Собственно говоря, связь между Старо-Екатерининской и Ново-Екатерининской больницами, конечно же, самая прямая. Первая, про которую я писал больше двух лет назад, была основана в 1775 году по личному указу Екатерины Второй возле Крестовской заставы. Вторая, у Петровских ворот, рассказ о ней был во вчерашней заметке, изначально являлась ее филиалом, но благодаря Николаю Первому превратилась в самостоятельное медицинское заведение.
А сегодняшняя короткая история будет касаться одного совсем небольшого дома, расположенного близ территории вчерашнего моего архитектурного персонажа – парка «Екатерининская больница».
Он спрятался в тихом и малоприметном Успенском переулке, который мы чаще всего используем лишь для того, чтобы попасть в сад «Эрмитаж», и мало обращаем внимание на то, мимо чего пробегаем. Разве что привлекает к себе внимание церковь Успения Богородицы в Путинках, стоящая в его начале.
Домик этот построили в 1880-х годах как часть больничного комплекса, и в нем расположился Екатерининский «музеум», сиречь анатомический театр. И как раз в эти же самые годы в неврологическом отделении Старо-Екатерининской больницы начинал работать…
…Молодой врач-экстерн Георгий Норбертович Габричевский
Сын саксонского подданного, фотографа Норберта Иосифовича Габричевского, владельца фотомастерской напротив Страстного монастыря, он окончил Медицинский факультет Московского университета, сразу после чего принял российское подданство.
В основанной сто с лишним лет назад больнице он трудился помощником прозектора, а в 1891 году основал бактериологическую лабораторию, руководителем которой пробыл до 1895-го. Задачей лаборатории было исследование инфекционных заболеваний.
А в 1895 году на частные пожертвования по его инициативе в Москве был основан Бактериологический институт, и все свои исследования Георгий Норбертович перенес из Старо-Екатерининской в Ново-Екатерининскую больницу, как раз в этот маленький двухэтажный домик в Успенском переулке.
Здесь положили начало производству российских бактериологических препаратов, в том числе противодифтерийной сыворотки в соавторстве с Нилом Федоровичем Филатовым, которую Габричевский лично испытал на себе, и вакцины от скарлатины. Здесь изучалась природа чумы, малярии, возвратного тифа и туберкулеза…
…Здесь же зародилась сама русская школа бактериологии
Глава института ввел два безусловных правила. Каждый рабочий день начинался с часового завтрака, на котором собирались все сотрудники для совместного обсуждения профессиональных вопросов. Второе правило было в буквальном смысле евангельским. Все в коллективе были равны, как написано: «ни иудея, ни язычника, ни раба, ни свободного» (Послание к Галатам, 3:28). Царила здесь одна только любовь к науке, Родине и ее гражданам.
Габричевский возглавлял институт до самой своей смерти в 1907 году – смерти скоропостижной и трагической. Врач, ученый бактериолог и микробиолог, которому было всего сорок семь лет, проводил опыты по изготовлению вакцины от крупозной пневмонии, но заразился сам.
А основанный им институт вскоре был назван в его честь, и его имя он носит до сего дня.
Уже много позднее открылся Московский научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии имени Г. Н. Габричевского на улице Академика Макарова, но все начиналось здесь, в неприметном двухэтажном домике в Успенском переулке.
* * *
Большая и искренняя благодарность каждому, кто дочитал до конца.
Если статья вам понравилась и вы хотите отблагодарить автора делом, это можно сделать, нажав на кнопку «Поддержать» ниже.
И конечно, не пропустите новые истории, ведь продолжение следует!