Пару лет назад мы уже писали об исследовании путей эволюции ранних млекопитающих, в ходе которого учёные пришли к выводу, что первые кайнозойские млекопитающие сделали упор на развитие мускулатуры, а не мозга. Наш сегодняшний гость как раз является одним из самых ярких примеров подобного направления в эволюции.
Знакомьтесь, корифодон (Coryphodon Owen, 1845), представитель отряда пантодонтов, обитавший на нашей планете 57-46 млн лет назад. Внешне выглядел как нечто среднее между бегемотом и носорогом, чьими дальними родственниками и являлся. По образу жизни он был ближе к первому: жил у водоёмов, проводил энную часть дня в озере или реке и питался болотной растительностью.
Одной из ключевых особенностей корифодона являлись увеличенные клыки. Собственно, за них Ричард Оуэн и дал ему название, в переводе означающее "острый зуб". В отличие от диноцератов, которые использовали саблевидные клыки для срезания растительности, корифодоны применяли их для внутривидовых сражений в брачный сезон.
Тело корифодона было достаточно массивным, что делало его одним из крупнейших млекопитающих своего времени. Максимальные размеры данного создания лежали в пределах 1,2 м в холке и 2,5 м в длину. Масса, в зависимости от вида и особи, находилась в пределах 300-700 кг. От части такие показатели обусловлены массивными, пахиостозными костями, которые способствовали отличному сохранению экземпляров данного животного.
Собственно, из-за массы, корифодон и получил титул одного из самых глупых животных планеты. Крайне мааленькая вместимость черепной коробки предполагает, что у особи весом в 500 кг на мозг приходилось всего 90 г, что составляет 0,018% от массы тела. К тому же, мозг был практически гладким, без извилин, что ставило корифодона в один ряд с плоскоземельщиками и свидетелями химтрейлов.
Тем не менее, недостаток мозгов не мешал корифодонам жить и даже процветать. Появившись на территории Северной Америки в позднем палеоцене, они широко распространились по континенту, дойдя на юг до нынешней Юты и Нью-Мексико и на север до о. Элсмир. Найденный там вид Coryphodon pisuqti Dawson, 2012 жил в достаточно тёплом климате (как-никак, палеоген - самый тёплый период в истории Земли), но испытывал на себе все прелести полярной ночи. Это привело к тому, что животные приспособились менять рацион в зависимости от сезона. Как установили в ходе изотопного анализа зубов, летом корифодоны питались листьями, стеблями и плодами цветковых, а зимой переходили на ветви, хвою и грибы.
Такая адаптивность, видимо, перекрывала недостаток башковитости и позволила корифодонам распространиться по всему северному полушарию. Через Элсмир и, вероятно, Гренландию они попали в Европу, где часть популяции осела и образовала новые виды, а часть - мигрировала в Азию. Уже на территории Китая и Монголии корифодоны эволюционировали в новый род - гиперкорифодон.
Стоит учесть, что выживанию корифодонов способствовала не только адаптивность, но и размеры, защищавшие от большинства хищников. Единственными созданиями, способными представлять угрозу для молодых или больных корифодонов, были гиенодонты.