Раэ не решился тревожить усталых друзей и осмотрел браслеты на своих руках. Ну уж… хорошо заклепаны! Не снять. Разве что распиливать. Да и то, как подозревал Раэ, серебро непростое и не каждая пилка его возьмет. Охотник оглядел себя, увидел, что от пореза, который он нанес себе в подземелье, у него ничего не осталось на ноге. Она была залечена окончательно. Кроме того его тело наливалось какой-то странной силой. На руках и ступнях выступили вены. Уж не… уж не обращается ли он? Охотник поспешно прошептал слова молитвы от нечисти и прислушался к себе. Вроде бы ничего с ним не случилось. Разве что после того, как он прошелся и почувствовал свое тело, у него появилось острое желание посетить уборную. Ширмы, за которой могли бы прятаться таз и горшок, в углу не оказалось, зато под гобеленом, изображавшим колдунов, ухаживающих за прелестными ведьмами на фоне сада, безошибочно угадалась дверца, в которую Раэ и проскользнул.
В комнатушке он убедился, что, пока он спал, несомненно колдовским сном, его хорошенько выкупали – тело было гладким, как после бани, однако чувствовалась некоторая слабость. Да, его восстановили, и даже подлатали нервы, но подобное приключение не могло пройти без следа. Раэ пытался вернуться мыслями в подземелье, но не смог: разум требовал отдыха и решительно разгонял все мысли, которые касались загадок затхлых ярусов. И даже о последствиях думать не хотелось.
После того, как Раэ поставил в тумбу урильник, он обратил внимание на меленькое зеркальце, стоявшее на столике рядом с умывальным тазом. И заглянул в него. Не увидел даже отражения в своих глазах, как это бывало от мази принца Лаара. Коснулся стекла, и там остался отпечаток от его пальца. Омыл лицо водой и пронаблюдал, как истаивают в воздухе капли воды – задолго до того, как полностью высохнуть. Хотя вода ненадолго все-таки приняла форму его лица, и он смог по этому отпечатку узнать себя в зеркале. Но все-таки ненадолго. А еще – на нем не была видна надетая рубашка и подштанники. Из любопытства Раэ снял с себя рубашку и потряс ею перед зеркалом. Отразилась. Надел – исчезла. Вот тебе и браслетики.
-Всякое видел, но чтобы так… - раздался голос за шелковой ширмой для душа. Охотник от неожиданности чуть не подпрыгнул. Но на смой ширме, свесив хвост сидел Оникс и таращился сквозь него изумленными глазами. Должно быть, его изумляло плескание в воде.
Из-за ширмы выглянул… Варда в сером одеянии черного слуги! Должно быть, он наблюдал за невидимкой, пока тот справлял нужду, а затем плескался в воде.
Раэ не выдержал, кинулся к разведчику на шею. Тот не ожидал, что кто-то на него накинется из пустоты, крякнул, задергался, неловко отпихнул Раэ.
-Варда! Это же я, Фере! – быстро заговорил он, сам не свой от внезапной вспышки радости., - просто на мне… эти… как объяснить…
-На тебе браслеты-невидимки, - докончил суровый неулыбчивый Варда, - я все знаю.
Осторожно из-за ширмы выступил… Моди! Он приложил палец к губам и смотрел не в ту сторону, где мог быть Раэ, и он поспешно коснулся рукой плеча разведчика. Уф! Скорее бы освободиться от этих проклятых браслетов, которые отрезают его от остального мира…
-Ох, вот ты где! – проговорил Моди.
-Как же я раз вас видеть! – быстр прошептал Раэ. И увидел, как хмуро смотрит Варда на несколько виноватого Моди, Лишь Оникс был, похоже, искренне рад встрече. Раэ даже было непривычно видеть его теплый взгляд. Лишь с совсем недавних пор он заменил настороженный.
-Что-то случилось? – обеспокоенно спросил Раэ. Тут-то до него дошло, что неспроста разведчиков двое, и они оба терпеливо ждут пробуждения Раэ… Была бы простая новость – принес бы один.
-Я скажу, - переглянулся Моди с замявшимся Вардой, - конечно, разведка обещала вытащить тебя на Мабон, но…
-У нас новый приказ, - отрывисто сказал Варда и решительно выдернул из-за отворота рукава сложенный в несколько раз листок бумаги, - и ты сам виноват в том, что ты оказался слишком полезен…
-Ну еще и обстоятельства изменились, - сказал Моди, пытаясь предположить, где находится в воздухе лицо Раэ.
Сердце охотника замерло. Что это значит? Его не вытащат на Мабон?
-Читай, - коротко сказал Варда.
Письмо носило малую печать Цитадели. Но эта печать занимала большую часть бумажного листка. Послание было написано поверх него. Строчки запрыгали у Раэ под глазами:
«Приказ… продолжать следить за ведьмой Мурчин… доставлять сведения…связной Оникс… предотвратить нападение Бриуди Рива на границы Семикняжия… сорвать планы создания ходячей армии мертвецов»…
Раэ не понимал до конца, что он читал. Письмо дрожало в его руке. Он растерянно посмотрел на Варду и увидел в его глазах тяжелую недовольную боль. Моди смотрел в пол, опустив глаза.
-Фере, - угрюмо спросил Варда, - у тебя все еще есть силы после того как ты… после того, как ты…
-Фере, это надо для Семикняжия, - тихо сказал Моди, глядя мимо лица Раэ, - ты единственный, кто может быть подобраться близко к планам Бриуди… учитывая твое положение… Фере… я…не смею…так говорить, но он сейчас поведет игру в строжайшей секретности… никому к нему будет не подобраться…
Взгляд Моди молил.
-Они не должны были тебя определять. Я просил за тебя, - сказал Варда, - можешь ли ты простить меня за то, что я нарушаю свое слово?
Вид у Варды вдруг стал таким, будто он постарел на десять лет. Раэ понял, что у него дрожат губы. Как хорошо, что Варда не видит его лица!
-Варда, я – охотник, - сказал он несколько одеревеневшими губами, - меня учили, что я должен положить жизнь за Семикняжие. Правда, меня учили бить колоссов, но… раз уж так сложилось… приказ есть приказ.
Варда горько усмехнулся и опустил голову. Похоже, ему тяжело давалось слушать слова, сказанные едва доломавшимся голосом. А Моди торжествующе глянул на Варду, хотя тот не поворачивал головы. Мол, Моди не сомневался в ответе Раэ.
-Есть ли у тебя еще силы, Фере? – повторил вопрос Варда.
-Надо – найдутся, - тихо сказал Раэ под довольный кивок Моди. Тот неловко протянул руку, провел ей по воздуху и докоснулся плеча Раэ.
-Ты правда разрушил тот проклятый алтарь в подземелье? – спросил Моди, - так мне сказал Хетте. Якобы он это видел.
Раэ кивнул, затем спохватился, что разведчики не видят, и сказал вслух:
-Это может как-то навредить?
-Если и навредить, то колдунам, - усмехнулся Моди, - мы же от этого становимся только сильнее… Фере… ты где и что делаешь?
-Я кланяюсь тебе в ноги.
-Что за чушь!
-Благодаря твоей науке я выжил в схватке с ходячим… Да и не только с ним…
Оникс тревожно свистнул.
-Фере, ох… - Моди не нашел слов, в то время как Варда нащупал в воздухе Раэ и рывком поднял его на пол.
-Хватит, у нас мало времени. Фере, отдай мне приказ, я его не вижу…
Раэ положил бумагу на ладонь Варды. Тот разорвал ее на мелкие неузнаваемые клочки и сунул в урну для грязной туалетной бумаги.
-У нас мало времени. Потом еще наговоритесь. Что ж, Фере…
Варда посмотрел мимо Раэ, хотел что-то еще сказать, но не смог. Духу, что ли, не хватило? Да и так главное уже было сделано и сказано. Охотник знал, что разведчики боялись его срыва. Боялись несогласия. Срыва и несогласия не случилось. Возможно, у них пропали слова призывов, уговоров, может, и утешений. Потому-то и было их двое. Потому-то и было их ожидание столь волнительным. Раэ понял, что стоит высказаться ему:
-Варда… я считаю себя умершим тогда, в мертвом городе. Так что я… я… буду держаться. А еще…
Раэ побоялся сказать, что слово шло от Хетте, но продолжил:
-А еще – я все равно вернусь в Семикняжие.
Варда неожиданно тепло усмехнулся:
-Еще бы! Тебе еще Аспурну жечь надо будет!
Он коснулся плеча Раэ и даже глянул прямо в глаза. И взгляд у него был живой-живой. Человеческий. С глубокими морщинами до висков. Какой никогда не будет у колдуна.
Оникс тихо свистнул дважды, навострив уши.
-Уходим! – быстро сказал Моди. Все трое разведчиков – люди и альв – исчезли за шелковой ширмой душевой, а в дверцу уборной постучали. Голос Мурчин:
-Фере, с тобой все в порядке?
Раэ поспешил выйти в спальню. Заговорил, чтобы заглушить легкий шорох разведчиков, еще перед дверцей:
-Со мной-то все в порядке… если не считать того, что я в зеркале не отражаюсь. И не могу снять с рук эти странные штуки.
-И не снимешь! – сказала ведьма и резко раскрыла дверь. Они столкнулись лицом к лицу. И перед Раэ стояла Лирило Лизир. И видела его. Смотрела испытующе прямо в глаза.
Раэ выдержал паузу, не задавая никаких вопросов.
-Фере, - почему-то Мурчин смутилась, - я не должна сейчас от тебя не отходить ни на шаг, но сейчас я вынуждена отлучиться. У меня пока есть немного времени, давай присядем, я тебе кое-что объясню, что успею. А потом оставлю на Хетте! Ненадолго. Нет-нет, ненадолго…
Раэ молча прошел в спальню, сделал то, что считалось дурным тоном во всех землях – переступил через шлейф Лирило. О да - шлейф. Куда-то собиралась на выход в таком одеянии. И еще какой выход. Но Мурчин была взволнована и не обратила на выходку внимания. Она еще на вошла в образ гезеллинской колдуньи.
-Вернись в постель, - поторопила она его. – ты еще слаб. Итак, я сейчас тебе объясню, к чему эти браслеты.
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Неомения. Глава 410.