Глава 24
Ерофей ликовал. «Одним махом двоих побивахом!» – немного переиначив цитату из старого мультика, произнёс он после того, как вернулся к себе, достал бутылку из холодильника, налил содержимое в рюмку и медленно выцедил, наслаждаясь вкусом. Потом глубоко вдохнул и широко улыбнулся, посмотрел на портрет отца и сказал ему:
– За тебя, папа! – после чего налил снова и опять выпил.
Вопросы морали Ерофея Деко не волновали уже давно. Однажды твёрдо решив, что будет беспощадно мстить доктору Печерской за свою погубленную семью, он понял: это можно выполнить только если у врага образуется целое кладбище из друзей и родственников. Ну, а раз так, то нечего страдать вопросами, насколько это правильно, законно и прочее. «Месть – блюдо, которое едят холодным», – говаривал его отец, и маленький Ероша понимал: папа собирается сделать кому-то очень больно и неприятно, но не теперь, когда неизвестный ожидает такого и готов к ударам судьбы. Он дождётся момента, пока враг расслабится, потеряет бдительность, и уже потом можно будет врезать ему так сильно, что дыхание перехватит.
Сегодня у Ерофея был настоящий праздник. Он понял, что давно было пора не нянчиться с Печерской, пытаясь то заставить её финансово страдать, то подставить по медицинской части, а сделать так, как прошлой ночью. То есть запереть дом её родителей снаружи, так чтобы изнутри никто не смог выбраться, облить горючим веществом и бросить спичку, а потом записать видео, как всё разгорается, и отправить посреднику, а тот, в свою очередь, – заказчику, то есть Ерофею.
Всё вышло именно так, как и планировалось. Один из подручных Деко, который для контроля специально поехал в Волхов, со стороны посмотрел, как всё происходит. Он не знал, что Ерофей там тоже будет, но с другой стороны улицы, в узком проулке, где рассмотреть его неприметную машину, купленную специально для тайных поездок, никто бы не сумел при всём желании.
Деко решил, опорожнив ещё три рюмки, на этом остановиться. Он стал думать, какой бы сделать следующий ход. Его планирование облегчала информация о составе семьи доктора Печерской. У неё есть… то есть теперь уже были родители, но в Пскове живёт брат со своим семейством: женой и детьми. Некоторое время назад Ерофей совершил довольно глупый и безрассудный поступок, едва не стоивший ему свободы. Он подкупил одного мужичка, чтобы тот сбил старшего брата Эллины Родионовны.
Мужичок этот оказался недалёкого ума. Задание выполнил, но не до конца – в самый последний момент испугался ответственности и резко вильнул рулём, из-за чего «объект», как мысленно Деко называл про себя Дмитрия Печерского, хоть и пострадал, но не слишком сильно, – его увезли на «Скорой помощи», сделали операцию, мужчина выжил. Ерофей, поняв, какую глупость сотворил, потом быстро избавился от исполнителя. Подпоил троих бомжей (для этого пришлось прикинуться одним из них, было омерзительно) и рассказал, что живёт в городе Пскове в таком-то доме один гад, который у него увёл любимую женщину, а потом, когда та была беременная, избил, из-за чего она умерла вместе с ребёночком. Прослезился, просил помочь наказать. Обещал проставиться ящиком водки. Не палёной какой-нибудь, настоящей.
Бомжи послушались, а потом подкараулили «гада несусветного» и, как в таких случаях пишут в полицейских протоколах, нанесли ему тяжкие телесные повреждения, некоторые из которых оказались несовместимы с жизнью. Конечно, их потом нашли и посадили, – всех, кроме Ерофея: ни имени, ни лица его никто из них по причине хронического алкоголизма вспомнить не смог.
После этого Деко решил, что больше он напрямую с исполнителями работать не станет и занялся созданием собственной «команды», а по сути – преступного сообщества, в просторечии именуемого «бандой». На это пришлось потратить много времени: Ерофей тщательно подбирал кандидатов. Почти все они оказались людьми, когда-то служившими под началом его отца. Всем Андрон Гордеевич Пулькин когда-то очень крепко помог, и настало время платить по счетам. Да никто из них и не спорил: надо, так надо, – эти люди угрызениями совести также не страдали.
Теперь, когда с родителями Печерской было покончено, Деко решил, что пора всё-таки заняться старшим братом доктора и его семьёй. Он знал, что Дмитрий перенёс серьёзную операцию, его жена имеет проблемы с сердцем. Дети… они Ерофея не интересовали. Если попадут под горячую руку очередного исполнителя, – что ж, так тому и быть. Если выживут и даже не пострадают… Да и пусть. Он вообще к детям относился, как к листьям, носимым ветром в осеннем парке. Вроде бы и не слишком мешают, а если станут, всегда можно утилизировать.
Вскоре раздался звонок. Это был ещё один подручный Деко, который выступал в роли сборщика информации по семье Печерских.
– Да, – отозвался Ерофей.
– Нашёл интересную информацию, шеф, – сказал молодой мужской голос. – Помните, что у доктора Печерской был непродолжительный роман с неким доктором Граниным?
– Подробнее.
– Они знакомы со школы. Когда-то Печерская страстно влюбилась в него. Он был сыном мэра Волхова. Его родители были категорически против их связи. Потом Никита Михайлович уехал в Питер, отношения прервались. Они снова встретились, когда Гранин был назначен главврачом клиники, где теперь работает вместе с Печерской. У них снова была связь, Эллина Родионовна родила от него дочь…
– Короче, – потребовал Ерофей.
– Около двух лет назад у Гранина был роман с медсестрой, Альбиной Тишкиной. Она родила ему сына, но от ребёнка отказалась, передала приёмным родителям. Гранин, как биологический отец, дал согласие. Мальчика назвали Мишей и увезли в Омск. Тишкина некоторое время спустя погибла, – стала жертвой случайного нападения. Совсем недавно Гранин узнал, что приёмные родители его сына также погибли. Он приехал в Омск, чтобы забрать ребёнка, ему в усыновлении отказали.
– Причина?
– У него нет жены, а одиноким мужчинам…
– Он же его биологический отец, верно? – уточнил Деко.
– Да, но у нас такие законы.
– Дальше.
– Теперь самое интересное. Гранин обратился за помощью к Печерской, потому что у неё есть влиятельные покровители.
– Да? – приподнял бровь Ерофей. – Насколько?
– Из администрации президента, – прозвучал ответ.
«Поисковик хорош, – оценил его старания Деко. – Недаром плачу ему такие бешеные деньги».
– Дальше.
– Доктор Печерская помогла, ей удалось вывезти мальчика из Омска.
– Незаконно?
– У Эллины Родионовны есть и другие покровители.
– Кто?
– Олигарх Галиакберов. Слышали о таком?
– Да.
– То, чтобы было незаконной акцией, благодаря его связям стало вполне законным. Так что теперь у Гранина есть сын, а у сына – свидетельство о рождении, подтверждающее их родство.
– Как это всё связано с Печерской? – задал Ерофей закономерный вопрос.
– Простите, шеф. Но вы мне платите за сбор информации. Что с ней делать дальше, решаете вы сами, – сказал поисковик.
Деко помолчал. А ведь правда.
– Хорошо. Принял к сведению. Гонорар получишь в течение часа.
– Спасибо.
– Да, где теперь этот Миша?
– В этом самое интересное, шеф.
– Сразу надо было говорить, – проворчал Ерофей.
– Простите. Так вот, Печерская, как организатор акции, привезла его к себе домой. Но отдавать Гранину не спешит, хотя он недавно посетил их дом, однако обратно уехал один, хотя ожидалось, что вместе с сыном, – сказал собеседник.
– Причина?
– Я не могу утверждать, но мне кажется, что тут одно из двух. Либо Печерская не захотела отдавать мальчика, либо, и это скорее всего, Гранин сам попросил, чтобы его сын пока пожил у Эллины Родионовны, – предположил поисковик.
– Первое вряд ли, она не так глупа, и конфликт с Граниным ей не нужен. Второе… вот это уже интереснее. Какие у него мотивы так себя повести?
– У Гранина новая женщина. Недавно начал с ней встречаться.
– Информация есть о ней?
– Соберу в течение суток.
– Займись, – сказал Деко. – Да, пришли мне всё, что есть об отношениях Печерской и Гранина.
После того, как разговор закончился, Ерофей отправил бухгалтеру сообщение, чтобы перевёл поисковику деньги. Не прошло и часа, как тот прислал требуемое. Читая, Ерофей задумался, как можно использовать ту информацию. Услышанное было очень интересным. Он даже отодвинул вопрос с братом Печерской и его семьёй в дальний уголок своей памяти. «Это пока подождёт, там ничего сложного, – подумал Ерофей. – Вот Гранин – совсем другое дело. Тут может получиться интересная комбинация. С чего это вдруг ей помогать бывшему любовнику? Просто пришёл и попросил?
– Нет-нет, отношения между ними давно складываются не сказать, чтобы очень удачно, – рассуждал Деко, прохаживаясь по кабинету от двери до окна и обратно. – Значит, скорее всего имело место сделка. Да, но что могла захотеть Печерская в ответ на услугу? Повышения в должности? Она хочет занять место главврача? Но там уже есть свой – Иван Валерьевич Вежновец, – прочитал он в докладе. – Правда, пока на больничном, но вместо него исполняющая обязанности. некая Нора Леонидовна, – и Ерофей хмыкнул, фамилия ему показалась забавной.
Он ещё походил, подумал.
– Квартира? Деньги? Нет, у Печерской всё это есть. Чтобы Гранин больше никогда не пытался претендовать на их дочь? Вероятно, только Никита Михайлович не настолько глуп, чтобы теперь судиться с Эллиной Родионовной из-за дочери: у его бывшей подружки мало того, что влиятельные покровители, так ещё и муж на высокой должности. Так-так… Что же всё-таки попросила? Печерская помешана на медицине. Значит, всё-таки речь идёт о карьерном росте. Она и так уже завотделением. Выше только главврач. Выходит, копать нужно в этом направлении.
***
Я смотрю на фельдшера. Она только плечами пожимает и говорит:
– Давление в норме, температуру мерили – 36.6, менингеальные симптомы отрицательные. Наверное, действительно «мигрень».
После этого коллега из «Скорой» уезжает, продолжаю работать с пациенткой. Осматриваю и прихожу к выводу, что неврологический статус в полном порядке. Значит, требуется больше информации для анамнеза.
– Как часто бывают приступы? Эта боль похожа на вашу мигрень?
– Да не очень часто, раза два в месяц, – отвечает больная. – Боль такая же, свет и звуки тоже бесят, но… – она вдруг резко хватает тазик, однако желудок уже опустел, и всё ограничивается позывами. – Так сильно меня прежде не тошнило.
Смотрю на неё и понимаю, что в клинической картине что-то не сходится. Почему противорвотные средства не помогают? Отчего боль не поддаётся воздействию анальгетиков? Вероятно, причина в чём-то другом, и отправляю девушку на КТ головного мозга. Когда приходит результат, выясняется: всё чисто.
– Элли, проблемы? Выглядишь тревожной, – в смотровую заходит доктор Береговой.
– Есть немного, – отвечаю задумчиво и ввожу в курс дела.
Данила думает несколько секунд, потом говорит:
– Попробуй сделать пункцию.
Я с благодарностью смотрю на коллегу и друга. Как же сама-то не догадалась? Видимо, стресс повлияет на когнитивные способности. Провожу процедуру, получаю ликвор, отправляю на анализ. Он показывает, что в спинномозговой жидкости выщелоченные эритроциты, то есть следы старой крови. Они едва заметные, но есть, а это уже тревожный симптом. Картина для меня проясняется сразу же: у молодой девушки субарахноидальное кровоизлияние. Вероятно, причина всему – та самая «бомба» в голове, которая уже начала, как мы говорим в таких случаях, подтекать.
Снова отправляю её на КТ, но теперь уже с контрастом, и та самая бомба замедленного действия становится видна: это аневризма. Оказывается, у пациентки случилось кровоизлияние, но очень незаметное, маленькое. Когда рассказываю ей об этом, пугается, но беру за руку и говорю, что в нашей клинике отличные нейрохирурги, и они ей обязательно помогут.
Потом иду в ординаторскую, – не хочу сидеть одна в кабинет, – пью горячий чай маленькими глоточками и думаю о том, насколько жизнь непредсказуема. Мы ходим, смеёмся, строим планы, а внутри нас могут тихо ждать своего часа такие «сюрпризы» – невидимые, молчаливые, но смертельно опасные. Делаю вывод: если головная боль не такая как обычно и сопровождается чем-то новым – это красный флаг. Нужно насторожиться и обратиться к врачу для исключения неотложных состояний.
– Кто бы мне теперь помог с моим состоянием, – вздыхаю, вспоминая о Волхове.