Десятая годовщина свадьбы — это вам не шутки. Это событие, требующее подхода, стратегии и, что самое главное, заблаговременного бронирования столика в том самом ресторане, который твоя жена Света невзначай упоминала последние полгода. Ресторан назывался «Венецианский дворик», и, судя по фотографиям в интернете, там было столько позолоты и бархата, что хватило бы на костюмы для небольшого цыганского табора. Но Свете нравилось, а значит, нравилось и мне.
В моих руках был главный козырь — подарочный пакет, внутри которого, обложенная со всех сторон пупырчатой пленкой, покоилась фарфоровая кошка. Не просто кошка, а произведение искусства, которое я выслеживал два месяца. Изящная, белая, с одним лениво прикрытым глазом — точная копия нашей реальной кошки Мурки в момент ее наивысшего благодушия. Света должна была прийти в восторг.
Я стоял на улице, нервно поглядывая на часы. Пять минут до назначенного времени, а заказанного такси все нет. В приложении мигала надпись: «Водитель скоро будет». Эта фраза всегда вызывала у меня легкую панику. Насколько скоро? По космическим меркам или по-человеческим?
Наконец, к бордюру, чихнув сизым дымком, подкатила видавшая виды «Лада» цвета «мокрый асфальт после недельного дождя». Из окна высунулась голова водителя в вязаной шапочке, несмотря на довольно теплый сентябрьский вечер.
— Алексей? — бодро спросил он.
— Он самый, — выдохнул я с облегчением, открывая заднюю дверь.
— Садись, дорогой, прокачу с ветерком! Меня Геннадий звать.
Я осторожно, как будто несу младенца, поставил пакет с кошкой на сиденье рядом с собой и захлопнул дверь. Салон встретил меня густым ароматом елового освежителя и тихой, медитативной музыкой, напоминающей пение китов. На приборной панели, рядом с иконкой Николая Чудотворца, ритмично покачивала головой собачка-бобблхед.
— Улица Садовая, дом десять, — отрапортовал я. — Ресторан «Венецианский дворик».
Геннадий кивнул с видом человека, которому только что доверили государственную тайну. Он мельком глянул на навигатор в моем телефоне, который я предусмотрительно держал в руках, и хмыкнул.
— Игрушки все это, — авторитетно заявил он, трогаясь с места. — Американские шпионы. Ведут нашего брата кругами, бензин жгут. У меня свой навигатор, — он выразительно постучал пальцем по своему виску. — Внутренний компас. Никогда не подводил.
«Ну, думаю, началось». Я встречал таких водителей. Это особая каста «философов на колесах», которые за пятнадцать минут поездки успевают раскрыть тебе все тайны мироздания и объяснить, почему правительство скрывает от нас правду о плоской Земле.
— Геннадий, я немного тороплюсь, — мягко намекнул я. — Годовщина свадьбы, понимаете...
— Годовщина! — он расплылся в улыбке, показав пару золотых зубов. — Святое дело! Женщину надо уважать. Женщина — это как... как дорога. Никогда не знаешь, где яма, а где ровный асфальт. Но ехать надо! С душой ехать надо!
С этими словами он лихо крутанул руль и свернул на улицу, которую мой навигатор явно не одобрял, протестующе пискнув и начав судорожно перестраивать маршрут.
— Не волнуйся, командир, — подмигнул мне Геннадий в зеркало заднего вида. — Знаю я короткий путь. Сейчас через промзону проскочим — и на месте будем. Там светофоров нет, пробок нет, одна благодать.
Я напрягся. Мой опыт подсказывал, что слова «короткий путь через промзону» обычно означают, что ближайший час ты будешь изучать разнообразие бетонных заборов и восхищаться красотой заброшенных складов.
— Может, все-таки по навигатору? — предпринял я последнюю попытку. — Он показывает, что так на семь минут дольше.
— Эх, молодежь! — вздохнул Геннадий. — Цифрам верите, а человеку нет. Навигатор — он что? Бездушная железка. А я — я душу вкладываю в маршрут! Я чувствую город, понимаешь? Я с ним на одной волне.
Спорить было бесполезно. Я откинулся на сиденье и стал молиться всем богам, чтобы «внутренний компас» Геннадия не был размагничен. Мы действительно въехали в промзону. Пейзаж за окном сменился с живописного городского на уныло-индустриальный. Мимо проплывали бесконечные заборы, какие-то трубы, из которых валил пар, и здания с выбитыми окнами. Собачка на панели продолжала оптимистично кивать, словно одобряя наш сомнительный маршрут.
— Красота-то какая, а? — с придыханием произнес Геннадий. — Мощь! Сила! Тут энергия настоящая, мужская. Не то что в ваших этих двориках с фонтанами.
Я молчал. Я мысленно представлял лицо Светы, когда я опоздаю на полчаса. Она у меня женщина понимающая, но голодная Света — это совсем другой человек. Человек, способный взглядом превратить фарфоровую кошку в горстку черепков.
Наконец, после пятнадцатиминутного блуждания среди одинаковых серых зданий, Геннадий торжествующе заявил:
— Приехали!
Он резко затормозил у двухэтажного строения из красного кирпича, увенчанного большой, но какой-то кривоватой вывеской. Я присмотрелся. Буквы на вывеске гласили: «Баня "Лёгкий Пар". Мужской день».
Я несколько секунд молча смотрел на эту вывеску, потом на Геннадия, потом снова на вывеску. В голове не укладывалось.
— Геннадий, — сказал я максимально спокойно, хотя внутри у меня уже бушевал небольшой ураган. — Это баня.
— Ну, — невозмутимо кивнул он.
— А мне нужен был ресторан. «Венецианский дворик». Помните?
Геннадий нахмурился, словно я задал ему сложную математическую задачу. Он снова посмотрел на здание, потом на меня.
— Так это... это оно и есть, — неуверенно произнес он.
— Что «оно»? Баня — это «Венецианский дворик»?
— Ну а как же! — вдруг просиял он, и его «внутренний компас», видимо, нашел логическое объяснение. — Венеция где? На воде. И тут — вода, пар. Дворик... ну, дворик тут тоже имеется, сзади. Все сходится! Просто название народное. Для своих.
Я почувствовал, как у меня на виске начинает пульсировать жилка.
— Геннадий. Дорогой вы мой человек. На Садовой улице, дом десять, находится ресторан. С колоннами, бархатными шторами и официантами в бабочках. А мы с вами находимся на улице Промышленной, дом сорок семь, корпус три. И здесь, кроме мужиков в простынях и березовых веников, ничего нет.
Геннадий обиженно поджал губы.
— Ну, извините. Навигатор ошибся. Мой... внутренний. Бывает, магнитные бури.
— Бывает, — согласился я, стараясь не закричать. — Поехали отсюда, пожалуйста. На Садовую. Я уже опаздываю на двадцать минут.
Я достал кошелек. На счетчике было триста пятьдесят рублей.
— Вот, держите четыреста, и поехали скорее.
Геннадий посмотрел на деньги, потом на меня. И в его взгляде появилось что-то новое. Что-то хитрое и деловое.
— Не, так не пойдет, — заявил он. — С вас еще двести рублей.
Кровь отхлынула от моего лица.
— За что?!
— За дополнительную услугу, — важно произнес он.
— Какую еще дополнительную услугу? Вы привезли меня не туда! Это ваша ошибка!
— Э, нет, командир, — покачал он пальцем. — Это не ошибка. Это знак судьбы. Ты куда ехал? В ресторан. А это что? Потребление, чревоугодие, суета. А я тебя куда привез? В баню! А баня — это что? Это очищение! Духовное и телесное! Я тебе, можно сказать, путь к себе показал, а ты мне про какие-то деньги. Я тебе услугу оказал неоценимую, можно сказать. Спас от греха обжорства. А за спасение души, знаешь ли, тариф другой.
Я смотрел на него, и у меня не было слов. Логика была настолько абсурдной, что мой мозг отказывался ее обрабатывать. Это был какой-то новый уровень таксистской философии.
— Вы сейчас серьезно? — выдавил я.
— Абсолютно, — кивнул Геннадий. — Я ж вижу, ты человек хороший, но замотанный. Тебе не в ресторане сидеть надо, а в парилке. Пропариться хорошенько, все шлаки из головы выгнать. Вот увидишь, выйдешь отсюда — новым человеком станешь. И жена твоя тебя еще больше зауважает. За мудрость. Так что давай, доплачивай, и с богом. Можешь даже не благодарить.
Я понял, что спорить бесполезно. Это была стена. Стена, построенная из железобетонной уверенности в своей правоте.
— У меня нет больше наличных, — соврал я.
— Карточкой можно, — не растерялся Геннадий и извлек откуда-то из-под сиденья древний терминал для оплаты.
Я был в тупике. И тут мой взгляд упал на пакет, стоящий на сиденье. Фарфоровая кошка. Мой последний аргумент. И в голове созрел план, такой же абсурдный, как и вся эта ситуация.
— Хорошо, — сказал я с тяжелым вздохом. — Вы правы, Геннадий. Вы открыли мне глаза. Действительно, куда мне в этот ресторан... Суета все это. Вы мудрый человек.
Геннадий приосанился. Лесть действовала безотказно.
— Но денег у меня действительно нет, — продолжил я. — Но я не могу уйти, не отблагодарив вас за ваше... духовное наставничество. Возьмите это.
Я аккуратно достал из пакета фарфоровую кошку и протянул ему.
— Это... семейная реликвия. Древний китайский талисман, приносящий удачу на дорогах и защищающий от злых духов и сотрудников ГИБДД. Передавался в нашей семье из поколения в поколение.
Геннадий взял кошку в свои мозолистые руки. Он смотрел на нее с таким благоговением, будто это был Грааль. Собачка на панели продолжала согласно кивать.
— Настоящая? — прошептал он.
— Чистейший фарфор династии Мин, — не моргнув глазом, соврал я. — Видите этот ленивый прищур? Он означает мудрость и спокойствие в любой ситуации. Поставите ее рядом с иконкой — ни один жезл вас не остановит.
Геннадий смотрел то на кошку, то на меня. В его глазах боролись жадность и подозрительность. Но жадность, подкрепленная моей наглой ложью, победила.
— Беру, — решительно сказал он, бережно укутывая кошку в какую-то тряпочку. — Спасибо, Алексей. Вижу, понял ты суть. Ну, бывай. Легкого пара!
Он развернул свою дребезжащую «Ладу» и, оставив за собой облачко сизого дыма, скрылся за углом. Я остался один. На улице Промышленной. Перед баней. Без подарка, но с тремястами пятьюдесятью рублями в кармане и чувством какой-то странной, идиотской победы.
В кармане завибрировал телефон. Света.
— Паша, ты где? Я уже за столиком, — прозвучал в трубке ее голос.
Я посмотрел на вывеску «Легкий Пар», на свое отражение в темном окне и рассмеялся.
— Светик, у нас небольшое изменение в планах. Наш «Венецианский дворик» сегодня, оказывается, работает в режиме мужской бани. Но ты не волнуйся. У меня есть история, которая стоит десяти фарфоровых кошек. Завтра отпразднуем, а сегодня... сегодня я, кажется, иду очищаться от шлаков.
И знаете, что? Пар и правда был легкий.
А вам попадались такие «философы» за рулем, которые везли вас по своему «внутреннему компасу»? Расскажите в комментариях свои самые курьезные истории из поездок в такси! Уверен, вместе мы соберем целую коллекцию перлов. И если моя история вызвала у вас улыбку, не забудьте поставить палец вверх, мне будет очень приятно