(Продолжение. Начало и все опубликованные главы здесь)
— Ну и где труп? — спросил Длинный Лук.
— Только что был здесь, — развёл руками Мартин и обернулся к своим товарищам: — Поглядите поблизости, труп должен быть где-то здесь. — Последние слова он произнес с нажимом.
Упоённый успехом военного сбора, Длинный Лук пребывал в эйфорическом состоянии. В кузницах настроение только поднялось. Так славно было стоять в окружении бывалых вояк, которые спорили с мастерами, поминутно оглядываясь на вождя Вольницы: правильно ли говорят?
А ведь опыт у них немалый. Висельник умел работать с размахом, когда нужно — выходил и против закаленных воинов, ради чего и работал, сколачивая из каждой подвластной ему шайки настоящий отряд, способный действовать в согласии с другими.
Кузнецы не просто спорили, а обстоятельно рассказывали, почему их нужно озолотить.
— Изволите видеть, господа, — говорил старший из них. — Запасов у нас никаких нет, всё, что было, за годы разошлось. А то, что теперь есть, для войны никоим образом не годится. Вот, не соизволите ли взглянуть? — спрашивал он, перебирая мозолистыми руками груды наконечников для стрел. — С шипами, самое большее, каждый пятый идёт, да и на тех шипы вперёд повёрнуты. Уже сколько лет людям только охотничьи стрелы нужны! Или вот, с режущей кромкой, это, значит, чтобы зверю кровь пустить. А супротив латников это не годится. Сталь нужна хорошая — деньги, стало быть, на её покупку… Но это полдела. А вот другая половина: где столько рук рабочих взять, чтобы целое войско обеспечить? Опять, на толковых работников деньги нужны, особливо ежели, как вы вот прокричать изволили, «днём и ночью» трудиться — без монеты звонкой на такое дело не всякого сподвигнешь. Теперь о доспехах…
Кое-кто из «генералов» уже высказывался в том смысле, что неплохо бы придушить пустобрёха, но кузнец умел вести торг. Поглаживая седую бороду в подпалинах, он заявлял:
— Нет, господа, что ни говорите, а без мастера за спиной воин не воин. Я, ежели вам памятно, с самим Висельником был на короткой ноге, и часто советов моих он слушался, а потом похваливал: голова, говорит, у тебя что надо.
Бывалые люди вспоминали, что да, правда, старик у Висельника был в почёте. Недовольный ропот смолкал, а кузнец, понаслаждавшись уже много лет недоступным ему всеобщим вниманием, высказывал дельные мысли:
— Щиты те же взять. Железная оковка — штука хорошая, да быстро не делается. Лучше идите к плотникам и кожемякам, предложите плату хорошую — и будут вам преотличные щиты. Опять же, людей в безделье не держите, — продолжал он. — Пускай ребята в домах пороются, пускай охотников потрясут. Простая рогатина, положим, против латника — очень приятное дело, или копьё медвежье — тоже полезно…
Когда кузнец назвал окончательную цену своих титанических трудов, торговаться начали все без исключения. Длинный Лук собрался чуть подождать и проявить истинно королевскую щедрость, благо, золота у него хватало, но тут к нему протолкался взволнованный Мартин, вывел из толпы и повёл к ручью, невнятно бормоча что-то о крайне загадочном мертвеце.
Длинный Лук мыслями был ещё в кузнях и подвоха не заподозрил. Отсутствие обещанного трупа тоже не навело вождя Зелёной Вольницы на тревожные мысли.
— Проклятье, да что в нём такого особенного, что я непременно должен его видеть?
— Долго рассказывать, — мурлыкнул Мартин и отступил на пару шагов.
Вот теперь, увидев, как ещё шестеро крепких, вооруженных мужчин ничего не собираются искать, а вместо этого приближаются к нему со всех сторон, он понял наконец, куда угодил.
Быстро оглядевшись, Длинный Лук убедился, что от околицы, где располагались кузни, Мартин увел его достаточно далеко, чтобы не были слышны крики. Густые заросли надежно закрывали этот уголок со всех сторон, по ту сторону ручья, за полосой ивняка, шумел лес. Длинный Лук осознал, что его жизнь висит на тончайшем волоске. Однако страха почему-то не было. Наглая ухмылка Мартина вызвала прилив бешенства, которое придало сил. Не показывая эмоций, Длинный Лук осведомился ледяным тоном:
— Чего ты хочешь достичь?
— Я хочу остановить это безумие, — ответил мятежник. — Я пощажу тебя, если ты немедленно объявишь о роспуске армии и… о передаче власти над Зелёной Вольницей мне. Если откажешься или попробуешь обмануть, мои люди прикончат тебя немедленно. Что же ты молчишь? Как всегда, перетрусил? Ну, говори!
— Мне интересно, чего ты хочешь больше: мира или власти? — спросил Длинный Лук, как будто блуждая равнодушным взглядом по зарослям, а на самом деле оценивая силы противника. Луки были только у двоих, в зашнурованных налучьях. Топоры и мечи угрожающе сверкали на солнце.
Если бы вырваться из окружения под защиту леса… За спиной некоронованного короля висело его излюбленное оружие, размерами лишь слегка уступавшее тому, что исчезло вместе с предателем Цезарем. Налучье он в сухую погоду никогда не зашнуровывал. А в детстве был одним из лучших игроков в прятки.
— Тебе-то зачем это знать?
— Не отвечаешь… Сам-то знаешь это или просто отговариваешься, чтобы не сознаться?
«Так… Они, конечно, ожидают, что если я буду прорываться, то к Весёлой Лошади… — напряжённо размышлял он, пока с губ слетали ленивые слова. — Надо чуть повернуться в ту сторону, пусть так и думают…»
— Лично я точно знаю, чего хочу. И никому не позволю становиться между мной и моей целью. А ты, мерзавец, даже не можешь…
Не договаривая, Длинный Лук выхватил из-за пояса два ножа и метнул их один зи другим. К сожалению, Мартин, слишком хорошо помнивший судьбу Волчьего Клыка, ожидал чего-то подобного и успел пригнуться. Зато боец слева от него упал, держась за торчащую из горла рукоять. На ходу вытаскивая меч, Длинный Лук бросился вперед, сбил плечом не успевшего обнажить оружие Мартина и, в два прыжка перемахнув через ручей, вломился в заросли ивняка на другом берегу. Мартин и пятеро его приспешников мчались в нескольких ярдах за спиной. Предводитель заговорщиков орал:
— Не дайте ему уйти в деревню!
Необходимость растянуться какой бы то ни было цепью, чтобы Длинный Лук, бежавший в другую сторону от Весёлой Лошади, не вильнул куда-нибудь вбок, заставила преследователей слегка сбавить скорость. Разрыв увеличился. Брошенный кем-то топор едва не размозжил череп Длинного Лука, однако в его голове вдруг вспыхнул безмолвный приказ: пригнись! Оружие пролетело над макушкой.
Вправо! Повинуясь тому же беззвучному, вроде бы знакомому голосу, Длинный Лук резко повернул. Круша поросль, наперерез ему мчались два воина. Один из них, неожиданно споткнувшись, упал, а другой со всего разгона обрушился на молодого вождя Вольницы, со свистом опуская меч… на пустое место. Более ловкий, Длинный Лук уклонился от атаки, подставив под живот нападающего лезвие своего клинка. Воин пробежал еще несколько шагов и рухнул. Длинный Лук на него уже не смотрел, метнулся ко второму и, едва тот поднялся на ноги, рассек ему горло. Кровь широким потоком хлынула на зелень листвы и трав.
— Сюда! — Крик прозвучал совсем рядом, но, когда из-за деревьев выскочили люди Мартина, Длинный Лук уже успел скрыться в высокой поросли, окружившей подножие старого дуба.
— Будь он проклят, на его счету уже трое! — прорычал Мартин. — Ищите, он где-то здесь!
Двое вновь ушли в чащу, уже просто быстрым шагом, сам Мартин и один из лучников немного задержались, и тут предводитель мятежников обратил внимание на дубовый молодняк.
— Смотри по сторонам, — шепнул он своему товарищу и, держа меч наготове, шагнул к дубу.
Длинный Лук между тем не дремал. За несколько выпавших ему спокойных секунд он, глотая возбужденное гонкой дыхание, положил меч на землю, вынул лук, две стрелы и, стараясь не шуметь, натянул тетиву.
Мартин шебаршился всего в десяти шагах поблизости, но вожак Вольницы уже уверовал в свою победу. Неведомая сила вливала в него чистый боевой азарт. Держа лук горизонтально, он наложил стрелу и, почти не целясь, выпустил её в лицо маячившего сквозь просветы в поросли лучника. Тот упал без крика. Ошеломленный Мартин, которому чутьё подсказало обернуться, увидел это. Он инстинктивно пригнулся и этим спас свою жизнь — вторая стрела просвистела совсем рядом.
Проклятье, с луком этот дьявол и вправду хорош!
Мартин пополз в сторону. Сейчас бы крикнуть, пошуметь — парни же совсем близко, прибегут… только к этому времени их вдохновитель будет изрядно напоминать ежа. Второй раз Длинный Лук не промахнется, даже по звуку. Оставалось надеяться, что парни услышат щелчок тетивы.
Поросль дубняка достигала в иных местах человеческой груди, так что у Мартина оставался шанс улизнуть незамеченным.
Куда бежать — это другой вопрос. Честно говоря, бежать-то уже некуда…
Дураки вроде Бычьего Глаза хотели просто убить Длинного Лука. Мартин смотрел дальше, он понимал: важно, чтобы вожак Вольницы сам погасил поднятую им волну воодушевления. Без этого мятежникам в Весёлой Лошади пришлось бы туго. Так что всё было продумано правильно — но теперь Мартин ругал себя последними словами. Что стоило сначала скрутить «короля»? Как можно было так ошибиться в нём?
Тем временем недооценённый Длинный Лук не стал отвлекаться на преследование Мартина. Несмотря на ограниченный обзор, но был уверен, что остальные находятся ещё слишком близко. Вложив меч в ножны и взяв лук наизготовку, он стал осторожно пробираться в том направлении, куда, по необъяснимой убежденности, удалился второй вражеский лучник. О Мартине он уже не думал: тот сейчас в драку не полезет.
Первым он обнаружил воина без лука — кабаноподобного верзилу, который с упорством, достойным упомянутого животного, осматривал орешник, оставляя за собой настоящую просеку. Длинный Лук не стал поддаваться первому искушению немедленно пристрелить его и очень быстро засёк второго лучника, мелькнувшего меж деревьев чуть в отдалении. Вожак Вольницы замер, выбирая момент. Сначала нужно снять лучника, а потом уже расстрелять и громилу, однако тот вот-вот выйдет из орешника, а лучник сейчас заслонён стволами…
Таиться было нелегко. Азарт веселил кровь не хуже крепкого эля, хотелось нападать, атаковать, сминать врага натиском с устрашающим хохотом и зверским выражением лица…
В противовес этому стремлению, на него снизошло спокойствие, точно навеянное свежим ветром. Он замер, выжидая, не покажется ли лучник. И вдруг слева раздался голос Мартина:
— Он здесь! Осторожно!
Бунтовщик видел Длинного Лука и указывал на него рукой.
Похоже, вожак Вольницы тоже недооценил своего противника, полагая, что тот сейчас должен удирать без оглядки.
Стрела дернулась было в ту сторону, но вожак Вольницы сдержался. Ближе всех к нему был верзила. Разглядев Длинного Лука, он ринулся в атаку, занося меч для сокрушительного удара и одновременно пригибаясь. Стрела остановила его уже в прыжке, он упал наземь в двух шагах от цели.
Длинный Лук выпрямился в полный рост, чтобы быстро доставать новую стрелу. Ну уж ей-то он угостит Мартина!
Нет, нельзя: лучник рядом. Длинный Лук натянул тетиву, но делать выстрел не спешил.
Сейчас стрелок покажется, обязательно!
Так и случилось. Лучник возник из-за ствола с уже натянутым оружием, зная, где отыскивать взглядом фигуру вождя. Но тот именно этого ждал, так что о поединке на равных не могло быть и речи. Целился и стрелял некоронованный король Вольницы быстрее мысли.
Две тетивы пропели почти одновременно.
Стрела заговорщика ушла в небо. Сам он, с пронзённым горлом, сполз по стволу.
И снова Длинного Лука спас непонятный импульс: повинуясь ему, он чудом увернулся от метко брошенного ножа — это Мартин решил испробовать ещё один шанс.
На миг их глаза встретились. Во взоре соперника Мартин увидел пугающий призрак холодной, мёртвой пустыни. И ему стало страшно.
— Нет! — севшим голосом вскрикнул он, упал в поросль, и пополз, позмеился куда-то прочь.
Отчаянная решимость его, уже дважды едва не стоившая Длинному Луку жизни, исчезла окончательно, сменившись беспросветной паникой. Он полз, а потом побежал, пригнувшись. Молодые, упругие побеги хлестали его по лицу, непослушные ноги едва поспевали за рвущимся к спасению сердцем, которое готово было выскочить из горла и лететь вперёд — куда угодно, лишь бы подальше от полоумного салаги, на поверку оказавшегося сущим демоном…
Наверное, никогда в жизни Мартин ещё не бежал так быстро, тем более, согнувшись в три погибели, чтобы не возвышаться над травой.
Да благословит Господь рост всех трав в этом мире!
Но Длинный Лук всё равно бежал быстрее.
Несмотря на то, что предводитель заговорщиков действительно сумел скрыться от его зорких глаз, Джок уверенно преследовал врага, сам не зная как — то ли по звукам, то ли по запаху или вообще по какому-то неведомому чутью, превосходящему даже чутьё лесных хищников.
Он и не задумывался над этим. Он гнал жертву, целиком отдавшись упоению охоты.
Очень скоро уловки следопыта стали не нужны — Мартин выдавал себя всеми возможными способами. Ещё немного — и он стал виден. Но Длинный Лук не спешил стрелять. Он издал крик, наполнивший Мартина слепым ужасом.
К ручью они выскочили одновременно, шагов на сто ниже по течению намеченного места убийства. Длинный Лук, державшийся сбоку и медленно шедший на обгон, удачно выгнал Мартина на открытое место.
Мятежник окончательно запутался в ногах и упал, ткнувшись лицом в золото песчаной косы. Перевернувшись на спину, он увидел весёлое лицо Длинного Лука и небольшую полоску железного цвета, в которой не сразу узнал стрелу, нацеленную ему в переносицу. Это была охотничья стрела с широкой режущей кромкой. Переносица болезненно заныла.
— Встань, — потребовал вожак.
Мартин поднялся на ноги. Колени его подрагивали. Растрёпанный, запыхавшийся, извозившийся в песке, он выглядел жалко, но Длинный Лук понимал, что с этим мерзавцем надо держать ухо востро. Он уже показал упорство — а загнанный в угол, может стать ещё опаснее. Однако поглумиться хотелось.
— Ну, ты собираешься отвечать?
— Н-на что?
— На мой вопрос, идиот. Чего ты хочешь?
Мартин сглотнул ставшую вязкой слюну, пытаясь сообразить, почему он ещё жив и как это можно использовать.
— Я… хочу жить, господин. Извини.
Он развёл руками и не смог сдержать вырвавшийся из груди жалкий смешок.
Длинный Лук удивленно изогнул брови.
— Неплохо, — сказал он. — Ты напускаешь на меня шестерых молодцов, а потом говоришь: извини! Объяснись-ка.
— Я сомневался в тебе, господин. Не верил в твои силы…
— Кстати, с чего это ты мне тыкаешь, мразь? И почему ты, подлец, встал на ноги, а не на колени?
Мартин поспешно опустился коленями на песок.
— Простите меня, господин. Так вот, я хотел сказать, что всё это было испытанием. Я увидел готовящееся неповиновение и понял, что должен использовать шанс. Я подговорил мятежников устроить покушение… Если бы они убили вас, то, согласитесь, это бы доказало правоту тех, кто говорит, что вы неспособны управлять войском. Таких людей немного, но они есть, я точно знаю, могу назвать поимённо…
Мартин выдержал паузу, дожидаясь, когда Длинный Лук спросит имена этих редкостных мерзавцев — тогда можно будет и поторговаться! Но реакции не последовало.
— Однако вы блестяще доказали, что…
— Кто ты такой? — прервал его Длинный Лук.
— Я? Ваш преданный слуга, ваше величество! Ваш верный…
— Ты червь. Раб.
— Конечно. Но я опытный и надежный раб. Ведь я сделал всё это ради вас, господин, только ради вас.
Ему показалось, что Длинный Лук слушает его внимательно и вдумчиво, поэтому осмелился придать голосу больше твёрдости и даже поставил одну ногу на песок и облокотился о колено. С одной стороны, он всё ещё находился в позе покорности, с другой — появилась надежда выбрать момент для прыжка…
— Посудите сами, ваше величество, — вещал он. — До сих пор ваша сила не находила достойного применения. Кое-кто, кстати, я лично слышал, сомневается, что вы добыли золото в бою. Ибо никто ещё не видел вас в деле! Народ восхищён предстоящим походом, однако нельзя, положившись на это, оставить за спиной семена измены. Вот мы и придумали это испытание…
«Чёрт, какие еще «мы», я ведь только что ляпнул, будто был один…», — пронеслось в голове.
— Я говорю «мы», потому что идея возникла не у меня одного. Просто никто больше не решился претворить её в жизнь. Дело в том, что… не знаю, как и сказать… Не обижайтесь на них, господии…
«Всё-таки «величество» звучит лучше… Череп-то неслучайно суёт это «величество» к месту и не к месту…»
— Но они… не поверили в ваш ум. Никто из нас не подвергал сомнению ваше боевое мастерство, мы не сомневались, что вы легко одолеете негодяев! Но другие не были уверены, что после расправы над подлыми мерзавцами, посмевшими противостоять вам, вы прислушаетесь к нашим словам и прозреете истинный смысл происшедшего!
Теперь Мартин говорил уже не столь подобострастно, сколь пылко. В то же время он внимательно следил за стрелой. Если она хоть немного отклонится…
Вообще-то, он никогда не был хорошим говоруном и сейчас жалел, что рядом нет Черепа. Тот, если не убедил бы Длинного Лука, хоть сумел бы уболтать его до потери пульса. Однако стрела, неотрывно следящая за его переносицей, оказалась ключом, отомкнувшим запоры на скрытом доселе таланте оратора.
— Так и получилось, что я остался один, не потерявший веру в вашу мудрость, ваше величество. Тяжела участь одиночки. Что мне оставалось? Брошенный всеми товарищами на произвол судьбы, что ещё я мог сделать, чтобы спасти вашу репутацию, чтобы отвести от вас насмешки и сомнения? Что ещё оставалось мне?
Он снова выдержал паузу, на сей раз такую артистичную, что она сделала бы честь и самому Черепу. Надо было определить, как воспринял повелитель всю ту ахинею, что он наплёл. И только тут Мартин заметил, что губы Длинного Лука едва заметно шевелятся.
На самом деле некоронованный король давно уже слушал его вполуха. Гораздо больше его занимал неслышный, беззвучный разговор с юной ведьмой, которая теперь, не опасаясь отвлечь Длинного Лука от драки, начала говорить «в полную силу» мысленного голоса — до сих пор она ограничивалась только спасавшими Лука «подсказками».
«Как ты это делаешь? — удивлялся вожак Вольницы. — Слов почти нет, а я понимаю всё, что ты хочешь сказать!»
«Зато я не понимаю тебя! Что тебе нужно от этой твари? Сколько ещё ты хочешь потратить времени на его бред?»
«Я хочу унизить его. Напугать и заставить повеситься на собственном поясном ремне. Слышала, он говорил о преданности? Вот сейчас я его преданность и проверю».
Мысль о предателе, болтающемся в петле на суку, была почти такой же сладкой и манящей, как раньше — мысли о золоте, из-за которых он повздорил с Истер над кладом. Только Длинный Лук не замечал сходства.
Зато Истер видела его хорошо.
«Не дай мелочам захватить тебя. У нас есть дела поважнее».
«Мелочам? Этот подонок предал меня, хотел убить, а теперь врёт мне в глаза не краснея! Я имею право отомстить. В конце концов, я просто хочу повеселиться после неприятных моментов, которые пережил из-за него».
«Ах, дорогой, разве этот человек враг тебе?»
«Разве нет?»
«Он слишком жалок, чтобы быть врагом, достойным тебя. Просто грязь, пыль на твоих сапогах, которую даже не нужно отряхивать — ветер сдует».
«Кто же, по-твоему, будет стоящим врагом?»
«Паяц, который увел Изабеллу. Граф Томас Рэдхэнд. Не беспокойся, найдутся!»
И вдруг вместо слов и ясных мыслей в голову Длинного Лука ворвался по-звериному туманный, неопределенный сигнал опасности. Истер и сама не знала, откуда пришло это чувство, но позволила природному инстинкту ведьмы поднять тревогу. Длинный Лук вздрогнул, напрягся — и вовремя! Он разглядел на лице Мартина проблеск решимости: сейчас, когда напыщенный вожак ушёл в себя, уйти от прицела, броситься на него и вогнать в живот второй нож, который он носил за голенищем сапога…
В следующий миг Мартин, заметив, как изменился взгляд Длинного Лука, передумал сопротивляться и попытался склонить голову пониже, чтобы не выдать себя. Но было уже поздно.
— Посмотри на меня, — тихо и отчетливо потребовал Длинный Лук.
Переносица, едва обласканная покоем, снова нестерпимо заныла от предчувствия. И не зря. Молниеносный удар дикой боли между глаз ослепил его и выбросил в небытие.
***
Истер прочитала закрывающее заклинание и позволила себе разлепить веки. Обмен мыслями, тем более с человеком, не имеющим никаких магических талантов, отнимал прорву сил. Однако она не чувствовала себя в убытке. Хорошо то, что хорошо кончается, а неожиданная передряга завершилась на славу. Недоверчивые теперь трижды подумают, прежде чем проявлять недовольство, но главное — Длинный Лук преодолел ещё одно искушение. Можно сказать — искушение мелочностью.
Это радовало. Если так пойдет дальше, того и гляди, на него можно будет положиться по-настоящему.
Истер легла на траву под раскидистым деревом, потянулась, словно кошка на солнце, и задремала. Ей обязательно требовался отдых, потому что впереди, и очень скоро, ждали события куда более серьёзные. Юной ведьме снились чарующие пейзажи Драконовых земель, в дивных, исполненных неземной, первобытной страсти видениях она бродила там, чувствуя себя богиней.
#фэнтези #героическоефэнтези #призрак #хроноопера #попаданец