Зоя Владимировна толкнула тяжёлую дубовую дверь своей квартиры, и её сразу окутал знакомый уютный аромат — тёплая корица, свежий хлеб, и что-то ещё, щемящее сердце, почти детское. — Тётя Клара, — громко позвала она, сбрасывая туфли в прихожей, — я же просила! Вам нельзя напрягаться после операции! Из кухни донёсся смех — тот самый, заразительный, громкий и тёплый, который Зоя помнила с самого детства. — Зоенька, милая! Ну что мне делать? Телевизор смотреть? Там же одни ужасы. Лучше я тебе булочек напеку к чаю. Ты у меня всё равно худая — от работы совсем иссохла! Зоя вошла на кухню и остолбенела. Стол ломился от угощений: три противня румяных булочек, большая кастрюля с борщом, сковорода с хрустящей картошкой. — Тётя Клара! — всплеснула она руками. — Это же на целую армию! Мы вдвоём столько не съедим и за неделю! Семидесятитрёхлетняя женщина в клетчатом фартуке обернулась и лукаво подмигнула. Несмотря на операцию на сердце, выглядела она бодро: аккуратно уложенные седые волосы, румянец
– Куда тебе такое наследство? Отдавай 4 миллиона! – заявила свекровь
23 июня 202523 июн 2025
11,8 тыс
4 мин