Это продолжение цикла о формировании современных границ Чехии и Словакии. Начало – здесь.
На волне национального возрождения началась кодификация чешского языка, который, по мнению будителей, нужно было приблизить к языку Коменского. Ведущая роль здесь принадлежала Йосефу Добровскому, который в своей грамматике 1809 года (написанной, разумеется, по-немецки) закладывает основы современного литературного чешского языка (spisovná čeština):
И это большой облом для всех, кто изучает чешский язык сегодня. Изучающий польский (или словацкий) может быть уверен в том, что поймет носителей и договорится с ними. С чешским другое дело: разговорный (obecná čeština) отличается от литературного довольно сильно, и на чешской улице начинающего богемиста ожидает множество сюрпризов.
Начиная с 1840-х годов чешская орфография начинает приближаться к современной. Совершается, в частности, такой символический шаг в области дегерманизации, как замена w на v (в XX веке этот путь пройдут эстонцы и латыши).
А что там у словаков?
У них в XVI- XVIII веках стихийно формируются три так называемых культурных интердиалекта (западный, средний и восточный), в той или иной мере взаимодействующих с чешским. Язык первого перевода полного перевода Библии на словацкий (середина XVIII века) – это западнословацкий культурный интердиалект камальдульского извода.
В конце XVIII века католический священник Антон Бернолак создает первую кодифицированную версию словацкого языка на основе западнословацкого культурного интердиалекта. Бернолаковщина находилась в употреблении до 1860-гг, в основном среди католиков западной части словацкого этнического ареала. Для протестантов культурным языком оставался чешский. В 1820-е годы словацкие просветители Ян Коллар и Павел Шафарик (оба протестанты) пытаются создать компромиссный чешско-словацкий литературный язык, но попытка успеха не имела. Вторую кодификацию словацкого языка – уже на основе среднесловацкого культурного интердиалекта – начинает в 1843 г. 28-летний Людовит Штур:
Именно штуровщина, кодифицированная в 1851 г., стала основной современного литературного словацкого языка. Старик Коллар (он был на 22 года старше Штура) считал, что штуровские инновации разделяют братские народы и в полемическом запале взял себе псевдоним Чехобрат Противштурский (Čechobratr Protištúrsky). В 1850 г. он предложил свою норму словацкого языка, представлявшую собой легко словакизированный чешский, но было уже поздно. Братство братством, но словацкие национальные деятели решают развивать язык на основе местных говоров.
Все это совсем не нравилось венграм, хотя многие представители словацкой интеллигенции и не собирались порывать с Венгрией. Самые лояльные Буде словаки жили на в северо-восточных комитатах. Именно там вплоть до конца Первой мировой войны культивировался особый восточнословацкий (иначе шаришский) язык, проникший вместе со словацкими эмигрантами в Америку. Вот страничка из учебника английского языка «для венгерских словаков, в Америке живущих», изданного в 1887 году:
...а вот газета Naša zastava, издававшаяся в Прешове, который в самой газете именуется по-венгерски: Eperjes:
В ней же (это январь 1918 г.) содержится интригующая история о «двух москальских офицерах», которые попали на бал в городе Чиксереда (ныне Меркуря-Чук в Румынии) и, неплохо повеселевшись, отправились do svojeho striľajuceho jarku (судя по всему, в окоп, но не уверен):
Далее: Как идея чехословакизма овладела умами и привела к созданию нового государства