Глеб и Борис привезли тело брата в Суздаль. Печальное то было путешествие, не так виделось им общее будущее!
Заголосили, запричитали бабы, уже готовые к выполнению обрядов. Вышли из княжеского терема траурно одетые женщины, чтобы проводить тело княжича Ивана в церковь, где проведет он свою последнюю ночь на этой земле. Уже готова была глубокая могила, вырытая прямо под сводами дома Божия, в тени раскидистых берез, что так тихо и нежно шуршат молодыми листьями по весне. Сейчас они были голы, и ветки уныло обвисли под весом осевшего на них снега.
Улите, вместе со всеми вышедшей из терема, было безумно жаль княжича Ивана, но глядя на Глеба, она испытывала почти непреодолимое желание подойти и утешить любимого. Огромных усилий стоило ей не броситься к нему, не впиться глазами в его лицо прямо на виду у всех.
Глеб же ее не замечал, как впрочем не замечал почти никого вокруг, погруженный в свое горе. Епископ вышел на встречу траурной процессии, поклонился телу княжича Ивана и пошел впереди, словно путь указывал, через широкие ворота церкви, где уже много лет отпевал покойников, крестил детей и венчал молодые пары, словно замыкая вечный круг жизни. Сопровождающие потянулись за гробом, хоть отпевание и было назначено только на завтра. А нынешний день и грядущую ночь, над усопшим станут читать тихие молитвы, дабы переход его в мир иной был легким.
Ярина стояла рядом с пасынками и горько плакала. Вспоминала, как маленький еще Иван, заискивающе заглядывал ей в лицо, прося немного ласки и одобрения каждому своему поступку. Вспоминала, что когда она гладила его по светлым волосикам, он весь подавался к ней, как котенок, внезапно оставшийся в одиночестве. Теперь его нет, и даже не успел Иван оставить после себя ниточку, свою кровинушку, что стала бы его продолжением и утешением для всех.
По другую руку от Ярины, стояли ее собственные сыновья. Старший, Василько, уже отрок, скоро тоже с отцом сможет ходить в походы. Сердце Ярины замерло, когда она представила себе, что это он, а не Иван, лежит в гробу. "Не допусти, Господи!" - Ярина быстро перекрестилась. Старые страхи снова проросли в душе. Помнят ли ее еще старые Боги? Жаждут ли мщения, или забыли о нерадивой своей дочери, что укрылась от их очей за спиной нового, молодого Бога? Вещие сны уже давно не видела Ярина, не приходила и Веда, чтобы дать свой бесценный совет. Да Ярина того и не желала.
Священник закончил, повернулся к Ярине.
-Завтра предадим земле новопреставленного княжича Ивана, а пока будем читать по нему требуемые молитвы!
Ярина кивнула. Посмотрела еще раз на Ивана и направилась к выходу, чувствуя спиной, как следуют за ней и все остальные.
Она подождала пасынков у входа.
-Борис, Глеб! Отдохнуть вам надо с дороги, день завтра предстоит сложный!
Братья не возражали. Они и правда чувствовали себя разбитыми с дороги.
-Я поеду, Андрея встречу! - сказал Ростислав, поверх головы Ярины, глядя на жену.
Ефросинья только вчера сказала ему, что снова в тягости и Ростислав, вдруг впервые почувствовал свою ответственность за жену и детей. В душе надеялся, что обещанную Ивану Курскую землю, отец теперь отдаст ему.
Улита стояла позади княжеской семьи, радуясь, что хоть немного может побыть рядом с Глебом, не вызывая подозрений.
Получив одобрительный кивок княгини Ярины, юноши отправились каждый по своим делам, а женщины, вслед за Яриной, отправились в терем. Предстояло еще позаботиться о поминальной трапезе для домочадцев и для всего Суздальского народа.
Улита, когда вошли в терем, тихонько шмыгнула в одно из ответвлений коридора, опутавшего внутренности терема, и пробралась на свое укромное место, прямо у покоев княжича Глеба, которое давно уже приглядела для себя. Глеб и Борис первым делом отправились в мыльню, потом трапезничать сядут, а уж после Глеб отправится почивать. Тут Улита и встретит его. Девушка чувствовала, что если не раскроет Глебу истинных своих чувств, жить дальше не сможет. Он ведь княжеский сын и его слово, что-нибудь, да значит! Улита мечтала, что узнав о ее любви к нему, Глеб поговорит с отцом и братом, а те, конечно, не станут препятствовать их любви и свадьба будет у нее не с Андреем, а с Глебом.
С такими мыслями она и ждала появления Глеба. Успела даже слегка задремать. В этой половине терема было непривычно тихо. Не было слышно детских криков, не сновали туда-сюда служанки, лишь изредка прохаживался по коридору стражник.
Наконец послышались приближающиеся голоса. Возвращались Борис и Глеб, в сопровождении стражников, которые не покидали княжичей ни днем, ни ночью. О страже Улита не подумала - как при них объясниться с Глебом?! Но стражники не пошли к палатам. Их пост был в начале коридора, единственного прохода к покоям княжичей. То, что сама она оказалась в ловушке, Улиту пока не волновало.
Борис и Глеб остановились прямо напротив ее убежища, пожали друг другу руки.
-Почивай, брат! - сказал Борис, - День завтра будет долог!
-И ты брат! По утру встретимся!
Борис отправился к себе, а Глеб потянул ручку двери, ведущую в его покои. Улита ужом выскользнула из потаенной ниши в коридор, шмыгнула под руку Глебу и оказалась за дверью впереди него. Глеб остановился, уставившись на нее.
-Ты чего тут делаешь?! - изумился он.
-Говорить с тобой хочу, княжич! Жизнь моя от этого зависит!
Глеб решил, что дело и впрямь важное, уступил.
-Ну говори тогда...
И Улита заговорила. Сбивчиво, непонятно. Сначала Глеб не мог разуметь чего она хочет, а когда понял, нахмурился.
-Про то, что сейчас говорила - забудь, и я забуду! Против воли отца и поперек брата не пойду!
-Но ведь люб ты мне...- прошептала сбитая с толку Улита. Все шло не так, как она задумала.
-А ты мне не люба! - решительно ответил Глеб и открыл дверь, приглашая незваную гостью покинуть его обитель.
Стражник ухватил пробегавшую мимо Улиту за руку, но Глеб крикнул ему:
-Не держи, пусть идет!
Улита, рыдая, выбежала во двор.
День похорон выдался морозным, солнечным. Даже странно было, что в такой день вместо веселья, предстоит опустить в могилу совсем молодого юношу. Долго тянулась церемония прощания, но, как это обычно бывает, не видя мертвого тела, становилось немного легче.
У Глеба из головы не выходила вчерашняя встреча с Улитой. Он прислушался к себе, не проклюнется ли ответное чувство, но кроме братской приязни, ничего к Улите не ощущал.
"Это надо же, до чего девка додумалась!" - думал Глеб. Улита предназначалась в жены его брату Андрею, и Глеб с первых дней ее пребывания в Москве, воспринимал девушку только как жену брата. Ни в каком ином качестве ее не видел.
В трапезной Улита сидела потупив взор, с красными щеками.
-Уж не захворала ли ты? - озабоченно спросила княгиня.
-В жар бросает, княгинюшка! - ответила Улита, - Дозволь пойти прилечь?
-Ступай, да пусть лекарша осмотрит тебя! - отпустила Ярина.
С недавних пор стала бояться заразы, а потому, как только Улита ушла, сказала прислужнице, стоявшей за ее спиной:
-Пусть определит, на заразна ли хворь!
Рядом фыркнула Ольга.
-Да она, как только Андрей приехал, такая! Видать сильно хочется замуж!
-Траур положенный выдержим, да и поженим их! - сказала Ярина.
"Если уж такая любовь промеж ними, пусть будут вместе как можно раньше!" - решила она, наблюдая, как Андрей тревожно оглядывается, не видя Улиты.
Заметила это и Ольга.
-Гляди, Ярина! Андрей-то весь извелся, куда это его зазноба делась? - Ольга едва не прыснула со смеху, но вовремя вспомнила, что сидит за поминальной трапезой по собственному брату.
-Тебе самой скоро замуж идти, а ты пока даже за кого не знаешь! Вот уж мы над тобой посмеемся!- вмешалась Ефросинья, до того молча слушавшая.
-Хватит! - осадила их Ярина, - Негоже смеяться над чужим счастьем - оно Богом дадено!
Все трое ошибались, трактуя состояние Улиты. А та была в отчаянии. Увидев Андрея и Глеба рядом в трапезной, она окончательно поняла, что не сможет полюбить Андрея никогда. Что Глеб навсегда останется в ее сердце и вытравить она его оттуда не сможет. И от мыслей этих вдруг стал ей Андрей противен, хоть и был хорош собой внешне.
Вошла лекарша, осмотрела девушку, и не найдя признаков болезни списала ее состояние на волнение, естественное для последних событий. Так и пояснила княгине. Та, успокоенная, на время позабыла про этот разговор.
Жизнь продолжалась. В трудах и заботах проходили дни. Приходили вести от князя Юрия. Вместе со Святославом готовили они большой поход против князя Изяслава. Сыновьям Юрий наказывал вести дозор по всем его землям и быть готовыми по первому зову отца выступить в поход. Андрей с Борисом отправились в Ростов, чтобы нести дозор там, а Ростислав с Глебом остались в Суздале, снаряжая войско для отца. Все жили в тревожном ожидании чего-то неминуемого, способного перевернуть жизни каждого. И это неминуемое приближалось с каждым днем все ближе, постепенно затягивая и поглощая, как темная, неизведанная бездна.
Дорогие подписчики! Если вам нравится канал, расскажите о нем друзьям и знакомым! Это поможет каналу развиваться и держаться на плаву! Рекомендую также подписаться на канал в Телеграмме, чтобы быть в курсе последних событий.
Поддержать автора можно переводом на карты:
Сбербанк: 2202 2002 5401 8268
Юмани карта: 2204120116170354 (без комиссии через мобильное приложение)