Проведя полную тревоги ночь в поезде, Зайцевы буквально ворвались в квартиру, боясь не застать Римму Анатольевну живой. Однако та совершенно не выглядела умирающей. Как ни в чем не бывало мать пригласила сына с женой в кухню.
— Ну что за шутки, а? Ты хоть представляешь, что нам пришлось пережить? — выражал свое недовольство Игорь.
— А как еще я могла тебя вытащить, скажи? — не стесняясь ответила Римма Анатольевна. — А потом, у тебя же отпуск.
— Отлично, Римма Анатольевна, вы, как всегда! У меня просто нет слов, — ответила на это Валентина.
— Мам, я согласен, что виноват, что не приезжал очень долго, но, по-моему, такими вещами как болезнь, как смерть, не шутят.
Помолчав и сделав виноватое выражение лица, Римма Анатольевна сменила тему разговора:
— С Дениской творятся страшные вещи. Если ты не вмешаешься, он меня сведёт в могилу.
— Дениска? — переспросила Валя. — Значит, мы здесь из-за него? Это издевательство какое-то, Рима Анатольевна!
— Игорь, может быть, мы обойдёмся без этих замечаний? Я ведь не звала твою жену. — Мать вопросительно посмотрела на сына.
— А, мне уже уезжать, значит, можно?! — возмутилась Валентина.
— Валюша, ну хватит, а! — Игорь грозно посмотрел на жену, затем перевел взгляд на мать. — Мам, что с Денисом?
— Его неделю уже нет, ты понимаешь? Он не появляется вообще. А я тут одна осталась. Я не сплю, у меня сна вообще уже нет. — Женщина заплакала.
— Мам, ну ладно, ну не надо.
— С сердцем всё хуже и хуже. Мам, ну не заводись, а. Не надо плакать, пожалуйста.
— Ну как не плакать, скажи? У меня что-то с ногами творится, я не могу ни до аптеки, ни до магазина дойти. Я уже у соседей прошу помощи. Я потому тебя и вызвала. Ну ты пойми, ты старший, если ты не вмешаешься, если ты... не спасешь его...
— Хорошо, что мне конкретно нужно сделать, скажи?
— Ты должен привести Дениса домой. На кого мне еще рассчитывать?
— Римма Анатольевна, вы меня простите, но я всё-таки скажу, — вмешалась в разговор Валя. — Вот вашему мальчику уже двадцать три года. Он сам вполне может решить проблемы со своей личной жизнью. А Игорь заслужил отдых. Ну когда вы его перестанете дёргать по всякому пустяку?
— Что? По пустяку? — Римма Анатольевна перестала плакать. Она с удивлением уставилась на невестку. Затем ей вдруг стало плохо. — Ой, я не могу, я не могу, я не могу, я не могу. Ой, что-то опять схватило. — Женщина приложила руку к груди.
— Где лекарства? — обеспокоенно спросил Игорь, обводя взглядом полки, столешницу и холодильник.
— Ой, больно-то как, Господи! Сердце прихватило.
— Мам, мам, ну не волнуйся только, пожалуйста, не волнуйся. — Игорь нашел таблетки от сердца, распечатал упаковку и протянул их матери со стаканом с водой. — Я, я обещаю, я обещаю, что что-нибудь придумаю.
Игорь понимал, что попал между двух огней. Он не мог проигнорировать просьбу матери, и с женой ругаться тоже было не с руки, совершенно не хотелось. Тогда он еще не знал, чем всё это закончится, да и не мог знать, но понимал, что без его вмешательства брат домой точно не вернётся.
Характером Денис весь пошел в отца. И если его кто-то обижал, что вымолить прощение было очень проблематично. Вот и сейчас скорее всего они с матерью поссорились, просто Римма Анатольевна не стала об этом говорить.