Предыдущая часть:
Ситуация изменилась, когда Надежда Валентиновна серьёзно заболела. После смерти Николая Григорьевича она сильно сдала: всё время была погружена в свои мысли, забывала поесть, а порой и вовсе не вставала с кровати. Марина замечала эти перемены и пыталась встряхнуть мать, но та раздражённо отмахивалась:
— Отстань, Мариша. Моя жизнь кончилась со смертью твоего отца. Мне бы тебя на ноги поставить, а потом можно и за ним отправляться.
Слышать такое от женщины, которой едва перевалило за сорок, было невыносимо. Во время очередного медосмотра у Надежды Валентиновны обнаружили заболевание крови. Лечение требовало больших денег, которых в семье не было. И, как всегда, в критический момент появилась Тамара Евгеньевна. Узнав о болезни подруги, она запричитала:
— Ах, боже мой, Надюшу надо спасать! Я лучше кусок хлеба недоем, но подруге помогу, не дам ей умереть.
Надежда Валентиновна прошла несколько курсов лечения в онкологическом центре, оплаченных Тамарой Евгеньевной. Тогда ни она, ни Марина не думали, какую цену им придётся заплатить за эту помощь. Болезнь матери не позволила Марине поступить в медицинское училище, о чём она мечтала с детства. Девушка понимала, что ей нужно самой зарабатывать на жизнь, и обратилась в социальную службу. Ей выдали направление на трёхмесячные курсы швейного дела. Надежда Валентиновна обрадовалась:
— Мариша, ты молодец, сможешь сама себя обеспечить.
Она словно предчувствовала, что её время на исходе. После короткой ремиссии болезнь вернулась с новой силой. Марина, отчаявшись, пыталась поддержать мать:
— Мамочка, я пойду работать, и мы снова отправим тебя на лечение.
Но Надежда Валентиновна уже не верила в выздоровление:
— Девочка моя, мы не потянем ещё один курс. Придётся смириться.
И снова появилась Тамара Евгеньевна. На этот раз она поставила условие:
— Я дам денег на лечение, но при одном условии: твоя Марина выйдет замуж за моего Володю. Он весь извёлся от переживаний. Познакомился с девушкой из хорошей семьи, собирался жениться, но она его отшила и ещё оклеветала.
Когда Надежда Валентиновна передала дочери это предложение, Марина сначала подумала, что мать шутит. Она даже рассмеялась:
— Мам, это что, средневековье? Замуж по родительскому приказу?
Надежда Валентиновна ответила спокойно, но с болью в голосе:
— Я знала, что ты не согласишься. И правильно, у тебя вся жизнь впереди, а мне пора уходить.
Марина разрыдалась:
— Мамочка, прости, я не подумала! Если это спасёт тебя, я согласна выйти хоть за кого.
Её поразило, что сам Владимир Константинович вёл себя пассивно, словно ему было всё равно. Позже, уже в браке, она поняла причину: неудачи с женщинами сделали его замкнутым, почти боязливым. Первые месяцы замужества стали для Марины испытанием, но она молчала, стесняясь рассказывать матери о своих бедах. Со временем Владимир охладел к близости, обращаясь к жене лишь изредка, что её вполне устраивало. Но самым тяжёлым ударом стало то, что, несмотря на все жертвы, спасти Надежду Валентиновну не удалось. Она умерла тихо, во сне.
После смерти матери Тамара Евгеньевна явилась с новым ультиматумом:
— Мариша, твоя мать мне много задолжала. Мне срочно нужны деньги.
Марина была ошеломлена:
— Но мы же теперь родственники!
Тамара Евгеньевна ухмыльнулась:
— Это сейчас. А долг был раньше. Если денег нет, продай квартиру. Жильё у тебя есть — Володя тебя всем обеспечивает.
Марине пришлось продать наследственную квартиру, чтобы расплатиться. С этого момента она попала в полную зависимость от мужа.
Ксения, узнав, что они пойдут на аттракционы, оживилась:
— Мам, я хочу на лодочках покататься и с надувной горки спуститься!
Марина улыбнулась:
— Сегодня все твои желания исполню, но сначала зайдём в магазин, купим тебе ботиночки.
Ксения скривилась:
— Мама, ботинки никто не носит.
Марина удивилась:
— Дочка, а что сейчас в моде у дошколят?
Ксения, кокетливо поведя глазами, ответила:
— Хочу кроссовки, как у Ангелины Романовой!
Она подробно описала яркие кроссовки с мигающей подошвой, и Марина согласилась исполнить мечту дочери. В детском магазине таких кроссовок не оказалось, и им пришлось обойти несколько торговых точек в центре города. Ксения была в восторге от покупки, но программа с аттракционами ещё оставалась. Марина сомневалась, успеют ли они вернуться вовремя. Она осторожно сказала:
— Ксюша, может, на аттракционы в другой раз сходим? Если опоздаем, папа снова будет ругаться.
Девочка разревелась прямо на улице:
— Мама, ты обещала!
Марине пришлось уступить. Домой они вернулись, когда уже смеркалось. Владимир Константинович ждал их в прихожей, его глаза метали молнии:
— Ты что, нарочно? Два часа вас жду! Дома жрать нечего, а ты обещала блины.
Ксения, пытаясь защитить мать, достала из пакета кроссовки:
— Папа, не кричи на маму. У меня старые кроссовки развалились, и мама купила новые. Смотри, какие красивые!
Владимир побагровел, уставившись на жену:
— Откуда деньги взяла?
Марина, сама не понимая, что её толкнуло, ответила твёрдо:
— Разве я должна перед тобой отчитываться? Но если хочешь знать, сегодня на работе дали премию, и я решила сделать дочке подарок. Думаю, я имею на это право.
Владимир сначала побледнел, затем покраснел от ярости. Он выхватил кроссовки из рук Ксении и принялся рвать их, а затем швырнул на пол и начал топтать:
— Самостоятельная стала? Я тебя научу мужа уважать!
Марина, стиснув зубы, процедила:
— Владимир Константинович, я тебя ненавижу!
Он на мгновение замер, ошеломлённый:
— Ты меня посылаешь? Совсем берега попутала!
Ослеплённый гневом, он вытолкал жену за дверь, затем схватил Ксению. Новые кроссовки, вернее, их останки, полетели следом. Ксения, плача, заколотила кулачками в дверь:
— Ты плохой, папа! Я никогда тебя не прощу!
Марина не плакала. На душе было странно легко, словно тяжёлый груз свалился с плеч. Она знала, где живёт Екатерина Борисовна, и направилась туда. Начальница, увидев их на пороге, удивилась:
— Мариша, что случилось? Почему не позвонила? Я бы подъехала, забрала вас. По такому холоду с ребёнком тащиться!
Она не отказала в приюте:
— Поживёте у меня, а там что-нибудь придумаем.
На следующий день Марина, воспользовавшись отсутствием мужа, забрала из квартиры свои и Ксюшины вещи. Она твёрдо решила, что к Владимиру не вернётся. Но тот не собирался сдаваться: почти ежедневно он появлялся на проходной фабрики, требуя позвать жену. Марина вышла к нему лишь раз и спокойно сказала:
— Владимир Константинович, оставь меня в покое. Ты не поверишь, как я рада, что вырвалась из этого ада.
Но Владимир выследил, где она живёт, и устроил скандал у дома Екатерины Борисовны. Соседи уже собирались вызвать полицию, но начальница уговорила его уйти. Позже она посоветовала Марине:
— Мариша, тебе надо уезжать. Не хочу наговаривать, но у твоего мужа явно не всё в порядке с головой. Лучше тихо исчезнуть. Есть куда податься?
Радость от первых недель свободы испарилась. Марина поняла, что оказалась в тупике. Родни у неё не осталось, а квартира в родном городке была продана, чтобы расплатиться с Тамарой Евгеньевной. Возвращаться туда она не могла — Владимир вычислит её в два счёта. На вопрос начальницы она неуверенно ответила:
— В соседней области живёт тётя Людмила. Мы давно не общались, но адрес я помню.
Екатерина Борисовна помогла собраться и отвезла их с Ксенией на вокзал. На прощание она прослезилась:
— Мариша, если будут проблемы, звони, не стесняйся.
С тяжёлым сердцем Марина уезжала из города, где остались нелюбимый муж и любимая работа. Впереди была неизвестность, от которой её бросало в дрожь. Почти сутки они с Ксенией добирались до посёлка с романтичным названием Осиновка. Несколько раз Марина пыталась дозвониться до тёти Людмилы, но никто не отвечал. Это вызывало тревогу — она не знала, как родственница отнесётся к их внезапному появлению. Эти мысли не отпускали её до самого прибытия.
Осиновка встретила их дождём и промозглым ветром. Чтобы не застудить Ксению, Марина сказала:
— Дочка, побежали скорее, укроемся на вокзале.
Ксения, уставшая от долгой дороги, вяло кивнула.
— Ксюша, пойдём перекусим, а потом отправимся искать тётю Людмилу, — предложила Марина, стараясь придать голосу бодрости.
Ксения вяло кивнула, её усталость была заметна в каждом движении. У буфета собралась неожиданно длинная очередь. Марина вежливо спросила у мужчины, стоявшего последним:
— Вы последний?
Тот коротко ответил, глядя на часы:
— Да, но не уверен, успею ли до прилавка. Электричка вот-вот подойдёт.
Разговор на этом закончился, и Марина снова погрузилась в свои мысли. Внезапно её внимание привлекло движение впереди: тонкая рука, явно детская, ловко скользнула к карману дорогого пальто мужчины, стоявшего перед ней. Марина моргнула, решив, что от усталости ей мерещится. Но рука, сделав едва уловимое движение, вытащила туго набитое портмоне. Женщина перевела взгляд и заметила довольную ухмылку подростка лет пятнадцати. Всё произошло за считанные секунды, но для Марины сцена развернулась будто в замедленной съёмке. Она инстинктивно схватила руку парня и крикнула:
— Стой, нахал! Верни, что взял!
Несмотря на юный возраст, подросток оказался сильнее. Он вырывался, крича:
— Отпусти! Люди, помогите!
Очередь обернулась, десятки глаз уставились на Марину. Мужчина, за которым она стояла, с подозрением посмотрел на неё и похлопал себя по карманам, обнаружив пропажу:
— Кажется, у меня кошелёк украли.
Марина подняла с пола портмоне, затоптанное в суматохе, и протянула его владельцу:
— В дороге надо быть внимательнее. Вы даже не заметили, как этот парень у вас его вытащил.
Мужчина, ошеломлённый, принялся благодарить:
— Спасибо вам огромное! Даже не знаю, как вас отблагодарить.
В этот момент по громкой связи объявили прибытие электрички. Мужчина заторопился:
— Извините, моя электричка. Рад был бы поговорить, но надо бежать. Ещё раз спасибо!
Он выбежал из здания, запрыгнув в последний вагон. Только тогда Марина вспомнила о дочери:
— Ксюша, пойдём искать бабушку Людмилу?
Девочка пожала плечами и тихо вздохнула. Марина поняла, что Ксения вымоталась, и нужно срочно решать вопрос с ночлегом. Чтобы не бродить по незнакомому посёлку, она подошла к стоянке такси и громко спросила:
— Нам на Спортивную, дом 39.
Пожилой водитель откликнулся:
— Садитесь, довезу. Хотя до Спортивной минут семь пешком.
Продолжение: