У банкомата Ирина замерла. На карте четыре тысячи. А дочь просит полторы.
— Мам, мне очень нужно. Преподаватель сказал, без этих книг к экзамену не допустят, — голос Насти дрожал. — Я же не могу вылететь с курса.
— Сколько они стоят? — спросила Ирина.
— Полторы тысячи.
Ирина закрыла глаза. Полторы тысячи. Значит, на еду останется две с половиной на неделю. Макароны, хлеб, картошка. Ничего нового.
— Хорошо, переведу, — сказала она.
— Мам, а может, попросишь у папы? — тихо предложила Настя. — У него же денег больше. А то опять будешь экономить на себе.
— Не буду я у него просить, — отрезала Ирина. — Алименты он дает. Остальное — мои заботы.
После развода прошло два года. Ирина так и не привыкла просить у бывшего мужа дополнительные деньги. Алименты — это одно. А вот звонить и говорить "дай денег на учебники" — унизительно.
Сергей давал исправно. Двадцать тысяч в месяц. Как полагается. Но студентка в Москве — это дорого. Съем комнаты, еда, проезд, учебники, одежда. Двадцати тысяч не хватало.
Ирина работала продавцом в магазине косметики. Зарплата — тридцать тысяч. Из них пятнадцать уходило на коммуналку. Пять на еду. Остальное — дочери. И часто не хватало.
— Ира, ты чего такая худая стала? — спросила коллега Света. — Хорошо питаешься?
— Хорошо, — соврала Ирина. — Просто диета.
Какая диета. Просто денег на нормальную еду не было. Творог, мясо, фрукты — роскошь. Она покупала хлеб, макароны, картошку. Иногда яйца.
В субботу Настя приехала домой на выходные. Принесла большой пакет из дорогого магазина.
— Мам, смотри! — она достала красивый свитер. — Папа купил. И еще сапоги. И сумку.
Ирина посмотрела на ценники. Свитер — восемь тысяч. Сапоги — пятнадцать. Сумка — десять.
Тридцать три тысячи. Больше алиментов за месяц.
— Хорошо, — сказала Ирина. — Красиво.
— Он сказал, что у него дела хорошо идут. Новый бизнес открыл. Теперь денег много, — рассказывала Настя. — И еще сказал, что я могу приезжать за покупками когда захочу.
— Понятно.
— Мам, а что ты ужинать будешь? В холодильнике пусто.
— Схожу в магазин.
— Давай вместе. Я продуктов куплю.
— Не надо. У меня деньги есть.
Ирина соврала. Денег не было. После перевода Насте на учебники осталось две с половиной тысячи. На неделю.
Вечером дочь уехала к отцу. Ирина осталась одна с пустым холодильником и небольшой суммой в кошельке.
В понедельник в магазин пришла постоянная покупательница. Элегантная женщина лет сорока. Всегда покупала дорогую косметику.
— Ирина, посоветуйте что-то новое, — попросила она. — Хочу мужа порадовать.
— А повод какой?
— Да так. Он мне вчера серьги подарил. За тридцать тысяч. Теперь я ему отвечу красотой, — засмеялась женщина.
Тридцать тысяч за серьги. Ирина представила, сколько это месяцев еды. Или сколько учебников для Насти.
— Вот этот крем хороший, — показала она. — И тональное средство к нему.
— Беру. А еще духи хочу. Самые дорогие.
Женщина ушла с покупками на пятнадцать тысяч. Ирина посчитала. Половина ее зарплаты. За один раз.
Во вторник Настя прислала фото из ресторана.
"Папа меня в новое место водил. Ужин на двоих — четыре тысячи. Вкусно было!"
Четыре тысячи за ужин. Ирина делила пачку макарон на три дня.
В среду звонок от Насти.
— Мам, зуб беспокоит. Нужно к стоматологу. Частному, в нашей поликлинике очередь на месяц.
— Сколько стоит?
— Пломба — пять тысяч.
— Настя, у меня таких денег нет. Попроси у отца.
— Неудобно. Он же недавно одежду покупал.
— А мне удобно экономить на всем? — сорвалась Ирина. — Извини. Я не хотела. Конечно, попрошу.
Ирина набрала номер бывшего мужа. Пальцы дрожали.
— Сергей, привет. Тут у Насти зуб беспокоит. Нужен стоматолог. Пять тысяч.
— Хорошо, переведу ей на карту, — без паузы ответил он.
— Спасибо.
— Да не за что. Она же моя дочь тоже.
Ирина положила трубку. "Не за что". Ему действительно не за что. Пять тысяч для него — мелочь. А для нее — неделя экономии.
В четверг коллега Света принесла глянцевый журнал.
— Смотри, какие дома показывают. Хочу такой же, — мечтательно сказала она.
Ирина пролистала страницы. Роскошные интерьеры, дорогие машины, украшения. На одной из страниц увидела знакомое лицо.
Сергей. Ее бывший муж. В окружении деловых партнеров. Подпись: "Успешный бизнесмен Сергей Морозов открыл новую сеть ресторанов".
— Света, можно журнал посмотреть дома?
— Конечно, забирай.
Дома Ирина внимательно прочитала статью. Сергей рассказывал о новом бизнесе, планах расширения, доходах. В конце журналист спросил о личной жизни.
"У меня есть близкий человек. Виктория. Она вдохновляет меня на новые победы. Мы планируем свадьбу следующим летом".
К статье была приложена фотография. Сергей и молодая блондинка у дорогой машины. На ней платье, которое стоило как алименты за три месяца.
В пятницу Ирина встретила у дома соседку Галю.
— Ира, привет! Давно не виделись. Как дела?
— Нормально. Работаю.
— А как бывший? Алименты дает?
— Дает.
— Хорошо хоть. А то мой первый муж до сих пор должен. Замаялась с ним. А у тебя, говорят, бизнесмен теперь совсем. Деньги лопатой гребет.
— Не знаю. Мы не общаемся.
— Да понятно. Зачем тебе его заботы. Главное, чтобы денег на ребенка не жалел.
Галя ушла. Ирина поднялась в квартиру и села на кухне. Достала журнал с фотографией Сергея и его новой девушки.
Деньги лопатой гребет. А дочери дает минимум. А себе покупает новую машину. Девушке — платья за сто тысяч.
В субботу утром раздался звонок от Насти.
— Мам, можешь ко мне приехать? Неважно себя чувствую.
Ирина села на первую электричку. У Насти была температура.
— Наверное, простуда, — сказала дочь. — Хорошо, что завтра воскресенье.
Ирина сходила в аптеку, купила лекарства. Приготовила бульон. К вечеру Насте стало лучше.
— Мам, останься на ночь. Одной тоскливо.
— Хорошо.
Ирина спала на раскладушке в крошечной комнатке. Ночью проснулась от пустоты в желудке. Встала, пошла на кухню, выпила воды.
В холодильнике стояли йогурты, фрукты, готовая еда. Настя могла себе это позволить. Получала от отца деньги на жизнь отдельно от алиментов.
Ирина вернулась на раскладушку. Лежала и думала. Почему она терпит? Почему экономит на себе, ест одни макароны, а бывший муж покупает новой девушке платья за сто тысяч?
Утром они завтракали вместе. Настя намазывала хлеб дорогим маслом, ела красную икру.
— Мам, а ты чего не ешь?
— Не хочется.
— Ты похудела сильно. И выглядишь уставшей.
— Работа.
— Может, попросишь папу помочь? Найти работу получше?
— Не буду я у него ничего просить.
— Почему? Он же не чужой.
— Потому что не хочу быть попрошайкой.
— Мам, но он же богатый теперь. Ему не сложно.
Настя достала телефон, показала фотографии из соцсетей.
— Смотри, это его новая девушка. Виктория. Она в Дубае отдыхает. Папа ей путевку подарил. На две недели. В отеле за тысячу долларов за ночь.
Ирина смотрела на фотографии. Виктория в бикини у бассейна. В ресторане с видом на море. За рулем спортивной машины.
Тысяча долларов за ночь. Четырнадцать тысяч за две недели. Почти миллион рублей. Столько Ирина зарабатывала за три года.
— А еще он ей машину купил, — продолжала Настя. — Мини Купер. За два миллиона.
Два миллиона на машину для молодой. А бывшей жене двадцать тысяч в месяц на дочь.
Что-то щелкнуло в голове Ирины. Как будто кто-то бросил кубик. И выпало число, которое меняет все.
— Настя, дай мне номер отца.
— У тебя же есть.
— Дай мне его рабочий номер. Тот, по которому он всегда отвечает.
Настя продиктовала номер. Ирина набрала его.
— Сергей, это Ирина. Мне нужно с тобой поговорить.
— Что случилось? С Настей все в порядке?
— С Настей все хорошо. Но у нас есть вопросы.
— Какие вопросы? Алименты я даю каждый месяц.
— Алиментов не хватает. Нужно больше.
Молчание.
— Ирина, мы все решили раньше. Я даю то, что нужно.
— Сергей, я видела статью в журнале. Я знаю, сколько ты зарабатываешь. И сколько тратишь на свою новую девушку.
— Это мое личное дело.
— И Настя — тоже твое личное дело. Твоя дочь живет в общаге и ест дошираки. А твоя девушка отдыхает в Дубае за миллион рублей.
— Ирина, не смешивай мою личную жизнь и ваши алименты.
— Я не смешиваю. Я предлагаю быть честным. Ты можешь дать дочери нормальную жизнь. Но предпочитаешь тратить деньги на молодую подружку.
— Я даю столько, сколько нужно.
— А я прошу больше. Пятьдесят тысяч в месяц вместо двадцати.
— Что? Ты с ума сошла?
— Нет, я просто перестала стесняться. Пятьдесят тысяч — это меньше чем ты тратишь на свою девушку за неделю.
— Я не обязан...
— Сергей, — перебила его Ирина. — Ты теперь для меня только кошелек. Я больше не буду стесняться просить деньги у кошелька. Пятьдесят тысяч в месяц или я подам на пересмотр алиментов с учетом роста твоих доходов.
— Ты не сможешь этого добиться.
— Смогу. У меня есть информация о твоем бизнесе. У меня есть свидетели твоих трат. Хочешь проверить?
Долгое молчание.
— Хорошо. — наконец сказал Сергей.
— Пятьдесят тысяч. Но это последний раз, когда ты мне угрожаешь.
— Я не угрожаю. Я просто напоминаю о честности.
Ирина положила трубку. Руки дрожали. Но не от страха. От облегчения.
Настя смотрела на мать с восхищением.
— Мам, ты крутая!
— Я просто устала быть удобной.
В понедельник на карту пришли пятьдесят тысяч. Ирина пошла в магазин и впервые за два года купила мясо, рыбу, фрукты. Полную тележку еды.
Дома приготовила борщ с мясом. Съела полную тарелку. Потом еще одну.
Во вторник купила себе новые джинсы. В среду записалась к парикмахеру. В четверг пошла к стоматологу — подлечить зубы, которые давно требовали внимания.
В пятницу звонил Сергей.
— Ирина, ты же понимаешь, что это на время?
— Понимаю. До совершеннолетия Насти. Еще три года.
— Я имел в виду...
— А я имела в виду именно это. Пятьдесят тысяч каждый месяц. Три года. У тебя вопросы с этим?
— Нет вопросов.
В субботу приехала Настя. Увидела полный холодильник и похорошевшую мать.
— Мам, ты как другая стала!
— А я и есть другая.
Ирина села рядом с дочерью.
— Знаешь, Настя, я долго думала, что просить деньги — это унизительно. Что я должна сама справляться. Но потом поняла простую вещь.
— Какую?
— Когда мужчина заводит новую семью, он не должен забывать про старую. Твой отец не просто дает алименты. Он инвестирует в твое будущее. И в свою совесть.
— А если бы он отказался?
— Тогда бы я официально подала на пересмотр алиментов. Специалисты посмотрели бы на его доходы и траты. И назначили бы честную сумму.
— Мам, а ты не переживаешь, что он передумает?
— Нет. Он понимает, что сейчас ему проще договориться со мной. Чем объяснять другим людям, почему кому-то покупает машины за два миллиона, а дочери не может добавить к алиментам.
Вечером они готовили ужин вместе. Настя рассказывала про учебу, планы, мечты. Ирина слушала и думала.
Два года она экономила на себе. Стеснялась просить то, что должно было достаться дочери. Переживала, что будет выглядеть жадной, настойчивой, неудобной.
А Сергей в это время строил новую жизнь. Тратил на подругу в месяц больше, чем давал на дочь за год.
Теперь все изменилось. Кубик упал правильной стороной.
В воскресенье Ирина встретила соседку Галю.
— Ира, ты так хорошо выглядишь! Похорошела прямо!
— Спасибо, Галь.
— А что, бывший муж добавил к алиментам?
— Добавил.
— Сама попросила?
— Сама.
— Молодец! А то многие стесняются. Думают, унизительно. А мужчины пользуются, живут в свое удовольствие.
— Да, я тоже так думала. Но потом поняла: стесняться нечего. Если он может обеспечить ребенку достойную жизнь, то должен это делать.
— Правильно. Дети дороже гордости.
Галя ушла. Ирина поднялась домой. Села на кухне с чашкой хорошего кофе, который теперь могла себе позволить.
Через окно светило солнце. В холодильнике была еда. На карте лежали деньги на месяц вперед.
Но главное — она больше не переживала, что просит то, что принадлежало ей по праву. Не стеснялась требовать честности.
Кубик судьбы упал. И выпала именно та сторона, которая была нужна.
*А вы бы смогли так сказать своему бывшему: "Ты теперь просто кошелек"? Или продолжали бы экономить из гордости?*
Очень жду ваших историй. Подписывайтесь.