Начало цикла:
Михаил Петрович сидел в кабинете и увлечённо листал какие-то бумаги.
Увидев заглянувшую внутрь Алёну, врач поднял голову, приспустил очки и улыбнулся:
- Долго же вы где-то гуляли!
- Ох, меня уже ваши коллеги сами останавливают, чтобы рассказать истории, - махнула рукой Алёна и уселась на привычное уже место.
За окном вечерело. Обычный рабочий день уже закончился, но не для врачей. За день прибавилось ещё множество историй, и Алёна уже чётко осознала, что из этого необычного репортажа выйдет целая книга, а может, и не одна. Это будет настоящий блокбастер - сборник реальных мистических историй от реальных врачей! Просто невероятно. Наверное, после выхода книги об Алёне узнают многие...
Её мечты прервал Михаил Петрович, который, привстав со стула, подошёл к журналистке и предложил:
- А пойдёмте, я вам покажу одно необычное место?
Алёна удивилась, но тут же поднялась и кивнула:
- Пойдёмте!
Они прошли по узкому коридору и остановились возле одной из дверей. Ничем не примечательной - самой обычной, белой, типовой двери в одну из палат. На двери красовалась табличка: "Палата интенсивной терапии №4".
Михаил Петрович толкнул дверь и сделал приглашающий жест. Алёна удивилась: надо же, так просто впустить постороннего по сути человека в палату реанимации? А как же санитарные нормы, правила?
Словно прочитав на её лице этот немой вопрос, Михаил Петрович улыбнулся и ответил:
- Сюда мы уже давно никого не кладём. Вы ничего не чувствуете?
Алёна чувствовала. Это было ощущение тревоги, какой-то сдавленности и... чужого присутствия. Находиться здесь было определённо неприятно и хотелось поскорее выйти. Она повернулась к Михаилу Петровичу и спросила:
- Что это за палата? Здесь... Неприятно. И страшно.
- Теперь, когда вы прочувствовали эту атмосферу на себе, давайте вернёмся в кабинет и я вам расскажу, - улыбнулся Михаил Петрович, посторонившись, чтобы Алёна вышла.
Зашли в кабинет и уселись на свои места. Пожилой врач вздохнул и начал свой рассказ.
***
В палате, в которой мы с вами сейчас побывали, в основном лежали больные после операций. Как видите, она ближе всего к хирургии.
Началось всё около года назад, когда в этой палате после сложной операции умерла старушка. Умирала тяжело, кричала, билась в истерике, несколько раз мы запускали ей сердце и реанимировали, но она всё кричала, что ей нужно уходить, а её не пускают.
Как и сейчас, был тогда летний день, и вдруг одна из медсестёр решила раскрыть окно, потому что духота стояла невыносимая - умирающая тогда улыбнулась и внезапно окончательно испустила дух. На сей раз реанимационные мероприятия результата не дали.
Казалось бы, хоть и грустное, но рядовое событие в отделении реанимации - смерть пациента. Но с того момента в этой палате началось форменное безумие.
Через день после смерти бабушки в эту палату после несложной операции на желчном пузыре поместили женщину. И с наступлением темноты постовая медсестра услышала из палаты её истеричный, напуганный крик. Прибежала и увидела женщину в таком состоянии, что аж сама готова была закричать: пациентка была настолько напугана и встревожена, что это ощущалось на расстоянии.
- Только я уснула, - начала рассказывать пациентка, - как вдруг услышала какой-то шорох и возню. Открыла глаза и вижу, как по палате мечутся, как будто играясь, какие-то небольшие существа. Издалека можно было подумать, что это дети, но стоит начать их рассматривать, как становится ясно, что это вообще не люди. Маленькие, чуть сгорбленные, с непропорционально большими головами, большими глазами и с тонкими хвостами. Они играючи дрались друг с другом, катаясь по полу, пищали, рычали и шипели. Было их не меньше восьми, может больше, я не рассматривала...
Женщину перевели в другую палату на всякий случай, хотя дежурный врач списала всё это на постнаркозные галлюцинации. Такое крайне редко, но бывает.
И всё бы ничего, да через несколько дней всё повторилось. После операции по усечению грыжи брюшной полости в злополучную палату поместили под наблюдение мужчину. Молодой, крепкий, с виду не подвержен всяческим истерикам и выдумкам. Каково же было удивление, когда с наступлением темноты мужчина буквально выбежал из палаты, от страха даже выдернув капельницу из вены. Рассказал он ровно то же самое, что и предыдущая пациентка...
Один раз - случайность, два случая - совпадение, а три - уже закономерность. Когда ровно то же самое, почти слово в слово, рассказал третий пациент, мы уже отбросили предположения о постнаркозных галлюцинациях, о случайных совпадениях и решили, что что-то здесь нечисто. Ситуацию нам прояснила санитарка, тётя Галя. Ты с ней уже знакома, кстати.
Мы сидели в ординаторской и обедали, пока была возможность - а это не так часто бывает, когда можно собраться почти всем отделением и спокойно пообедать. Тётя Галя вздохнула, дожёвывая бутерброд.
- А вы знаете, - прищурилась она, - Что та старуха, что тогда в палате никак помереть не могла, была ведьмой? Причём гадкой ведьмой, порчу наводила на людей, привороты делала. Вот она-то чертей и впустила, когда умирала!
Конечно, в ответ на такое заявление послышались смешки.
- А чаво смеётесь-то, девоньки? - обвела всех взглядом тётя Галя, - Не верите? Ну кладите дальше пациентов в ту палату, чертям на потеху. Те мелкие создания ведь черти самые настоящие!
Помня уже о трёх случаях, когда пациенты видели маленьких созданий, отдалённо напоминающих людей, в той самой палате, спорить с тётей Галей никто не стал.
И с тех пор если кто и попадает в эту палату, то исключительно после лёгких операций, чтобы быть переведённым до наступления тёмного времени суток, либо когда остальные палаты совершенно переполнены.
Кстати, раз интересный случай был, связанный с этой палатой. Одна из родственниц наших пациентов заметила, что та палата пустует, а её мама лежала в двухместной палате. Ну и закатила тётенька скандал, мол, при пустой палате вы пациентов друг другу на головы кладёте. Переводите маму и всё тут! Не выдержав напора, маму перевели, перед этим, естественно, предупредив, что палата нехорошая. Поутру уже мама дочери разнос устроила, уже из прежней палаты, после того, как стала свидетельницей ночных забав потусторонних существ.
***
Алёна засмеялась. Просмеявшись, она спросила:
- И неужели нельзя ничего сделать? Ведь целая палата простаивает, а если ЧП какое?
- Ну, если ЧП, то я думаю, не до чертей будет, - усмехнулся Михаил Петрович, пожимая плечами, - А так, стараемся занимать её, как я уже сказал, пациентами, которые точно будут переведены в общую палату до темноты. И то многие говорят, что в ней даже днём неуютно, как будто наблюдает кто-то. Предвосхищая вопрос, пробовали ли мы как-то это исправить - пробовали. И батюшку звали, и ясновидящую приглашали. Ясновидящая сказала, что ведьма сильная была, проход открыла и закрыть его нельзя. По крайней мере, она это сделать не может. Так что, так и живём. Может, попадётся нам какой-нибудь спаситель ситуации.
Алёна усмехнулась. Да уж. Портал в ад в одной из палат реанимации. Забавно, однако...
Желающим выразить автору материальное спасибо:
Карта Сбербанк:
5469 6100 1290 1160
Карта Тинькофф:
5536 9141 3110 9575
Другие истории из цикла: