Глава 1
Глава 4
***
– Доченька! – встретила Тамара Марину широкой улыбкой и распахнутыми объятиями: – Как же я рада тебя видеть! Совсем забываешь меня. Нехорошо это, нехорошо. Проходи. Чаёк зелёный будешь? Есть лимонад, я сама его готовила. Ты знаешь, в последнее время мне так нравится лаймы. Это что-то просто невероятное! А какая прелесть авокадо! Восторг! Я просто обожаю его и не представляю, как раньше могла его не любить.
– Мам... – дождавшись, когда она выговорится, тихо сказала Марина. – Я пришла не просто так, мне нужно с тобой серьёзно поговорить.
– Сейчас-сейчас, – суетилась Тамара. – Мне тоже столько всего нужно тебе рассказать. Слушай! Ты же ничего не знаешь! Я позавчера была на замечательной выставке в нашем музее. Никогда не думала, что современное искусство – это так увлекательно. Новые веяния, свежие взгляды! Ты даже представить себе не можешь, на что способна человеческая фантазия. Свет, цвет, перспектива, тени – всё это имеет колоссальное значение для передачи основной идеи. Художники использовали самые необычные для изобразительного искусства материалы – стекло, металл, песок, текстиль. Особенно мне запомнилось инсталляция с зеркалами, которая словно призвана играть с нашим восприятием пространства. Я так впечатлилась увиденным, что решила: в следующий раз ты просто обязана пойти со мной. Поверь мне, современное искусство придаёт нашей жизни не только символизм, но и настоящий смысл.
– Не знала, что ты стала таким искусствоведом, мама, – усмехнулась Марина.
– Может быть это от того, что ты совсем перестала мной интересоваться? – капризно надула губы Тамара. – Хорошо хоть меня не бросают мои подруги. В центре города открылась новая кофейня «Кофейный уголок». Вы, конечно, бывали там с Боренькой? Если нет, то обязательно сходите. Очень атмосферное место и пахнет дорогим молотым кофе и свежеиспечёнными круассанами. Мы с моими подругами встречаемся там каждую неделю. Обсуждаем новости, делимся планами, смеемся до слёз. Эта кофейня для меня словно маленький островок радости и покоя среди суеты.
Тамара мечтательно улыбнулась, но тут же с некоторым разочарованием взглянула на дочь:
– Не понимаю тебя. Ты недовольна тем, что у меня всё хорошо? Могла бы и порадоваться, что я за столько лет наконец-то нашла свое счастье и вдохновение.
Марина хотела сказать что-то хорошее, но её голос предательски дрогнул, и она не смогла скрыть этого.
– Мам, я за тебя очень рада, но настроения у меня нет совсем, прости.
– Что такое? – изогнула тонкие крашеные брови Тамара.
– Я решила развестись с Борисом…
Ложечка, звякнув, упала на блюдце, потому что внезапно ослабевшие пальцы Тамары не смогли удержать её. В комнате как будто наступила тишина, глубокая и тяжёлая. Тамара не ожидала такого поворота.
– Развестись? — машинально переспросила она, словно пытаясь проверить, не услышала ли что–то неправильно. — С Борюсей? Но почему? Что случилось? Ведь вы столько лет вместе, так много всего пережили...
– А что мы пережили, мама? Голод? Пожар? Разруху? – вскинула на мать беспомощный взгляд Марина. – У нас нет ни детей, ни житейских проблем, ничего, кроме трёхкомнатной квартиры в центре, и ту взяли в ипотеку.
– Почему в ипотеку?! – округлила глаза Тамара. – Это квартира Илоны. Она принадлежала её деду, ты знаешь, он был учёным, работал над какими-то секретными проектами, возможно даже связанными с ядерной физикой. И квартиру эту получил за свои заслуги абсолютно бесплатно.
– В смысле? – Марина даже привстала со стула. – Мам, а ты ничего не путаешь? Каждый месяц Борис вносит приличную сумму на погашение долга по ипотеке, и в том числе с моей зарплаты тоже. Конечно, у нас все платежи всегда были на Борисе, ему удобно, я не возражала. Нет, он не мог так обманывать меня!
– Странно, что ты не знаешь, за что и как платит твой муж, – усмехнулась Тамара. – Доверяй, но проверяй, разве ты не слышала об этом?
Марина опустила глаза, стараясь удержать в себе бушевавшее внутри возмущение.
– Я думала, что у нас всё плохо, но не знала, что настолько, – сказала она, наконец. – Мы давно перестали понимать друг друга. Борис стал другим человеком: холодным, отстранённым. Мы живем как соседи, а не семья. Я пыталась держаться, пыталась сохранить то, что было... Но поняла, что теряю себя. И больше не хочу продолжать этот бессмысленный брак.
Тамара нахмурилась:
– А ты говорила с ним? Уверена, Боренька даже не представляет, что творится в твоей голове.
Марина на мгновение замолчала, потом сжала ладони.
– Мам, ты сама себя слышишь?! Только что ты мне сказала, что он обманывает меня с ипотекой, и не считаешь это чем-то ужасным! Я говорю, что мы с ним чужие, тебе опять всё равно! Вот и Борис такой же, как ты! Мои слова бьются о вас как о стену! Борис любит только себя и не хочет меняться. А я должна терпеть это и тратить на него свою жизнь?
Мать хмуро посмотрела на дочь:
– Я понимаю, как тебе тяжело... Ты же всегда была сильной, а теперь тебе нужно принимать такие непростые решения. Но помни, что любое решение должно быть взвешенным. Это ведь не только о тебе, но и о том, как это повлияет на твою жизнь, на твое счастье.
Марина кивнула.
— Я всё взвесила, мам. Мы часто ссоримся, потому что между нам нет и никогда не было любви, есть просто привычка. И я не хочу больше тратить время на то, что уже умерло. Хочу начать новую жизнь, где будет место для меня и моей радости. Я хочу быть счастливой, мама!
– Ой, вот только не надо этого пафоса! – всплеснула Тамара руками. – Ты уже давно не тургеневская барышня и тебе не идут все эти театральные рисовки.
– Спасибо, мама, за поддержку, – Марина поднялась и отодвинула стул. – Извини, но я пойду.