Воскресное утро Глеба началось с противной трели телефона. Часы безжалостно показывали шесть утра. Только этого еще не хватало! Зятю предстояла долгожданная рыбалка с друзьями, которую они планировали еще с прошлого месяца. Глеб аж подпрыгнул на кровати, чтобы Алла не проснулась, нашарил телефон и увидел на экране имя тещи.
«Ну конечно, кто же еще», – мысленно проворчал он и вышел из спальни в коридор.
– Алло, – шепотом ответил Глеб, прикрывая дверь в спальню.
– Глебушка, миленький, – раздался до боли знакомый встревоженный голос, – беда у меня случилась! Трубу прорвало, настоящий Ниагарский водопад в ванной! Соседи снизу колотят в дверь, орут как оглашенные. Что мне делать-то?
– Мама, сейчас рано, – решил слукавить Глеб, называя тещу мамой, что делал только в крайних случаях. Но фокус не прошел.
– Глебушка, когда прорвало трубу, часы роли не играют! – возмутилась Нина Петровна. – Да и какая разница – рано или поздно? Ты все равно уже проснулся, я же слышу. Приезжай скорее, а то меня соседи живьем съедят!
Глеб тяжко вздохнул, прикрыв глаза рукой. В голове мелькнула мысль отказать, но воображение сразу нарисовало картину: заплаканная теща стоит посреди затопленной квартиры с тазиком в руках.
– Ладно, буду через полчаса. Только воду перекройте.
– Где ее перекрывать-то? – растерянно спросила Нина Петровна.
– В ванной вентиль с ручкой, я вам показывал сто раз! – не выдержал Глеб, но тут же прикусил язык. – Ладно, ничего не трогайте, я сам все сделаю.
Глеб, стараясь не шуметь, натянул первую попавшуюся одежду. Старые вытянутые треники, футболка с застиранной надписью «Я король шашлыка», разношенные кроссовки – всё как полагается для воскресного утреннего выезда. Алла, однако, проснулась и сонно смотрела на него с кровати.
– Опять мама? – спросила она безо всякого вопроса в голосе.
– Угу, – буркнул Глеб. – Трубу прорвало.
– И ты, конечно, понесся как ошпаренный? А вызвать сантехника религия не позволяет? Или там на воде заклинание какое-то лежит, что только зять может помочь? – Алла села на кровати, сердито заправляя волосы за уши.
– Там соседей заливает, – промямлил Глеб. – Скандал на весь дом.
– Каждый божий раз одно и то же! В прошлое воскресенье – диван. До этого – полка отвалилась. А до этого что? Не помнишь? Паук в ванной завелся! Огромный, страшный паук, которого мог победить только бесстрашный зять! – Алла разошлась не на шутку. – Мы уже полгода на рыбалку собираемся. Ребята опять скажут, что ты под каблуком у тещи.
– Никто так не скажет, – сказал Глеб, застегивая куртку. – Я им объясню.
– Что объяснишь? Что твоя теща – манипулятор со стажем? Она прекрасно знает, что делает, когда звонит ни свет ни заря. Специально выбирает такое время, когда точно не откажешь. Ей скучно, она одинокая, старая женщина – я понимаю. Но нельзя же так!
– Слушай, давай вечером обсудим, ладно? – взмолился Глеб. – Я мигом туда-обратно. Потом спокойно поеду на рыбалку.
– Ага, конечно, – фыркнула Алла и с головой накрылась одеялом. – Иди уже, герой-спасатель.
По пути к теще Глеб заскочил в круглосуточный магазин за сигаретами. Курил он редко, только когда нервничал. Сейчас был как раз такой момент. Настроение окончательно испортилось, когда он подъехал к дому тещи и увидел, как из подъезда выходит хмурый сантехник с чемоданчиком инструментов.
«Вот те на, – подумал Глеб. – Неужели справилась сама?»
Но не тут-то было. Поднявшись на этаж, Глеб застал сцену, достойную итальянской оперы. Нина Петровна в махровом халате с полотенцем на голове стояла в дверях и голосила на весь подъезд:
– Да чтоб тебя самого так затопило, ирод бессердечный! Развелось шарлатанов! Пять тысяч за пять минут работы! Это грабеж среди бела дня!
– Чего разоралась, старая? – донеслось снизу. – Сама виновата, что трубы сгнили. Тебя предупреждали – меняй стояк! Будешь выпендриваться – в следующий раз вообще не приеду!
– Нина Петровна, – окликнул тещу Глеб. – Что тут происходит?
– Глебушка! – теща мгновенно сменила гнев на радость. – Явился наконец! Этот аферист с меня пять тысяч содрал! Представляешь? За пять минут работы! Я позвонила в аварийку, пришел этот хмырь, перекрыл воду и сказал, что нужно менять стояк. Пять тысяч! Может, догонишь его, отберешь мои кровные?
Глеб только рукой махнул и прошел в квартиру. В ванной было озеро. Вода стояла на полу, капала со стен, с потолка. Тещин ковер – бабушкино наследство – валялся мокрой тряпкой.
– Кошмар какой, – пробормотал Глеб, закатывая рукава. – Давайте швабру и тряпки. Будем убираться.
Два часа ушло на то, чтобы вычерпать воду и хоть как-то привести ванную в порядок. Закончив, Глеб без сил плюхнулся на кухонный стул. Нина Петровна тут же засуетилась:
– Сейчас блинчиков нажарю! С твоей любимой клубничкой! И чайку с лимончиком!
– Нет, спасибо, – твердо сказал Глеб. – Мне пора. Ребята заждались.
– Какие ребята? – изумилась теща. – Ты о чем?
– Рыбалка, Нина Петровна. Мы с друзьями на рыбалку собирались. Еще месяц назад все обговорили.
– Господи, ну кто же в такую погоду на рыбалку ездит? – всплеснула руками теща. – Посмотри в окно – тучи надвигаются! Дождь будет, как пить дать. Простудишься, потом лечить тебя кто будет? Алка твоя? Да она таблетку аспирина не подаст. А у меня и травки целебные есть, и мед липовый. Ты уж лучше у меня посиди. Отдохни. Я давно новый сериал посмотреть хотела, вместе глянем. А еще шкаф передвинуть бы надо, совсем в углу зарос паутиной. И вообще, Глебушка, что за манера – приедешь на пять минут и сразу убегаешь? Я же с тобой поговорить толком не успеваю.
Слушая тещу, Глеб чувствовал, как внутри нарастает раздражение. В голове стучало: «Сейчас или никогда! Скажи ей все, что думаешь!» Но вместо этого он только устало потер глаза и ответил:
– Нина Петровна, я обещал ребятам. Да и Алла ждет. Мы с ней планы строили.
– Какие такие планы? – прищурилась теща. – Валяться на диване перед телевизором? Это и планы? Я же твоя почти мать. У тебя что, дел важнее нет, чем матери помочь?
Глеб молча встал и направился к двери.
– Ладно, я позвоню вечером, проверю, как вы тут.
– Звони, конечно, – погрустнела теща. – Только лучше бы заехал. И внука моего привези. Когда я его в последний раз видела? Месяц назад? Алка совсем от меня мальчика отвадила.
– У нас нет детей, Нина Петровна, – мягко напомнил Глеб. – Племянник у вас есть, Игорек. Сын вашей сестры.
– Да? – теща выглядела искренне удивленной. – Точно... Совсем склероз проклятый замучил. Ну, привези Игорька тогда. Я пирожков напеку.
По дороге домой Глеб заехал в супермаркет и купил продуктов на ужин. Настроение было хуже некуда. Время близилось к обеду, рыбалка, считай, накрылась. Звонить ребятам и оправдываться не хотелось. Они и так уже привыкли, что Глеб вечно отказывается от встреч из-за тещи.
Дома Алла сидела на кухне с чашкой остывшего кофе. На столе лежала недочитанная книга, но было видно, что жена не читает, а просто сидит и думает о чем-то своем. Услышав, как хлопнула входная дверь, она встрепенулась:
– Вернулся? Я думала, ты сразу на рыбалку поедешь.
– Какая рыбалка, – махнул рукой Глеб. – Уже обед скоро. Пока доеду, пока снасти разложу – день пройдет. В другой раз.
– Я же говорила, – вздохнула Алла. – Вот так всегда. И что там у мамочки стряслось?
Глеб рассказал о потопе, о сантехнике, о требовании тещи остаться у нее до вечера.
– И чего ты не остался? – съязвила Алла. – Посидели бы, посмотрели сериальчик. Шкаф передвинули. Красота!
– Перестань, – поморщился Глеб. – Мне и так паршиво.
– А мне, думаешь, хорошо? – вдруг взорвалась Алла. – Полгода не можем с друзьями встретиться! Каждые выходные – мама, мама, мама! То кран потек, то розетка искрит, то одиноко ей! А мне не одиноко? Я на работе целыми днями, прихожу – тебя нет. Угадай, где Глеб? Правильно, у тещи! Мы уже два года о ребенке говорим, но когда его заводить? По графику тещи? В перерывах между ее звонками?
Телефон Глеба зазвонил, прерывая тираду жены. На экране высветилось имя тещи.
– Не бери трубку, – процедила Алла сквозь зубы. – Хоть раз в жизни не бери!
Но Глеб, словно загипнотизированный, ответил:
– Да, Нина Петровна.
– Глебушка! – в голосе тещи слышалась неподдельная паника. – Вода опять полилась! Но не в ванной, а на кухне! Из-под мойки! Что мне делать?!
– Перекройте воду в квартире. Вентиль в туалете, за унитазом. Я вам показывал.
– Господи, да я не найду! – захныкала теща. – Приезжай скорее! Я так боюсь! Вдруг замыкание будет? Током убьет!
Алла, слышавшая весь разговор, выхватила телефон из рук мужа:
– Мама, сейчас же прекрати этот цирк! – резко сказала она. – Ты прекрасно знаешь, где вентиль! Глеб тебе показывал сто раз! И хватит дергать его по любому поводу! У нас своя жизнь, между прочим!
– Аллочка, доченька, ты чего? – растерялась Нина Петровна. – Я же не специально. У меня правда авария.
– И в прошлое воскресенье не специально? И когда паук в ванной завелся – тоже? Мама, ты уже взрослая женщина. Научись решать свои проблемы сама!
– Да как ты смеешь так с матерью разговаривать?! – в голосе тещи послышались слезы. – Я тебя растила, ночей не спала, все тебе отдавала! А ты меня попрекаешь куском внимания от зятя?
– Вот именно! От зятя! Не от мужа, не от сына – от зятя! Позвони соседу, позови на помощь! Ему-то ты в любви не признаешься каждые пять минут, как Глебу!
– Что ты такое говоришь? – ахнула теща. – Я никогда...
– Да все ты понимаешь! «Ах, Глебушка, ты моя опора и надежда!», «Ах, Глебушка, только ты меня понимаешь!», «Глебушка, миленький, кто, кроме тебя, мне поможет?» Противно слушать!
Алла бросила телефон на стол и повернулась к мужу, глаза ее блестели от возмущения.
– Твоя мама слишком много себе позволяет! Поставь её на место! – заявила она, глядя прямо в глаза Глебу.
Глеб смотрел на жену и молчал. Он никогда не видел ее такой разъяренной. Обычно спокойная, рассудительная Алла сейчас напоминала разъяренную львицу, готовую броситься на противника.
– Что молчишь? – не унималась она. – Скажи уже что-нибудь! Или тебе нравится быть мальчиком на побегушках у моей мамы?
– Послушай, – тихо начал Глеб. – Я не могу «поставить на место» твою маму. Она не мой родитель.
– Значит, ты снова на ее стороне?! – воскликнула Алла, схватившись за голову.
– Я не на чьей-то стороне, – терпеливо ответил Глеб. – Но давай посмотрим правде в глаза. Твоя мама – одинокая женщина. Друзей у нее нет, родных – только мы. Да, она манипулирует, выдумывает поводы. Потому что ей страшно быть одной. Страшно стареть. Она цепляется за нас, как за последнюю ниточку, связывающую ее с жизнью.
– И что ты предлагаешь? – уже спокойнее спросила Алла. – Так и будем по первому звонку мчаться к ней? Откладывать свои планы? Жить ее жизнью?
– Нет, – покачал головой Глеб. – Я предлагаю другое.
– И что же?
– Давай переедем за город. Купим дом. С пристройкой или отдельным флигелем для твоей мамы.
Алла оторопела.
– Ты с ума сошел? Мы же поубиваем друг друга!
– Не поубиваем, – улыбнулся Глеб. – Она будет рядом, но не в нашей квартире. Не будет этих бесконечных звонков. Если что-то случится – мы придем на помощь. Если ей захочется пообщаться – всегда пожалуйста. Но у каждого будет свое пространство.
– Но мы не потянем дом, – растерянно сказала Алла. – Откуда деньги?
– Продадим нашу квартиру и квартиру твоей мамы, – пожал плечами Глеб. – Хватит на хороший дом с участком. Я давно об этом думаю, не только из-за тещи. Воздух чище, места больше. И для будущих детей раздолье.
– Каких еще детей? – опешила Алла.
– Наших, – Глеб подошел к жене и обнял ее. – Ты же хотела ребенка? Вот и займемся. Только надо сначала решить вопрос с твоей мамой, чтобы она нам не мешала.
Алла долго молчала, переваривая слова мужа. Потом посмотрела ему в глаза:
– А если она не согласится?
– Согласится, – уверенно ответил Глеб. – Ей же важно быть рядом с нами. А так она и рядом будет, и присмотр за ней будет, и нам спокойнее.
Телефон снова зазвонил. На этот раз звонили друзья, интересуясь, где Глеб и почему не едет на рыбалку.
– Извините, ребята, – сказал Глеб. – Сегодня не получится. Семейные дела. В следующий раз обязательно.
Повесив трубку, он повернулся к жене:
– Поехали к твоей маме. Надо ей рассказать о наших планах.
– Ты уверен? – с сомнением спросила Алла. – После того, что я ей наговорила?
– Уверен, – кивнул Глеб. – Она тебя любит, быстро оттает.
Через полчаса они уже звонили в дверь квартиры Нины Петровны. Теща открыла не сразу. Когда дверь все-таки распахнулась, они увидели заплаканное лицо и покрасневшие глаза.
– Явились? – всхлипнула она. – Пришли старую мать добивать?
– Мама, – мягко сказала Алла. – Прости меня. Я наговорила тебе гадостей. Погорячилась.
– И ты меня прости, Нина Петровна, – добавил Глеб. – Мы пришли поговорить. У нас есть предложение.
Теща посторонилась, пропуская их в квартиру. На кухне действительно была лужа, но небольшая. Вентиль Нина Петровна все-таки нашла и перекрыла воду.
– Какое еще предложение? – настороженно спросила она, когда они уселись в комнате. – Сдать меня в дом престарелых? Так я еще не настолько старая!
– Никакой не дом престарелых, – возмутилась Алла. – Как ты могла такое подумать?
– А что тогда? – подозрительно прищурилась теща.
– Мы хотим купить дом за городом, – начал Глеб. – С большим участком. И с отдельным домиком для вас.
– Домиком? – переспросила Нина Петровна. – Вы шутите? Я там одна буду жить?
– Не одна, – покачала головой Алла. – Мы будем рядом. На одном участке. Но у каждого будет свое пространство. Понимаешь, мама? Ты будешь жить своей жизнью, мы – своей. Но всегда сможем прийти друг к другу в гости, помочь, если нужно.
Нина Петровна задумалась, теребя кружевную салфетку на журнальном столике.
– А деньги где возьмете?
– Продадим наши квартиры, – объяснил Глеб. – Должно хватить на хороший дом.
– И мою квартиру тоже? – ахнула теща. – Бабушкину? Здесь же все мои воспоминания!
– Мама, – мягко сказала Алла. – Воспоминания – они в сердце, а не в стенах. Подумай сама – ты будешь рядом с нами. Каждый день. Не нужно будет звонить и просить о помощи. Захочешь поговорить – выйдешь во двор, а мы там. Внуки у тебя на глазах расти будут.
– Какие внуки? – поразилась теща. – У вас же нет детей!
– Пока нет, – улыбнулась Алла. – Но мы собираемся это исправить.
Нина Петровна вдруг просияла.
– Правда? Аллочка, ты не обманываешь?
– Правда, мама, – кивнула Алла. – Только нам нужно сначала с жильем определиться. И еще кое-что...
– Что? – насторожилась теща.
– Тебе придется научиться уважать наше личное пространство, – твердо сказала Алла. – Никаких звонков по пустякам. Никаких выдуманных аварий. Если тебе одиноко – просто скажи об этом. Мы всегда найдем время поговорить, выпить чаю. Но и ты должна понимать, что у нас своя жизнь. Договорились?
Нина Петровна молчала, переваривая услышанное. Потом тихо спросила:
– А кухня у меня в домике будет? Своя?
– Конечно, – кивнул Глеб. – И ванная, и спальня. Все как положено.
– И я смогу приходить к вам готовить? – с надеждой спросила теща. – Я же знаю, что вы оба не любите этим заниматься.
– Иногда, – улыбнулась Алла. – Только не каждый день, хорошо?
– Хорошо, – согласилась Нина Петровна. – Но уж блинчики с клубникой для Глебушки по воскресеньям – это святое!
Глеб рассмеялся и обнял тещу:
– Договорились. А теперь давайте разберемся с вашей мойкой. Какой-то неспокойный у вас день сегодня.
Когда с мойкой было покончено, Глеб вышел на балкон покурить. К нему присоединилась Алла.
– Как думаешь, получится? – тихо спросила она.
– Получится, – уверенно ответил Глеб. – Только поначалу будет непросто. Но мы справимся.
– Спасибо, – вдруг сказала Алла, прижимаясь к мужу.
– За что?
– За то, что не стал ругать маму. И за то, что выбрал... другую сторону.
– Какую же? – улыбнулся Глеб.
– Нашу общую. Семейную.
Глеб обнял жену и подумал о том, что иногда проблему нужно не решать, а превращать в возможность. И кажется, им это удалось.
Самые обсуждаемые рассказы: