Глава 1
Глава 2
Виктору пришлось пообщаться с соседкой уже в первый день. Точнее, под вечер, когда он обнаружил, что сына нет в его комнате.
— Генка, хорош дурака валять. Мать приедет, ругаться на нас будет. Пошли ужинать, я суп сварил, — мужчина ходил по двору, гадая, куда мог пропасть мальчишка. Со стороны коровника послышался сдавленный шепот:
— Пап… я здесь…
— Генка? — мужчина одним рывком распахнул дверь сарая и увидел на грязном полу Гену, который с мучительным стоном пытался подняться. Оказалось, хотел залезть по балке в гнездо, устроенное под самой кровлей.
— Там голуби, — пытался объяснить мальчик. — А я хотел ручного себе завести. Только не удержался и упал.
— Кости целы? — Виктор осторожно ощупал худые ноги сына. Когда добрался до щиколотки, Гена взвыл:
— Больно! Пап, не трогай!
— Ладно, не буду. Надо сначала тебя в дом занести, а там видно будет. Занесу, побегу за фельдшером, — решил мужчина и поднял сына на руки. Гена закусил губу, чтобы не закричать снова.
Когда отец опустил его на диван, мальчишка не сдержался и снова вскрикнул.
— Отойдите, я могу его осмотреть, — послышался негромкий женский голос. За спиной Виктора стояла Алевтина, с которой категорически нельзя было разговаривать. Взгляд и голос у соседки были очень уверенными.
Она подошла к Гене и спросила:
— Покажешь, где болит? Насколько сильно?
Гена показал. Соседка осторожно коснулась, осмотрела ногу. Потом потребовала:
— Надо снять отек. Яйца куриные нужны. Принесите соль, посудину небольшую и чистую тряпицу. Сделаем сейчас компресс, снимете завтра. Точнее, сниму сама. А тебе советую больше не лазать куда попало, чтобы без головы не остаться.
Виктор послушно принес то, что нужно.
Она быстро и умело наложила компресс, после чего так же быстро ушла. Гена с удивлением посмотрел ей вслед:
— А я не знал, что она такая… хорошая. Мама бы сначала накричала на меня. А эта всё молча сделала.
— Не говори так про мать. Она же тебя любит, очень волнуется за всех нас, — строго сказал Виктор.
На следующий день соседка пришла вновь. В руках Алевтина держала небольшую миску, накрытую чистым кухонным полотенцем.
— Здравствуйте. Как ваш сын себя чувствует?
— Доброе утро, — ответил Виктор. Он с подозрением посмотрел на женщину:
— С Геной все хорошо, ночью спал спокойно. Хотел вам спасибо сказать вчера, да не успел – вы убежали.
— Неудобно было - свалилась, как снег на голову. Вот, принесла вам холодец. Помогает укрепить связки.
Растерянный Виктор принял из рук соседки миску и молча отправился в дом. За закрытой дверью сообразил, что снова забыл поблагодарить, но Алевтины уже не было во дворе. Он вспомнил, какой у нее был строгий взгляд, когда она спрашивала его про Гену.
«Да… одинокая женщина, — подумал он. — Почему до сих пор одна? Вроде не старая еще, могла бы личную жизнь устроить»
Гена с аппетитом слопал весь холодец, оставив отцу небольшой кусок. В свое оправдание мальчишка смог сказать, что все было слишком вкусно, а он был чересчур голоден. Виктор ласково потрепал его по макушке:
— Ладно, герой. Главное, что поел и уже можешь ходить. Только смотри, никаких вылазок под крышу, ты меня понял?
Гена клятвенно пообещал, что такого больше не повторится, и постарался сдержать слово. После того происшествия он начал здороваться с соседкой, хотя раньше по наказу матери отворачивался, делая вид, что ее не существует.
***
Спустя две недели после возвращения Агафьи случилось еще одно происшествие. Как обычно, отличился Гена. Купил с мальчишками в сельпо целый ящик лимонада и тащил его во двор. Открыв бутылку, хотел показать трюк, который видел в фильме.
В последний момент в нос мальчишке что-то попало, он оглушительно чихнул и выронил бутылку на цементную тумбу, которую отец залил для установки навеса. Осколки брызнули в разные стороны, а перепуганный босой Гена наступил на самый крупный. Кровью был залит весь двор, а мальчишки, пришедшие с Геной, разбежались от страха кто куда.
Виктор, который в этот момент был в сарае, услышал крики сына и выскочил на улицу. Увидев, что Гена ревет в три ручья и пытается удержаться на ногах, подскочил к сыну и схватил того на руки.
— Агаша, открывай дверь и быстро к фельдшеру!
Виктор хотел внести мальчика в дом, чтобы осмотреть, но жена подбоченилась в проеме:
— Куда с грязными ногами? Кровища хлещет, а ты его на чистый диван хочешь? Я же недавно только покрывала стирала!
— Дура, у парня глубокая рана, а ты про диван толкуешь?! — взорвался Виктор. Не привыкшая к такому яростному отпору с его стороны, Агафья замолчала в нерешительности.
— Пап… пусть тетя Аля поможет, она же умеет, — заревел Гена, с ужасом глядя на свою порезанную ногу. При этих словах Агафья побледнела:
— Кто умеет? Какая тетя Аля? Ви-и-и-итя-а-а-а! Ты уже баб начал приводить, когда меня дома нет?
— Бегом за фельдшером, дура! — крикнул тот, бегая по дому в поисках бинтов.
Однако появление Алевтины заставило всех резко замолчать:
— Надо сначала осмотреть рану. Если она глубокая…
Агафья с ненавистью повернулась к соседке, смерила ее презрительным взглядом:
— Глядите-ка, кто пришел! Что ты забыла в моем доме, несчастная вдовушка? Выметайся, пока не выставила!
Она бы и дальше кричала, но муж осадил ее одним словом:
— Замолчи.
Повернувшись к соседке, спросил:
— Что нужно делать?
***
К приходу фельдшера Гена успел забыть все свои страхи. Мать, хоть и ворчала, не посмела возражать против того, чтобы Алевтина вместе с ними ждала медиков. Когда карета медпомощи увезла Гену, супруги повернулись к соседке. Та собралась уходить, но Виктор остановил ее:
— Подождите. Спасибо, что снова помогли нам.
— Не стоит. Мы же соседи, — ответила женщина и вышла за калитку.
Агафья прошипела ей вслед:
— Чтоб тебя так порезанную увезли, да вернули вперед ногами.
— Агаша, ты что несешь? — стукнул кулаком по столу Виктор. — Человек пришел сам, чтобы помочь. А ты вместо благодарности проклятия ей шлешь. Не по-людски это, не понимаешь, что ли?
— А по-людски подбивать клинья к чужому мужику, когда своего в гроб загнала? — спросила Агафья. — Пусть к нам не лезет. Еще раз появится, патлы все повыдираю. Тоже мне, строит из себя отзывчивую барыню. Да кто она такая?
— Агафья, закрой рот. — прошипел муж.