Глава 1
Глава 37
В зале повисла мертвая тишина. Даже женщина, разворачивающая шоколадную конфету, застыла. Несколько пар глаз уставились на Марью, прикусившую язык. Степан, поднеся стакан к губам, оцепенел. Олеся, глядя на лицо, как две капли похожее на ее мужа, вытаращилась так, что глаза чуть не выпали из орбит. Гости, открыв рты, рассматривали копию Степана и не могли понять, как вообще такое возможно, что посторонние люди могут быть так похожи друг на друга.
— Мама, — мужчина подошел еще ближе и по щекам Марьи потекли горячие слёзы.
— Сынок, — бросилась она к незнакомцу, глотая ком в горле. — Сыночек мой!!
— Вот это номер, — кто-то сказал за столом, нечаянно опрокинув бокал с вином.
— Обалдеть, — прошептал женский голос.
Марья, повиснув на шее бледного мужчины, рыдала в три ручья.
— Живой! Живой, мальчик мой. — говорила женщина, дрожа от волнения.
— Узнала, мамочка, — выдохнув с облегчением, сказал мужчина и, подняв руки, обнял ее, опустив голову на её трясущееся плечо…
***
Столовая опустела. После ухода Марьи, которая не удосужилась объяснить, кто этот мужчина, с которым она обнималась, часть гостей разошлась по домам, а часть стояла на улице и обсуждала произошедшее.
— Может, родственник какой?
— Как какой? Самый прямой, сын. Он её мамкой назвал, а она его – сынком.
— Не верится что-то, что этот мужик ей сыном приходится. Ну да, со Степкой сходство есть, но как такое может быть, если она больше с пузом не ходила?
— А кто ж его знает. Степка и… этот, вроде как одного возраста, если так подумать. А может и постарше. Может Марья до свадьбы гульнула, а ребёнка отдала бабке какой-нибудь. Дальней родственнице.
— Ну, потом все узнается. Марья из тех, кто любит рассказывать.
— Видали, как он одет? С иголочки! Бандит, наверное.
— Ну почему сразу бандит? Может фирма у него своя есть.
— Да ну. Сейчас у кого фирма, тот бандит. Время такое.
***
В кухне за накрытым столом сидела вся семья. Марья, поглаживая руку Андрея (так звали приезжего), не спускала с его улыбчивого лица слезливого взгляда и всё время кивала, будто соглашалась с его долгим рассказом.
— Усыновили меня в возрасте трех лет. Правда, я этого не помню. Родители из Москвы, несколько лет назад переехали в эту область. Я был женат. Сейчас в разводе, детей нет…
Олеся слушала его очень внимательно и вспоминала тот день, когда она, работая в кафе, впервые увидела Андрея. Степан сидел с задумчивым лицом. Кто бы мог подумать, что у него есть брат! Степа и Андрей – близнецы.
— Надо же, как повернулось, — роняя слезы, говорила Марья. — А мне сказали, что ты безнадежен. Прости меня, сынок, я ж поверила и написала отказную.
— Мать, Царствие ей небесное, рассказала перед смертью, что меня хотели усыновить сразу, из роддома. Но что-то там не заладилось. То ли отказались от меня, то ли…
— Это уже неважно, сынок, — Марья смотрела на него и радовалась. — Теперь ты с нами. Ты жив и это – главное.
— М-да-а, дела, — кивал Степа, держа в руке стакан с водкой. — Хм, подумать только… брат.
— Я долго решался: искать вас или нет. А потом понял, что должен найти.
— Еду я, значит, — встрял в разговор Игорь, дожевывая котлету, — а он стоит и голосует. Я остановился, а он и говорит, мол, в Черемушки ему надо. Ну, думаю, судьба. Уж часто меня в Черемушки затягивает.
Игорь рассмеялся и замолчал, видя, что никому несмешно. Неожиданно дверь открылась и в дом влетела Галька, соседка через дорогу. Она была вся красная как рак, волосы растрепались. Галька тяжело дышала.
— Тёть Олесь, ваш Сашка потоп.
Услышав такую новость, все подскочили и ринулись на улицу.
***
— Глупый ты, — Олеся сидела на краю кровати рядом с сыном и плакала, — что ж ты наделал? Я чуть не померла со страху, когда узнала.
— Прости, мам, не рассчитал силы. Думал, окунусь и обратно. Ноги свело… — Саша лежал на спине. Его глаза были наполнены страхом. Несколько минут назад он чуть не утонул, а сейчас говорит с матерью.
— Дурак и есть, — заглянул в комнату Стёпа. — Спасибо Михалычу, что заметил. Да и как заметил-то, если вокруг берега кусты да деревья растут? Бестолочь ты, Сашка. Чуть жёнку вдовой не оставил. Она ж на сносях, дурень. Так бы и не увидел своего сынка.
— Не мой это сынок, бать, — Саша привстал на локте. — Точно знаю, не мой.
— Ну-ну, а чей же? Моя, что ли? — усмехнулся Степан.
— Егора, — ответил ему Саша и упал головой на подушку.
Продолжение будет позже. Все новости вы можете узнать в нашем телеграм-канале.