На пороге стоял Юра.
-Я же просила не приезжать.
-У тебя был такой голос… Не мог бросить тебя в таком состоянии. Ты как?
Дневник сестры всё ещё был в руках Ульяны. Она дрожала и не могла понять: от холода это или от шока.
-Эй, ты чего?
Юра потянулся к ней и обнял. Дневник упал из рук Ульяны. Ульяна редко когда плакала, даже после смерти сестры не так часто себе это позволяла. Но сейчас она рыдала, как тогда в детстве, когда из-за Сони не пошла на выпускной. Кажется, Юра никогда её такой не видел: даже когда они сидели в больнице с Соней и ждали результатов операции, и врач вышел с каменным лицом, это Соня закатила истерику, а Ульяна, наоборот, впала в ступор и ни слезинки не уронила. Потом, вечером, когда Юра напоил её чем-то крепким, она прорыдалась, но и то не так, как сейчас.
-Ульяна, ты меня пугаешь. Что-то с Варей?
Рассказывать Юре правду не хотелось. Но, с другой стороны, кому, как не ему? Ульяна прикусила щеку изнутри так сильно, что левую сторону головы пронзила резкая боль. Это помогло немного взять себя в руки.
-Пошли, – Юра скинул ботинки, и Ульяна это оценила – помнит, как для неё важна чистота в доме, – и проводил её в комнату.
-Садись, я сейчас.
Из кухни он пришёл с бокалом.
-Что это?
-Пей.
Ульяна решила не спорить и выпила всё залпом. Юра сел рядом – слишком близко, но сил прогонять его не было.
-Что случилось?
-Это кошмар! Знаю, что не нужно было этого делать, но я просто хотела защитить Варю. Думала, что там будет что-то важное, и там оказалось важное, но совсем не то...
-Ничего не понимаю! Ульяна, давай по порядку.
Что же, по порядку – значит, по порядку. И она начала с того дня, когда нашла в ящике Иры дневник.
Когда Ульяна закончила свой рассказ, Юра спросил:
-А ты уверена, что всё это правда? Ну, может, она просто фантазировала. Книжку писала.
Ульяна покачала головой.
-Какие уж фантазии. Нет, я знаю Иру. Знала.
-Ну, тогда что я могу сказать… Плакать сейчас не время, если ты хочешь, чтобы Варя осталась с тобой. Или хотя бы с Соней. Если этот тип подаст в суд, шансы у тебя малы. Вы ведь даже некровные родственники…
-Но он не отец! Где он был все эти годы? Это же нечестно! А мама? Как она могла? Почему она мне ничего не сказала?
Только сейчас Ульяна поняла, что больше всего расстроило её в прочитанном: не то, что Ира на самом деле не её сестра, а то, что ни Ира, ни мама не сказали об этом ей.
-Она имела права никому не говорить, – мягко произнёс Юра. – Ты не хуже меня знаешь про тайну усыновления. Что это меняет? Исключая проблему с Максимом, конечно. Ира была и всегда будет твоей любимой сестрой, ведь так?
Голос Юры успокаивал. Ульяна даже перестала всхлипывать. Так глупо получилось: устроило перед ним истерику. А она не такая, она сильная.
-Так, – согласилась она. – Но всё равно. Это так… Странно.
-Давай сосредоточимся на другом. Глеб всё мне рассказал, ты уж извини. Если не хочешь, я устранюсь, но мне кажется, что я могу помочь тебе в этом деле.
Ульяна не могла вспомнить, обсуждали они с Глебом участие Юры или нет. Но какая теперь разница? Всё равно он знает даже больше, чем Глеб.
-И что ты предлагаешь делать? Хотя, я и так знаю! Сейчас выгоню эту предательницу из дома! Она за моей спиной встречается с Максимом, это вообще нормально? Да какое она имеет право!
Юра покачал головой.
-Не советую. Если ты её выгонишь, не будешь знать, что происходит. Помнишь же – врагов мы держим ближе, чем друзей. Хотя… Я не считаю, что Соня – твой враг. Она ведь твоя сестра. Теперь уже единственная.
-Если я её не выгоню, он так и будет получать от неё информацию.
-Ну… Есть вариантик. У тебя самой как с ним отношения?
-В смысле?
-Ну, вы раньше общались?
-Нет.
-А сейчас?
Этот вопрос почему-то вызвал у Ульяны раздражение.
-Какое у нас может быть общение?
-Да не кипятись ты! – Юра погладил её по руке. – Я знаю, это будет сложно, но… Ты должна попытаться с ним подружиться. Сделай вид, будто ты не против того, чтобы у Вари был отец. Подберись к нему, не дай Соне с ним сговориться. Может, всё не так уж и плохо: он не был замечен ни в суде, ни у адвокатов. Пока что он не планирует забирать у вас Варю. Но Соня вполне может подкинуть ему эту идею.
Вот почему она выбрала Юру – он всегда умел рассмотреть любую ситуацию со всех сторон и решить, как будет лучше. Конечно, он прав: если Соня решила вступить в сговор с Максимом, неужели Ульяна не сможет её обойти? Усыпить и его, и её бдительность? Что же, если они хотят войны – они получат войны!
Ульяна не произнесла ни слова. Но Юра широко улыбнулся.
-Вот. Теперь я узнаю мою Ульяну.
-Я не твоя.
Он вздохнул.
-Знаю. И ты не представляешь, как я жалею о своей ошибке. Не понимаю, что на меня нашло. Наверное, я испугался и решил погулять в последний раз перед свадьбой. Что ты так смотришь? Я же даже кольцо купил…
Внезапно он потянулся к Ульяне и поцеловал её. Как хотелось поддаться этому соблазну! Да, она сильная, но, оказывается, поддержка Юры последние два года значила для неё куда больше, чем Ульяна себе признавалась. Но перед глазами всплыла высокомерная улыбочка Полины, и Ульяна отстранилась.
-Не надо, – сказала она.
-Прости…
Зазвонил телефон, и Ульяна воспользовалась этим, чтобы встать с дивана.
-Надо взять. Мама.
С мамой говорить хотелось меньше всего. Но и не взять трубку Ульяна не могла.
-Ты где шляешься? Почему девочки дома одни? – накинулась мама вместо приветствия.
-Что значит шляюсь? Я заехала в квартиру. Холодно, надо взять тёплые вещи.
-Холодно ей! А ребёнка заморозила! Соня сказала, что Варя там в тонкой шапочке и летней куртке.
-Я же попросила её взять тёплую шапку, и…
-Сказала она… А думать головой ты не пробовала? Я с вами с ума сойду. Тест опять положительный… Ну что я могу с этим поделать, не понимаю? Ульяна, ты же знаешь – у меня сердце. Заявление не забрала, Максим так и крутится вокруг… На тебя вообще нельзя положиться.
Ульяна поймала взгляд Юры. И только это помогло ей сдержаться.
-Я со всем разберусь, мама, – сказала она. – Не переживай, всё будет хорошо. Как ты себя чувствуешь? Снимок лёгких тебе делали?
Вопросы о здоровье всегда переключали маму, и она начала пространное объяснение про то, что ей сделали, а что нет, про соседку, которая месяц пролежала под вентиляции лёгких, про мужа, у которого, наоборот, все тесты отрицательные. Ульяна слушала всю эту болтовню вполуха и думала о том, что если Ира – не их сестра, то что тогда случилось с ребёнком? Она помнила, что у мамы был большой живот, когда она уехала в роддом. Или не в роддом? Почему-то вспомнилась скорая помощь, папин испуг, и то, как Ульяна прячется под столом. Но что тогда случилось, она никак не могла вспомнить…