротив меня.
— Что случилось?
— Мне звонила Ксения.
Лицо Дениса изменилось.
— И что она сказала?
— Правду. Что она не соглашалась быть нашей суррогатной матерью. Что ты солгал мне.
— Лена, я не солгал. Я просто...
— Приукрасил? Выдал желаемое за действительное? Поставил меня перед фактом, которого не существует?
— Я был уверен, что она согласится.
— Почему? Потому что ты такой убедительный? Или потому что думал, что она до сих пор готова на все ради тебя?
Денис молчал.
— Ден, — я взяла его за руку, — скажи честно. Ты жалеешь, что ушел от нее?
— Нет! — он резко посмотрел на меня. — Конечно, нет. Я люблю тебя.
— Тогда почему ты готов был унизить меня ради призрачной возможности получить ребенка от нее?
— Я не хотел тебя унижать...
— А что ты хотел? Чтобы я девять месяцев смотрела, как твоя бывшая жена носит твоего ребенка? Чтобы я благодарила ее за то, что она подарила нам счастье материнства?
— Лена...
— Знаешь, что самое обидное? — я почувствовала, как к глазам подступают слезы. — Самое обидное, что ты даже не подумал спросить мое мнение. Просто решил за меня. За нас.
— Я хотел сделать тебе сюрприз...
— Сюрприз? — я засмеялась сквозь слезы. — Денис, ты понимаешь, что говоришь?
Он встал и прошелся по кухне.
— Лена, я просто хочу ребенка. Нашего ребенка. И я готов на все ради этого.
— На все? Даже на то, чтобы разрушить наш брак?
— Какой брак? — он резко обернулся. — Какой у нас брак без детей? Мы превратились в двух людей, которые просто живут вместе и каждый месяц разочаровываются в отрицательных тестах!
Его слова больно ударили, но я не показала этого.
— Если ты так думаешь, то зачем вообще пытаешься спасти этот брак суррогатным материнством?
— Потому что люблю тебя! Потому что хочу, чтобы у нас была семья!
— Семья, Денис, это не только дети. Семья — это доверие, уважение, способность принимать решения вместе.
— Лена, ну что ты хочешь от меня? Я пытаюсь найти выход!
— Я хочу, чтобы ты спросил мое мнение, прежде чем принимать решения, которые касаются нас обоих. Хочу, чтобы ты не строил планы с участием твоей бывшей жены, не посоветовавшись со мной. Хочу, чтобы ты доверял мне.
— Я тебе доверяю.
— Нет, не доверяешь. Иначе бы рассказал о своих планах сразу, а не поставил перед фактом.
Мы стояли на кухне и смотрели друг на друга. Я видела в глазах мужа усталость, растерянность, какую-то обреченность. И понимала, что сейчас самое время рассказать ему о беременности. Что эта новость может все изменить, спасти наш брак, вернуть нас друг другу.
Но что-то внутри меня сопротивлялось. Может быть, гордость. А может быть, желание понять — готов ли он измениться ради нас, а не только ради ребенка.
— Денис, — сказала я тихо, — если мы хотим сохранить наш брак, то должны начать доверять друг другу. По-настоящему. Не строить планы за спиной, не принимать односторонних решений, не лгать даже из благих намерений.
— Я согласен, — он кивнул. — Ты права. Прости меня.
— И больше никаких разговоров с Ксенией без моего ведома.
— Обещаю.
— И никаких планов по поводу суррогатного материнства без обсуждения со мной.
— Лена, но что тогда делать? Мы не можем просто ждать чуда...
Я посмотрела на него и улыбнулась.
— А что если чудо уже случилось?
— О чем ты?
Я молча пошла в спальню и вернулась с тестом. Протянула ему, не говоря ни слова.
Денис взял тест, посмотрел на него, потом на меня, потом снова на тест.
— Это... это правда?
— Правда.
— Когда ты узнала?
— Вчера. Перед твоим заявлением о суррогатной матери.
Он медленно опустился на стул, не выпуская тест из рук.
— Почему ты мне не сказала?
— Потому что мне нужно было понять, кто ты — мой муж или человек, который готов отдать нашего ребенка на вынашивание своей бывшей жене.
Денис поднял на меня глаза, и я увидела в них слезы.
— Лена, прости меня. Я полный идиот.
— Не идиот, — я села рядом с ним. — Просто очень уставший от ожидания человек. Который забыл, что он не один.
Он обнял меня, и я почувствовала, как исчезает напряжение последних дней. Мы будем родителями. Настоящими родителями. И наш ребенок родится от любви, а не от деловой договоренности.
— Я так боялся, что мы никогда не станем родителями, — прошептал Денис. — Боялся потерять тебя из-за этого.
— Ты почти потерял меня из-за Ксении, — ответила я. — Но не из-за детей. Дети у нас будут. А вот доверие можно потерять навсегда.
— Я понял. Больше никаких секретов.
— Никаких.
Мы сидели на кухне, обнявшись, и я думала о том, что иногда чудеса случаются тогда, когда их меньше всего ждешь. И что самое главное в семье — не дети, а умение быть честными друг с другом. Дети — это просто прекрасное дополнение к любви, а не ее замена.
Самые популярные рассказы среди читателей: