— Галь, где мои носки? — донёсся из спальни недовольный голос Валерия.
— В шкафу, где им и положено быть, — отозвалась она, не отрываясь от окна.
— Каких «где положено»? Я же говорил — складывай их в комод!
Галина вздохнула. Опять. Вечно он находил к чему придраться. То носки не там, то борщ пересолен, то пыль на полке... Словно она его домработница, а не жена.
Зашёл Валерий, натягивая рубашку — грузный, с залысинами, но всё ещё считающий себя неотразимым.
— Ты что сегодня кислая какая-то? — бросил он, поправляя воротник. — Или опять про работу думаешь?
— А что, нельзя думать?
— Галина, мы же обсуждали. Зачем тебе эта нервотрёпка? Мать покойная сколько лет болела, ты её выходила... Заслужила отдых.
Отдых... Как же надоело это слово! Пять лет назад, когда свекровь слегла после инсульта, Галина действительно оставила школу. Не по своей воле — просто выбора не было. Валерий категорически отказался нанимать сиделку, мол, «чужие люди в доме», да и денег жалко. А детей у них не было... Так и получилось — бросила любимую работу, любимых учеников.
— Ты же не работаешь, — продолжал муж, завязывая галстук, — у тебя весь день свободен. Чего тебе ещё надо?
— Свободен? — Галина обернулась от окна. — Валера, ты серьёзно?
— А что не так? Дома сидишь, телевизор смотришь...
— Я телевизор не смотрю! Я дом веду, готовлю, убираю, стираю... Это разве не работа?
Валерий махнул рукой:
— Ерунда всё это. Настоящая работа — это когда результат приносишь, деньги зарабатываешь. А дома... ну что дома? Час-полтора — и всё готово.
Галина почувствовала, как внутри что-то сжалось. Час-полтора? Да она с утра до вечера без передышки!
— Валерий, мне скучно. Понимаешь? Я привыкла с людьми общаться, детей учить...
— Скучно ей... — проворчал муж, расчёсывая поредевшие волосы. — В твоём возрасте пора уже успокоиться. Тебе что, пятьдесят девять лет мало?
— При чём тут возраст? Я же не инвалид!
— Да брось ты! — Валерий повысил голос. — Кому ты там нужна? Молодых учителей полно, а ты... Лучше дома посиди, внуков дождись.
Каких внуков? У них детей-то не было, а племянники Валерия жили в другом городе и навещали от силы раз в год.
— Я хочу снова работать, — твёрдо сказала Галина. — Хочу чувствовать себя нужной.
— Да ты что? — Валерий обернулся, и в его глазах промелькнуло раздражение. — Тебе тут нужности мало? Я с работы прихожу усталый, мне ужин нужен, покой... А ты мне тут про какую-то работу!
— Покой... — повторила Галина горько. — А что я, не устаю, что ли?
— От чего устаёшь? От кастрюлек своих?
— От равнодушия твоего устаю! — вырвалось у неё. — От того, что живу как мебель в этом доме!
Валерий остановился посреди комнаты. Лицо его налилось краской.
— Что-о-о? Как мебель? Да я тебя...
— Что? — Галина смотрела на него не отводя глаз. — Что ты меня?
— Я тебя обеспечиваю! Крыша над головой, еда, одежда... Чего ещё надо бабе?
— Уважения надо! — Голос Галины дрогнул. — Понимания!
— Вот ещё! — Валерий махнул рукой. — Уважения ей подавай... Не нравится — иди зарабатывай сама!
И с этими словами он хлопнул дверью, оставив Галину одну.
Она стояла посреди комнаты и не могла поверить. «Иди зарабатывай сама...» А ведь когда-то этот мужчина клялся ей в любви, говорил, что без неё жизни не представляет.
В прихожей громко хлопнула входная дверь. Валерий ушёл к своим дружкам, как всегда, когда не хотел продолжать разговор.
Галина опустилась на диван. Руки дрожали. «Не нравится — иди зарабатывай сама...» Эти слова засели в голове, как заноза. А ведь он был прав в одном — никого она не содержала, ни копейки в дом не приносила. И от этого становилось ещё больнее.
Она поднялась, подошла к зеркалу. Отражение показало усталую женщину с поникшими плечами. Когда это всё началось? Когда она превратилась в безмолвную домохозяйку, которая боится мужу слово поперёк сказать?
«А что, если и правда попробовать?» — мелькнула мысль.
За окном смеркалось. Где-то далеко играла музыка, смеялись люди... А она сидела в пустой квартире и думала о том, что же теперь делать.
На следующее утро Галина проснулась с твёрдым решением. Валерий мирно храпел рядом — пришёл поздно, как всегда после посиделок с друзьями. Она тихонько встала, приготовила завтрак и села за ноутбук.
Сайт местного управления образования... Вакансии... «Требуется учитель русского языка и литературы». Галина быстро набрала номер.
— Алло, здравствуйте! Меня интересует вакансия учителя...
— А опыт работы какой? — перебила её сухой женский голос.
— Двадцать три года в школе...
— Когда последний раз работали?
— Пять лет назад увольнялась по семейным обстоятельствам...
— Понятно. А курсы повышения квалификации проходили? ФГОС знаете? Электронные журналы?
Галина растерялась. Какие ещё ФГОСы?
— Нет, я...
— Тогда без вариантов. До свидания.
Короткие гудки. Галина растерянно смотрела на телефон. Неужели за пять лет всё так изменилось?
Попробовала ещё несколько школ. Везде одно и то же — требования, которых она не понимала, программы, о которых не слышала.
— Что хмурая такая? — Валерий вышел на кухню в трусах и майке, почёсывая живот. — Каши мало положила.
— Работу ищу, — буркнула Галина, не поднимая глаз от экрана.
— Ха! — Валерий фыркнул. — И как успехи?
— Пока не очень...
— Вот и я говорю — кому ты там нужна? Лучше борщ свари нормальный, вчерашний жидкий был.
Галина стиснула зубы. Вчерашний борщ был отличный, просто Валерий придирается ко всему.
К обеду она обзвонила все школы в районе. Результат — ноль. Везде нужны молодые, с современным образованием.
— Может, попробовать что-то другое? — сказала она себе вслух.
Листала объявления... Продавец-консультант — возраст до тридцати пяти. Секретарь — опыт работы с современными программами. Менеджер — активная молодая девушка...
— Господи, да что же это такое! — Галина откинулась на спинку стула.
И тут увидела скромное объявление внизу страницы: «Требуется сиделка для пожилой женщины. Опыт приветствуется. Оплата ежедневно».
Галина задумалась. Сиделка... А ведь у неё действительно есть опыт — пять лет ухаживала за свекровью.
Набрала номер.
— Алло? — ответил приятный мужской голос.
— Здравствуйте, звонию по объявлению... про сиделку.
— О, отлично! А у вас есть опыт?
— Да, ухаживала за больной свекровью...
— Замечательно! Можете сегодня подъехать познакомиться?
Галина записала адрес и, переодевшись, поехала.
Квартира оказалась в старом доме, на третьем этаже. Открыл дверь мужчина лет сорока — усталый, с добрыми глазами.
— Меня зовут Андрей, — представился он. — Это моя тётя, Клавдия Петровна.
В комнате на кровати лежала худенькая старушка. Инсульт — сразу было видно по перекошенному лицу.
— Здравствуйте, — тихо сказала Галина, подходя ближе.
Старушка посмотрела на неё изучающе, потом кивнула.
— Она вас одобрила, — улыбнулся Андрей. — Это хороший знак. Тётя Клава разбирается в людях.
Договорились быстро. Три раза в неделю, по четыре часа. Не густо, но начало.
Домой Галина вернулась окрылённая.
— Где тебя носило? — встретил её Валерий. — Ужин когда будет?
— Устроилась на работу! — с гордостью объявила она.
— Куда это? — Валерий недоверчиво прищурился.
— Сиделкой. К одной бабушке...
Валерий секунду молчал, потом разразился хохотом:
— Сиделкой! Галина-мойщица задниц! Вот это да!
— Чего смеёшься? — Галина почувствовала, как щёки загорелись.
— Да нет, это прекрасно! — Валерий вытирал слёзы. — От учительницы до подтирательницы... Карьерный рост!
— Ты... — Галина сжала кулаки.
— Ладно, ладно, не дуйся, — Валерий махнул рукой. — Только учти — дома ты все свои обязанности выполнять будешь. Я не собираюсь страдать из-за твоих глупостей.
Первый день с Клавдией Петровной прошёл удивительно легко. Старушка оказалась умной, начитанной. Они говорили о книгах, о жизни... Галина и забыла, как приятно общаться с интересным человеком.
— Андрей говорил, вы учительница были, — с трудом выговорила Клавдия Петровна.
— Была... — грустно улыбнулась Галина.
— Не была, а есть. Учитель — это навсегда.
К концу недели Андрей предложил ей ещё два дня. А через месяц соседка Клавдии Петровны попросила Галину подменить её сиделку.
— У вас золотые руки, — сказала та женщина. — И главное — душевная вы какая-то.
Постепенно круг расширялся. Сарафанное радио работало — одна бабушка рекомендовала другой, та — третьей...
Но дома ситуация накалялась.
— Опять поздно! — рявкнул Валерий, когда Галина вернулась в восьмом вечера. — Дом в бардаке, ужина нет!
— Задержалась у Анны Ивановны, ей плохо было...
— Мне плевать на твою Анну Ивановну! — Валерий стукнул кулаком по столу. — Мне жена нужна, а не сиделка всего города!
— Валера, пойми, я чувствую себя нужной...
— А мне что, не нужна? Двадцать восемь лет вместе, а ты ради каких-то старух забываешь про дом!
— Я не забываю! Просто теперь у меня есть и другие обязанности...
— Которые важнее меня!
— Да нет же! Просто...
— Ничего не просто! — Валерий покраснел от злости. — Или семья, или твои бабки! Выбирай!
Галина посмотрела на него — красного, злого, эгоистичного. И вдруг поняла: а ведь она уже выбрала.
Тот роковой вечер начался обыденно. Галина вернулась домой в половине девятого — у Марии Семёновны случился приступ, пришлось ждать врача. В прихожей её встретил запах подгоревшего ужина и грохот посуды.
— Валера? — позвала она, разуваясь.
— Иди сюда! — рявкнул голос из кухни.
На плите дымилась сковородка с почерневшими котлетами. Валерий стоял посреди кухни — красный, взъерошенный, с кухонным полотенцем в руках.
— Вот! — Он ткнул пальцем в сковородку. — Пытался сам приготовить! Чуть дом не спалил!
— Да ты что... — Галина бросилась к плите, выключила газ. — Зачем же на такой огонь ставить?
— А зачем мне вообще самому готовить? — Валерий швырнул полотенце на стол. — Где моя жена? Где ужин? Где порядок в доме?
— Валера, я же звонила, предупреждала...
— Предупреждала! — передразнил он. — Мне твои предупреждения до лампочки! Я с работы прихожу — дома пусто, жрать нечего!
— Ну прости, пожалуйста... — Галина начала убирать со стола. — Сейчас быстро что-нибудь...
— Не надо! — Валерий хлопнул её по рукам. — Надоело! Сколько можно терпеть эту ерунду?
— Какую ерунду?
— Твою работёнку дурацкую! — Он помахал руками. — Бегаешь по чужим домам, чужих бабок подмываешь, а свой дом запустила!
— Я ничего не запустила! — Галина выпрямилась. — Просто теперь не только дома сижу!
— Вот именно! А надо только дома! — Валерий ткнул пальцем в пол. — Здесь твоё место! А не по городу шататься!
— Валерий, мне нравится работать...
— А мне не нравится жить в бардаке! — перебил он. — Мне не нравится разогревать вчерашний суп! Мне не нравится, что моя жена думает о ком-то больше, чем обо мне!
— Я думаю и о тебе тоже...
— Врёшь! — Валерий стукнул кулаком по столу. — Раньше ты меня встречала, ужин готовила, дом убирала! А теперь? Теперь ты вечно где-то торчишь!
— Я зарабатываю деньги! — не выдержала Галина. — Разве это плохо?
— Какие деньги? — фыркнул Валерий. — Копейки твои! Лучше бы дома сидела и не позорилась!
— Позорилась? — Галина почувствовала, как внутри всё сжалось. — Я позорюсь?
— А как это назвать? Учительница — и вдруг сиделка! Соседи уже языки чешут...
— Мне плевать на соседей! — вырвалось у Галины. — И на тебя плевать с твоими замечаниями!
Валерий замер. Таких слов от жены он точно не ожидал.
— Что ты сказала? — процедил он сквозь зубы.
— То, что сказала! — Галина смотрела на него не мигая. — Надоело мне выслушивать твои упрёки!
— Моих упрёков? — Валерий сделал шаг к ней. — Да я тебе всю жизнь обеспечивал! Крышу над головой! Еду на столе!
— За которую я расплачивалась собой! — крикнула Галина. — Пять лет твоей матери посвятила! Пять лет карьеру хоронила!
— Мать моя была больная...
— Больная, да! А ты где был? На работе! А кто с ней сидел? Кто лекарства давал? Кто памперсы меняла?
— Ты же... женщина, тебе это проще...
— Проще? — Галина засмеялась горько. — Знаешь что, Валерий? Я поняла одну вещь...
— Какую?
— Ты эгоист. Самый настоящий эгоист. Тебе наплевать на то, что я чувствую, что мне нужно. Главное — чтобы тебе было удобно.
Валерий покраснел ещё больше.
— Эгоист? Я? — Он ткнул себя пальцем в грудь. — Да я ради этой семьи горб гну! Я деньги приношу!
— И считаешь, что этого достаточно, да? — Галина качнула головой. — А то, что я как человек исчезаю, тебя не волнует?
— Какой ещё человек? — отмахнулся Валерий. — Ты жена! Жена должна мужа поддерживать, а не свои капризы исполнять!
— Капризы? — Голос Галины задрожал. — Желание быть полезной — это капризы?
— Полезной кому? Чужим людям? А мне ты не полезна?
— Тебе я нужна как обслуга! — выпалила Галина. — Постирать, погладить, покормить... Как прислуга!
— Прислуга? — Валерий вскинулся. — Да ты...
— А что я? — перебила его Галина. — Что ты хотел сказать?
— Да ничего я не хотел! — взорвался Валерий. — Просто надоело! Надоело твоё нытьё! Надоели твои старухи! Надоела эта вся ерунда!
— Тогда скажи прямо — что ты хочешь?
— Хочу? — Валерий сжал кулаки. — Хочу, чтобы ты бросила эту дурацкую работу! Хочу, чтобы дома порядок был! Хочу жить нормально!
— А если я не брошу?
— Тогда... — Валерий запнулся, потом выпалил: — Тогда катись к своим бабкам! Если тебе так важна твоя работа — катись туда и живи!
Повисла тишина. Валерий тяжело дышал, а Галина молча смотрела на него. Он явно ожидал, что она испугается, заплачет, начнёт извиняться...
Но Галина вдруг почувствовала странное спокойствие. Как будто туман рассеялся, и она наконец увидела всё ясно.
— Знаешь что, Валерий? — тихо сказала она. — Пожалуй, я так и сделаю.
И, не говоря больше ни слова, пошла в спальню собирать вещи.
Валерий остался стоять на кухне с открытым ртом. Он точно не ожидал такого поворота.
Три месяца спустя Галина стояла у окна комнаты для персонала в пансионате "Надежда" и смотрела на осенний сад. Жёлтые листья кружились в воздухе, а старички на скамейках кормили синичек. Тихо, спокойно... И главное — никто не кричит, не требует, не упрекает.
— Галина Михайловна, вас к телефону! — заглянула в комнату медсестра Аня.
— Иду, — отозвалась Галина, поправляя белый халат.
В коридоре стоял настенный телефон. Галина сняла трубку:
— Алло?
— Галка, это я... — донёсся знакомый голос Валерия. Усталый, просящий.
Галина вздохнула. Он звонил уже в пятый раз за месяц.
— Что тебе нужно, Валерий?
— Галь, ну хватит дуться... Возвращайся домой. Я же понимаю — погорячился тогда...
— Погорячился? — Галина усмехнулась. — Ты мне сказал катиться к старухам. Вот я и послушалась.
— Да не буквально же! — в голосе Валерия слышалось отчаяние. — Ну прости меня, дурака... Дома без тебя... ну никак. Вчера пельмени варил — так они в кашу превратились.
— Научишься. Это не сложно.
— Галь, ну что ты как чужая? Мы же столько лет вместе...
— Вместе? — переспросила Галина. — А мне почему-то казалось, что я просто при тебе жила.
— Ну что ты такое говоришь... — голос Валерия дрогнул. — Я же тебя любил...
— Любил? — Галина покачала головой, хотя он её не видел. — Валерий, ты любил удобство. А я была просто частью этого удобства.
— Неправда! Я...
— Ты что? — перебила его Галина. — Интересовался, о чём я думаю? Спрашивал, что мне нужно? Поддерживал мои начинания?
Валерий молчал.
— Вот именно, — продолжала Галина. — А теперь извини, мне пора. У меня работа.
— Какая работа? — в голосе Валерия послышалась прежняя злость. — Всё те же старухи?
— Нет, Валерий. Теперь я координатор смен. Официально трудоустроена, прошла курсы повышения квалификации. И знаешь что? Здесь меня уважают.
— Галь...
— А ещё знаешь что? — не дала ему договорить Галина. — Здесь я важна. Со мной советуются, мое мнение ценят. И никто не говорит мне, что я должна сидеть дома и молчать.
— Но ведь зарплата у тебя копеечная...
— Достаточная. На себя хватает. А главное — я снова чувствую себя человеком, а не домашним животным.
— Галина... — голос Валерия стал просящим. — Ну нельзя же так... Мы же семья...
— Были семьей, — тихо сказала Галина. — А потом ты решил, что я тебе не жена, а прислуга. Помнишь свои слова? "Не нравится — иди зарабатывай сама". Вот я и пошла.
— Я же не думал, что ты всерьёз...
— А зря не думал. Мне пятьдесят девять лет, Валерий. И я поняла — лучше быть одной, но свободной, чем вдвоём, но униженной.
— Ты же не справишься одна! — почти закричал Валерий. — Кто тебя защитит? Кто поможет?
— А знаешь что? — Галина улыбнулась. — Справляюсь отлично. И защищать меня некому не нужно — я сама себя защищу. Как, впрочем, и всегда делала.
— Галина...
— Всё, Валерий. Разговор окончен. Ищи себе новую прислугу — может, найдёшь кого-то помоложе и поглупее.
Галина положила трубку. Руки не дрожали — странно. Раньше после разговоров с Валерием она всегда нервничала. А теперь чувствовала только облегчение.
— Галина Михайловна! — окликнула её заведующая Елена Васильевна. — У нас новый постоялец приехал. Не поможете оформить?
— Конечно! — Галина поправила халат и пошла по коридору.
В приёмной стоял пожилой мужчина с чемоданом. Растерянный, напуганный.
— Здравствуйте! — приветливо сказала Галина. — Меня зовут Галина Михайловна, я помогу вам освоиться.
— А... здравствуйте, — неуверенно отозвался мужчина. — Я Пётр Иванович. Дочка меня сюда... определила. Говорит, дома я один пропаду.
— Не переживайте, — мягко сказала Галина. — Здесь хорошо. Увидите — вам понравится.
Пётр Иванович посмотрел на неё внимательно.
— А вы... тут давно работаете?
— Три месяца, — улыбнулась Галина. — Но я уже поняла — это моё место.
— Моё место... — повторил старик задумчиво. — А я вот не знаю, где моё место...
— Найдёте, — уверенно сказала Галина. — Главное — не бояться перемен. Иногда они к лучшему.
Вечером Галина сидела в своей небольшой, но уютной комнате и читала книгу. За окном шумел дождь, а в комнате было тепло и тихо. На тумбочке лежала зарплатная ведомость — немного, но честно заработанные деньги.
На телефоне моргал значок сообщения. Наверное, опять Валерий... Галина даже читать не стала. Удалила, не глядя.
Зачем ей это? У неё теперь другая жизнь. Жизнь, где её ценят, где она нужна. Где она может быть собой — не чьей-то тенью, а настоящим человеком.
А завтра будет новый день. И она встретит его с улыбкой.
Подписывайтесь на канал, делитесь своими чувствами в комментариях и поддержите историю 👍
Эти истории понравились больше 1000 человек: