Дождь барабанил по подоконнику нашей спальни, когда я в сотый раз перечитывала сообщение на телефоне от мужа: "Задерживаюсь на работе. Не жди". Капли сливались в мутные потоки на стекле, повторяя узор моих мыслей — таких же беспорядочных и тревожных. Ветер шевелил занавески, принося запах мокрого асфальта и воспоминаний о том вечере, когда всё изменилось.
Я положила руку на округлившийся живот, чувствуя, как малыш толкается, будто чувствует мое волнение. В соседней комнате сладко посапывала наша трехлетняя Алиса, крепко обняв плюшевого зайца — подарок папы в прошлое воскресенье, когда он в последний раз был дома вовремя.
— Опять с ней? — прошептала я в темноту, представляя, как мой муж Денис в этот момент стоит рядом с ней — высокой брюнеткой с холодными зелеными глазами, которые когда-то смотрели на него с любовью.
Неожиданное признание
Ровно тридцать четыре дня назад Денис пришел домой необычно оживленным. Я готовила ужин, когда услышала, как хлопнула входная дверь и зазвенели ключи в прихожей.
— Алёна, ты не поверишь! — он вошел на кухню, расстегивая галстук, глаза блестели как у мальчишки. — Нашел идеального сотрудника для проекта "Горизонт"!
Я выключила плиту, вытирая руки в фартуке. Запах жареного лука смешивался с его дорогим одеколоном.
— Кто этот счастливчик? — улыбнулась я, наливая ему чай в любимую кружку с надписью "Лучший папа".
Пауза. Слишком долгая. Его пальцы замерли на пуговицах рубашки.
— Лена Соколова.
Фарфоровая чашка выскользнула у меня из рук и разбилась о кафель, обдав ноги горячими брызгами.
— Та самая Лена? — мой голос прозвучал чужим, слишком высоким.
Он вздохнул, как будто я устраиваю сцену из-за пустяка, и наклонился собирать осколки:
— Алёна, это было шесть лет назад! Мы оба совершенно другие люди теперь.
— Тогда почему ты не сказал мне сразу? — я схватилась за столешницу, чувствуя, как подкашиваются ноги.
— Боялся, что отреагируешь именно так, — он провел рукой по лицу, оставляя красноватый след на щеке. — Я взял ее исключительно из-за профессиональных качеств. Она лучшая в своем деле, у нее связи в...
— В нашем браке? — перебила я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.
Денис резко выпрямился, и его глаза потемнели:
— Хватит! Я не собираюсь это обсуждать. Решение принято.
Он развернулся и вышел, оставив меня среди осколков нашей былой уверенности.
Рабочие будни
Следующие недели превратились в пытку. Каждый вечер я встречала мужа одним и тем же вопросом:
— Сколько она сегодня принесла компании?
— Ты не поверишь! — его глаза загорались тем самым огоньком, который когда-то был обращен ко мне. — Три новых клиента за день! Контракт на пять миллионов!
Я молча уходила на кухню, где разбила еще одну чашку — на этот раз нарочно. Осколки разлетелись по полу, как осколки моего спокойствия.
Вчера вечером, когда он снова задержался, я не выдержала и позвонила в офис. Трубку взяла она.
— Кабинет Дениса Михайловича, Лена Соколова слушает.
Голос — бархатный, уверенный. За спиной послышался смех моего мужа.
— Это... его жена. Передайте, что дочь спрашивает, когда папа придет домой.
Пауза. Слишком знакомая.
— Конечно, Алёна Васильевна. Он сейчас занят, но я передам.
Она знала мое имя.
Больница
В больницу меня увезли ночью с угрозой выкидыша. Схваткообразные боли сковали живот, когда я в сотый раз прокручивала в голове их возможные разговоры, их смех за закрытыми дверями кабинета.
Денис примчался с растрепанными волосами, пахнущий чужими духами — что-то с нотками жасмина, слишком цветочное для его обычного стиля.
— Ты же понимаешь, мы просто дописывали презентацию! — он схватил мою руку, но я выдернула ее.
— В одиннадцать вечера?
— Проект горит!
Я отвернулась к стене, чувствуя, как ребенок внутри меня сжимается от моей боли. Капельница покачивалась над кроватью, отсчитывая секунды нашего молчания.
Решающий разговор
Утро началось с запаха больничной стерильности и букета роз, который принес Денис.
— Уволь ее, — сказала я, глядя, как солнечный луч играет на лепестках.
— Алёна, ты не понимаешь...
— Я понимаю, что мое здоровье тебя волнует меньше, чем ее "профессиональные качества"!
Он сел на край кровати, и вдруг его уверенность дала трещину:
— Я не могу просто так... Контракт, штрафные санкции...
— Выбери. Либо она, либо наша семья.
Дождь за окном усилился, и где-то в этом шуме потерялся мой последний шанс на доверие. Его пальцы сжали мои, но впервые за семь лет брака это прикосновение не дало тепла.
Послесловие
Через месяц Лена сама уволилась — ушла к конкурентам, забрав с собой лучших клиентов.
Я лежала в роддоме с новорожденным сыном на руках, когда Денис принес очередные розы. Они пахли слишком сильно, перебивая даже запах детского шампуня.
— Она ушла, — сказал он, целуя меня в лоб.
Я кивнула, глядя, как наш малыш сжимает крохотные кулачки. Некоторые уроки даются слишком дорого. А профессиональные качества, какими бы выдающимися они ни были, не стоят слез вашего ребенка.
За окном светило солнце. Первое за долгое время.