Конец можайского удела
Из трех оставшихся удельных князей самым неприятным и в какой-то степени опасным являлся Иван Андреевич Можайский. Прежде всего, этот князь-флюгер неоднократно менял сторону в конфликте между Василием Темным и Дмитрием Шемякой. Но, заметим, не только не был наказан за измены, а прирастил земли.
Во-вторых, пограничное положение можайского удела делало его «воротами» из Литвы на Москву и обратно. Однажды Иван Андреевич уже запрашивал помощи у Казимира Ягеллончика в овладении московским столом. Тогда Казимир отказал Ивану. Но кто поручится за будущее?
Очевидно, с можайским уделом при таком непостоянном и вечно колеблющемся князе нужно было кончать. Благо, вскоре Василию Темному представился повод.
В принципе, князь Василий никогда особо не утруждал себя поисками убедительных поводов. Ему годился любой. На этот раз Василий уцепился за можайских бояр Добрынских. Напомню: именно боярин Добрынский схватил Василия Васильевича в Троицком монастыре в 1446 году. Так что на него у злопамятного князя имелся зуб.
За какую-то надуманную или действительную провинность в начале 1454 года Тёмный приказал схватить Добрынского и посадить его под стражу. Однако тот бежал из-под стражи вместе с ответственным за охрану дьяком. И прямиком в можайский удел.
Тут может возникнуть подозрение, что побег был организован самими москвичами. Учитывая, что позже дьяк был фактически прощен князем Василием, можно подумать, что он, организуя побег Добрынского, просто исполнял княжескую волю. Так-то великий князь не замечен в особом мягкосердечии к провинившимся.
Летом 1454 года Василий Тёмный отправился на Можайск с ратью. Что мог противопоставить всей московской силе один Можайск? Его, видимо, не поддержали прочие удельные князья и Казимир IV. Перед лицом угрозы Иван Андреевич, прихватив семью и Добрынских, бежал в Литву.
Василий Тёмный ликвидировал можайский удел. В городе он посадил своих наместников. Наверняка с некоторым гарнизоном из членов своего «двора». Нельзя же было безоговорочно доверять местным силам. С жителями обошелся умеренно или даже милостиво.
Казимир радушно принял обиженного великим князем беглеца и дал ему шикарный удел – Чернигов, Стародуб, еще несколько городов. С учетом принятого Ивана Дмитриевича Шемякина (а вскоре еще одного беглеца из Московского княжества) на западной границе Московской Руси сформировался целый враждебный регион.
Казалось бы, литовский князь Казимир придумал ловкий ход, чтобы держать Москву в постоянном напряжении. А при случае и использовать беглецов как передовой отряд в возможной войне с Москвой.
Но не так уж и хитер круль польский и князь литовский. Не пройдет и полувека, как этот ловкий ход обратится против самой Литвы. Потомки бежавших князей вместе с пожалованными им уделами попросту перейдут под руку Ивана III. И тот, не особо напрягаясь, существенно передвинет границу Московской Руси дальше на запад.
Здесь требуется ответить на вопрос: почему при разгроме Можайска смолчали Михаил Андреевич Верейский и Василий Ярославич Серпуховской? Попробуем ответить.
Эти два удельных князя оставались сторонниками Василия Тёмного на протяжении всего конфликта с Шемякой. Соответственно, во враждебном по отношению к ним лагере несколько раз оказывался Иван Можайский. Они вполне могли испытывать чувства, которые можно охарактеризовать «сам напросился».
Но должна же быть какая-то корпоративная солидарность. Может быть она и была. Только подавлялась уже заметным превосходством в силах московского князя да позицией митрополита Ионы. Куда тут попрешь против союза военной и духовной сил?
Кроме того, Василий Тёмный поделился захваченным. По крайней мере, нам известно, что из наследия Ивана Можайского Василий Ярославич Серпуховской получил Бежецкий Верх и Звенигород. Что досталось Михаилу Верейскому, мне неизвестно.
Василий Васильевич на пожалования не скупился. Он уже знал: пройдет время и всё можно будет вернуть. Главное, сейчас внести раскол в ряды противников.
Степь и Новгород
В следующие два года внимание великого князя было приковано к Югу и Северу. Сначала пришлось решать становящуюся обычной ордынскую проблему. Точнее отражать ордынские набеги.
Летом 1454 года из Большой Орды пришел «Салтан царевич сын Сиди Ахметьев». Видимо, отвлеченный походом на Можайск, Василий Тёмный пропустил эту шайбу. Традиционно для отражения таких набегов он собирал войско к Коломне. Но на этот раз не успел. Царевич Салтан переправился через Оку.
Какое-то время татары грабили окрестности Коломны. Наконец из Москвы выступил полк во главе с воеводой Фёдором Басёнком. Царевич стал отходить. Басёнок нагнал отяжеленную полоном орду, побил ее на отходе и отбил пленников.
В 1455 году ордынцы совершили новый набег. На этот раз против них выступил Иван Юрьевич Патрикеев – сын того самого Юрия Патрикеевича, что в свое время попал в плен к Василию Косому.
Зимой 1456 года Василий II принялся за решение новгородского вопроса. Больно уж большую волю взял «Господин Великий». Пора его укоротить.
В районе Старой Руссы между московским передовым полком и новгородской ратью произошло сражение. Ход сражения описывается по-разному. Но итог ясен: москвичи разбили новгородцев. Тем оставалось только смириться.
В конце февраля 1456 года в Яжелбицах был подписан мир между великим князем и Новгородом. Москва получала 10 тысяч рублей. Новгород брал на себя обязательства, ограничивающие его свободу во внутренней и внешней политике.
В контексте нашей истории отметим пункт, по которому Новгород обязывался не оказывать помощь потомкам Шемяки и Ивану Можайскому:
«А Великому Новугороду князя Ивана АндрЪевичя Можаиского и его дЪтеи, и князя Ивана Дмитреевичя Шемякина и его дЪтеи и его матери княгини Софьи и еЪ дЪтеи и зятьи Новугороду не приимати. А после сего докончанiа из Московскои землi изъ великого княженiа хто приЪдетъ лиходЪи великихъ князеи в Великiи Новгородъ, и Новугороду ихъ не приимати».
Вот теперь руки великого князя оказались развязанными для финального аккорда феодальной усобицы.
PS. Небольшое отступление. Удивляют меня такие обычные и очевидные вещи. Вот – Яжелбицы. Всю жизнь, с детства читал это название в исторических книгах. А как-то поехал в Новгород, так проезжая через Яжелбицы чуть не поперхнулся от восторга – ожившая история.
PPS. Кстати, очень любопытно так самому ногами поизучать историю. Прибудешь на место и поймешь, почему именно в Яжелбицах остановился Василий II. Если идти от Москвы к Новгороду, это последняя точка на возвышенности. Дальше резкий съезд в низину практически до Новгорода. Князь остановился на гребне высоты и не стал спускаться вниз.
Продолжение:
------
Все публикации цикла «Тёмный князь. Феодальная война в Московском княжестве»: