Это продолжение цикла о формировании современных границ Чехии и Словакии. Начало – здесь.
В 1938 году готовилось широкое празднование двадцатилетия Чехословацкой республики, которое, как известно, прошло сильно не по плану. О том, почему так получилось, поговорим в следующих постах, а сейчас – немного визуальных артефактов.
Открытка, посвященная десятому всесокольскому съезду. Сокольское движение ещё в XIX веке стало популярным чешским брендом (в частности, по его образцу было создано Русское гимнастическое общество, в годы независимости оно продолжало пропагандировать идеи здорового образа жизни и национальной исключительности, как это бывает у спортивных движений. Открытка с изображением могучего атлета в сокольской шапочке, защищающего всю чехословацкую державу от Шумавы до Закарпатья, демонстрирует единство соколов и армии. На переднем плане – три легионера из 1918 года. Правый легко идентифицируется как боец Чехословацкого корпуса, левый – очевидно, легионер из Италии (ср. фото), а посередине – из Франции (поправьте, если ошибаюсь).
Другая открытка изображает величайших чехословаков (да нет, чехов, конечно) всех времен: это св. Вацлав, Ян Гус, Ян Коменский и Томаш Масарик. В этом цикле Коменский упомянут как-то вскользь, а зря. Дело не только в том, что это титан педагогики, оказавший мощное влияние на историю европейского образования, философ и писатель, язык которого стал ориентиром для чешских будителей XIX века. Помимо всего прочего, Коменский составил карту своей родной Моравии (в хорошем разрешении здесь):
Коменский, будучи епископом церкви моравских братьев, в 1627 г. был вынужден покинуть родину вместе с тысячами других чешских протестантов и вторую половину жизни провёл на чужбине, что отражено в соответствующей картине Альфонса Мухи из его Славянской эпопеи:
А вот ещё картинка на тему «1918-1938», только уже с заупокойным вайбом:
На венгерской открытке 1938 года Чехословакию обзывают «советской гусеницей дядюшки Эдварда [Бенеша]». Чувствуете, да, что очертания страны не давали покоя соседям? То «кишка», теперь вот «гусеница». Разумеется, никакой «советской» она не была – это пропагандистское клише появилось после заключения советско-чехословацкого договора о взаимопомощи в 1935 году.
Все, что на этой открытке происходит, блистательно описывает анонимный американский филокартист здесь. Самое интересное – это венгерские ругательства в адрес чехов и словаков. О чешско-венгерской взаимной нелюбви мы хорошо знаем из «Бравого солдата Швейка» и помним, что бунт чехословацкого корпуса спровоцировал меткий бросок железяки из венгерского эшелона на станции Челябинск. Но тут ещё напоминание о старинной доброй венгерской пословице
Kása nem étel, taliga nem szekér, tót nem ember.
«Каша – не еда, тачка – не колесница, словак – не человек» (о «тотах» писал тут). Её приводит в своём трактате 1847 года Dobruo slovo Slovákom súcim na slovo Михал Милослав Годжа, один из реформаторов словацкого языка (книгу в оригинальной орфографии можно почитать здесь).
Вторая открытка датируется двадцатыми годами (точнее установить не удалось). На ней нестройный хор из немца, венгра и словака желает гибели Масарику и его республике. Открытка была издана в Вене, и на обратной стороне имеется любезное предупреждение о том, что по Чехословакии её лучше отправлять в конверте.
Ну и напоследок ещё один пример картопропаганды: немецкая инфографика 1934 года, изображающая «маленькую страну, которая угрожает Германии»:
Можно было бы написать, что шла подготовка немецкого общественного мнения к ликвидации Чехословакии, но, по правде говоря, ничего особо и готовить не надо было.
Продолжение следует