Холодное октябрьское утро встретило Светлану Павловну Лебедеву пронизывающим ветром и моросящим дождем. Зонт она, как назло, забыла в школе еще вчера. Теперь приходилось кутаться в тонкий плащ и прикрывать голову папкой с документами, что мало спасало от непогоды.
Школьный двор выглядел пустынно – до звонка оставалось больше получаса. Светлана поспешила в здание, мечтая поскорее попасть в теплый кабинет. Математику седьмым классам сегодня отменили из-за болезни учителя, поэтому первым уроком у нее была история в девятом «А».
Преподавателем Светлана Павловна была опытным, с двадцатилетним стажем. Свой предмет любила до самозабвения и умела увлечь им даже самых равнодушных учеников. Но сегодня мысли ее были далеки от истории Древней Греции, которую предстояло объяснять девятиклассникам.
Дочь Варя, ученица одиннадцатого класса, последнее время ходила сама не своя. Светлана замечала ее заплаканные глаза, слышала, как девочка по ночам всхлипывает в подушку. На расспросы отвечала односложно: «Все нормально, мам, просто устала».
Но материнское сердце не обманешь. Что-то случилось, что-то серьезное, но Варя упорно молчала. Даже муж, Виталий Андреевич, перед которым дочь обычно не могла устоять, развел руками: «Не говорит».
В учительской Светлана столкнулась с Галиной Сергеевной, классной руководительницей Вари.
– Доброе утро! – поздоровалась Светлана. – Как настроение?
– Рабочее, – улыбнулась Галина Сергеевна, поправляя очки. – А у тебя как дела? Выглядишь озабоченной.
– Да вот, переживаю за Варю. Сама не своя ходит, а что случилось – не рассказывает. В школе ничего не происходило?
Галина Сергеевна нахмурилась, поджала губы:
– Знаешь, у меня тоже есть такое ощущение. Варя всегда была активной, а последнюю неделю сидит молча, ни в каких мероприятиях участвовать не хочет. Я пыталась поговорить, но...
Договорить коллега не успела – прозвенел звонок. Светлана Павловна вздохнула, взяла журнал:
– Ладно, пойду. Древняя Греция сама себя не объяснит.
Уроки тянулись бесконечно. Светлана механически объясняла материал, задавала вопросы, выставляла оценки, но мысли ее крутились вокруг дочери.
После четвертого урока она решительно направилась в одиннадцатый «А». Варя сидела за партой, что-то черкая в тетради. На фоне других девочек, ярких, накрашенных, шумных, она казалась бледной тенью – простые джинсы, свободная толстовка, никакой косметики, волосы собраны в небрежный хвост.
– Варя, можно тебя на минутку? – Светлана стояла в дверях кабинета.
Дочь подняла голову, в глазах мелькнуло что-то похожее на страх. Она неохотно встала и подошла к матери.
– Сегодня задержишься? Мне нужно на педсовет, – спросила Светлана, хотя никакого педсовета не планировалось.
– Нет, у меня занятия в художественной школе, – тихо ответила Варя.
– Хорошо, тогда увидимся вечером. Поужинаем вместе.
Варя кивнула и вернулась за парту.
Светлана уже собиралась уходить, когда услышала громкий, режущий слух голос:
– Лебедева, а правда, что тебя в какое-то модельное агентство позвали? – спросила Кристина Коровина, самая популярная девочка в классе.
Варя вздрогнула, но промолчала.
– Да ладно врать-то! – продолжала Кристина, закатывая глаза. – На кого ты похожа? Ты в зеркало-то смотришься? Какие модели, ты что?
В классе раздались смешки. Светлана застыла, не в силах поверить своим ушам. Варя сидела, опустив голову, плечи ее мелко дрожали.
– Кристина! – Светлана Павловна вошла в класс. – Что ты себе позволяешь?
Девочка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки:
– А что я такого сказала? Просто правду. Нечего выдумывать про себя всякое.
– Немедленно извинись перед Варей! – потребовала Светлана, с трудом сдерживая гнев.
– Еще чего! – фыркнула Кристина. – Я ничего такого не сказала.
В этот момент зазвенел звонок, и в класс вошла учительница химии. Светлана бросила взгляд на дочь – та сидела, не поднимая головы. Пришлось отступить, но разговор был не окончен.
Вечером дома Светлана решила поговорить с дочерью. Варя долго отнекивалась, но под напором матери не выдержала. По ее щекам потекли слезы.
– Мам, я больше не могу... Они все... Они все смеются надо мной.
– Кто смеется? Из-за чего?
– Кристина и ее компания. С тех пор, как узнали, что меня пригласили в модельное агентство.
Светлана замерла. Это была новость.
– Какое агентство? Почему ты молчала?
Варя вытерла слезы рукавом.
– Помнишь, месяц назад мы с художественной школой ездили на экскурсию в Москву? Там на улице ко мне подошел мужчина, представился агентом модельного агентства «Премиум Стар». Сказал, что у меня идеальные параметры и фактура для высокой моды. Дал визитку, попросил связаться с ними.
– И ты? – Светлана была в шоке.
– Я позвонила. Мы встретились с директором агентства. Она сказала, что они готовы подписать со мной контракт. Международный. С поездками в Милан, Париж. Я не поверила сначала, думала, развод какой-то. Но агентство оказалось настоящим, известным. Я проверила в интернете.
– Почему ты нам не сказала?
Варя опустила голову:
– Боялась, что вы будете против. И потом... я не была уверена, что это правда. Казалось, такое только в кино бывает.
– А одноклассники? Откуда они узнали?
– Я проболталась Ане, думала, она моя подруга. А она всем рассказала. И теперь Кристина и другие девочки смеются, говорят, что я страшная, что меня обманули, что я выдумываю... – Варя снова расплакалась. – Каждый день одно и то же... А вчера...
– Что было вчера? – напряглась Светлана.
– Вчера после уроков ко мне подошла Коровина-старшая, мама Кристины. Она сказала... сказала, что я... – Варя всхлипнула, – что я некрасивая, что в модели мне не пойти, что я должна прекратить врать и выставлять себя посмешищем.
Светлана почувствовала, как в груди закипает гнев. Надежда Коровина, местная бизнесвумен, владелица сети салонов красоты, славилась своим высокомерием. Но чтобы вот так, взрослая женщина – ребенку!
– Так, – Светлана взяла себя в руки. – Покажи мне контакты этого агентства. Немедленно.
Агентство «Премиум Стар» действительно существовало. Более того, оно входило в пятерку самых престижных модельных агентств России, сотрудничало с мировыми домами моды.
Светлана позвонила по указанному номеру. Трубку взяла женщина, представившаяся Мариной Волковой, директором по работе с новыми моделями.
– Да, мы действительно заинтересованы в сотрудничестве с Варварой Лебедевой, – подтвердила она. – У вашей дочери редкий типаж, который сейчас востребован в высокой моде. Рост, параметры, черты лица – все то, что ищут кастинг-директора ведущих домов моды. Мы уже подготовили контракт и ждем, когда вы сможете приехать для его подписания. Варваре необязательно переезжать в Москву прямо сейчас – можно совмещать учебу и первые шаги в карьере.
Светлана была ошеломлена. Всю ночь они с мужем обсуждали ситуацию. Виталий сначала отнесся скептически, но после разговора с представителями агентства и изучения информации о них, сдался:
– Если Варя хочет попробовать, почему нет? Только учебу забрасывать нельзя.
Утром Светлана Павловна первым делом направилась к директору школы. Рассказала всю ситуацию, не скрывая деталей о поведении Кристины Коровиной и ее матери.
– Я хочу, чтобы вы вызвали Надежду Коровину в школу. То, что она позволила себе сказать моей дочери – недопустимо, – твердо заявила Светлана.
Директор, Алла Петровна, нахмурилась:
– Надежда Викторовна – спонсор школы, вы же знаете. Она финансировала ремонт актового зала и...
– И это дает ей право оскорблять детей? – перебила Светлана. – Моя дочь плачет каждый вечер из-за травли, которую начала ее дочь, а теперь поддержала она сама!
Алла Петровна вздохнула:
– Хорошо, я поговорю с Надеждой Викторовной. И с Кристиной тоже.
– Спасибо, – кивнула Светлана и вышла из кабинета.
На большой перемене в учительскую буквально влетела Надежда Коровина – эффектная блондинка с идеальным макияжем, в дорогом костюме и на высоченных каблуках.
– Где Лебедева? – громко спросила она с порога. – Мне нужно поговорить со Светланой Павловной.
Светлана поднялась со своего места:
– Я здесь, Надежда. Давай выйдем в коридор, не будем мешать коллегам.
В пустом коридоре Надежда сразу перешла в наступление:
– Ты что, жаловалась на меня директору? Это смешно! Я просто сказала твоей дочери правду – ей не стоит верить сказкам про модельную карьеру. Она же обычная девочка, ничем не примечательная. Зачем поощрять ее фантазии?
Светлана почувствовала, как к лицу приливает кровь:
– Ты не имеешь права оценивать внешность моей дочери и тем более говорить ей гадости. Кто дал тебе такое право?
– Я просто реалист, – фыркнула Надежда. – Посмотри на свою Варю и на мою Кристину. Кто из них может стать моделью? Очевидно же.
– А ты в курсе, что моя дочь действительно получила предложение от модельного агентства «Премиум Стар»? – спросила Светлана, стараясь говорить спокойно. – И не просто предложение, а международный контракт. С поездками в Милан и Париж.
Надежда рассмеялась:
– Да ладно! «Премиум Стар»? Это же топовое агентство! Они что, с ума сошли?
– Нет, они профессионалы, которые видят в моей дочери то, что не видишь ты, – парировала Светлана. – Высокую моду сейчас интересуют не гламурные красотки, а девушки с характерной внешностью, индивидуальностью.
Надежда изменилась в лице:
– Не верю. Докажи.
– Не вижу смысла что-то тебе доказывать, – пожала плечами Светлана. – Но я хочу, чтобы ты и твоя дочь прекратили травлю Вари. Иначе я обращусь в вышестоящие инстанции.
– Ты мне угрожаешь? – вскинула брови Надежда. – Мне?
– Я защищаю своего ребенка, – твердо сказала Светлана. – И буду делать это всеми доступными способами.
Прозвенел звонок, и коридор начал заполняться учениками. Надежда, бросив испепеляющий взгляд на Светлану, развернулась на каблуках и пошла к выходу.
Вечером Светлана, Виталий и Варя провели семейный совет. Решили, что в выходные поедут в Москву, чтобы встретиться с представителями агентства лично, изучить контракт и принять окончательное решение.
– А в школе? – тихо спросила Варя. – Что мне делать в школе?
– Держать голову высоко, – ответил отец. – Ты ничего плохого не сделала. Наоборот, можешь гордиться – тебя заметили профессионалы.
– Но Кристина и другие...
– А что Кристина? – улыбнулась Светлана. – Просто завидует. И мама ее тоже.
На следующий день в школе Варя держалась особняком. На подколки Кристины не реагировала, что, кажется, бесило ту еще больше.
– Лебедева, ты что, язык проглотила? – подлетела к ней Коровина на перемене. – Или стыдно стало за свою ложь?
– Я не лгала, – тихо, но твердо ответила Варя. – «Премиум Стар» действительно предложили мне контракт.
– Конечно-конечно, – закатила глаза Кристина. – А я вот со следующей недели буду сниматься в голливудском блокбастере. Веришь?
Девочки, окружавшие Кристину, захихикали.
– Мне все равно, веришь ты или нет, – пожала плечами Варя и отвернулась.
В субботу семья Лебедевых отправилась в Москву. Офис агентства «Премиум Стар» располагался в современном бизнес-центре. Их встретила Марина Волкова – элегантная женщина средних лет с проницательным взглядом.
– Рада познакомиться с вами лично, – улыбнулась она, пожимая руки родителям. – Варя, ты выглядишь прекрасно. Эта естественность – именно то, что мы ищем.
Встреча длилась больше двух часов. Марина подробно рассказала о планах агентства, показала портфолио моделей, с которыми они работают, объяснила все нюансы контракта.
– Варе сейчас семнадцать, скоро восемнадцать. Это идеальный возраст для старта. Мы не предлагаем ей бросать школу, наоборот – образование важно. Первые полгода – это подготовка: уроки дефиле, работа с фотографом, создание портфолио. Летом, после выпускных экзаменов – первые серьезные съемки и, возможно, показы в Европе.
Светлана и Виталий внимательно изучили контракт, задали множество вопросов. Все выглядело серьезно и профессионально.
– Что скажешь, Варя? – спросил отец, когда они вышли из офиса. – Это твоя жизнь, твое решение.
Варя улыбнулась – впервые за долгое время по-настоящему счастливо:
– Я хочу попробовать. Даже если ничего не получится – это будет опыт.
В понедельник в школе Светлана заметила, что дочь держится иначе – увереннее, спокойнее. На уроках отвечала, на переменах уже не пряталась от одноклассников.
После уроков к Светлане Павловне в кабинет неожиданно зашла Алла Петровна:
– Я разговаривала с Надеждой Викторовной. Она не верит в историю с модельным агентством. Говорит, что вы все выдумали, чтобы оправдать фантазии дочери.
Светлана усмехнулась:
– Могу показать подписанный контракт. Могу дать контакты агентства – пусть проверит сама, если так интересно.
– То есть, это правда? – удивилась директор.
– Абсолютная, – кивнула Светлана. – Варю заметили случайно, но профессиональным взглядом. У нее действительно есть данные для высокой моды. Не для глянцевых журналов, конечно, но для подиума – да.
– Невероятно, – покачала головой Алла Петровна. – Как говорится, талантам нужно помогать...
– А бездарности пробьются сами, – закончила Светлана. – Только Варя не бездарность. У нее есть и талант – она прекрасно рисует. И внешность необычная. И характер сильный – выдержать такое давление не каждый сможет.
В коридоре послышались громкие голоса. Светлана выглянула – Надежда Коровина буквально тащила за руку свою дочь к кабинету директора.
– Алла Петровна! – воскликнула она, увидев директора. – Вот, полюбуйтесь! Из-за этих глупых сплетен о модельной карьере Лебедевой моя Кристина решила покрасить волосы в синий цвет! Синий! Говорит, хочет быть «нестандартной» и тоже попасть в модельное агентство!
Кристина, с неровно окрашенными в ярко-синий цвет прядями, мрачно смотрела в пол.
– Надежда Викторовна, успокойтесь, – попыталась утихомирить ее Алла Петровна. – Это же просто волосы, краска смоется...
– Дело не в волосах! – перебила Надежда. – А в том, что эти фантазии о моделях заразны! Теперь моя дочь вбила себе в голову, что может стать моделью, если будет выглядеть как... как инопланетянка!
Светлана не выдержала и рассмеялась:
– Надежда, ты же владеешь салонами красоты. Неужели нельзя исправить прическу дочери?
– Ты! – Надежда ткнула пальцем в сторону Светланы. – Это все из-за тебя и твоих выдумок!
– Мои «выдумки» подтверждены официальным контрактом с ведущим модельным агентством России, – спокойно ответила Светлана. – А вот истерика по поводу цвета волос – это действительно выдумки. Успокойся и помоги дочери, если она в этом нуждается. И прекрати уже попытки задеть Варю. Она этого не заслуживает.
Надежда открыла рот, закрыла, снова открыла – но не нашлась с ответом. Схватив дочь за руку, она вылетела из школы.
Через несколько дней Варя пришла из школы сияющая:
– Мам, представляешь? Кристина извинилась передо мной. Сказала, что погорячилась и что синие волосы – это была глупая идея.
– А другие ребята? – спросила Светлана.
– По-разному. Кто-то верит, кто-то нет. Но мне уже все равно, – улыбнулась Варя. – Я знаю правду. И скоро все узнают.
Через полгода Варвара Лебедева появилась на развороте журнала Vogue в материале о новых лицах российской моды. А еще через месяц фотографии с ее первого показа в Милане облетели социальные сети.
Светлана, листая глянцевый журнал с фотографией дочери, случайно встретила в супермаркете Надежду Коровину. Та сделала вид, что не заметила ее, но Светлана сама подошла:
– Привет, Надежда. Как дела у Кристины?
– Нормально, – нехотя ответила та. – Поступает в экономический.
– Передавай ей привет, – улыбнулась Светлана и протянула журнал. – Это тебе. На память.
Надежда взяла журнал, посмотрела на фотографию Вари – элегантной, необычной, с этой ее особенной внешностью, которая так ценится в высокой моде.
– Я была неправа, – тихо сказала она. – Прости.
– Дело не во мне, – покачала головой Светлана. – Дело в детях. Они все разные, все особенные. И у каждого – свой путь. Нельзя мерить всех одной меркой. Даже собственных детей.
Надежда кивнула и отвела взгляд. А Светлана пошла дальше, думая о том, как странно иногда складывается жизнь и как важно верить в своих детей – даже когда никто больше в них не верит.
Самые популярные рассказы среди читателей: