Начало цикла:
- Неприятно, однако, находиться в помещении, где открыт вход в такое нехорошее место, - усмехнулась Алёна.
- Да, соседство не из самых приятных, - усмехнулся Михаил Петрович.
- Получается, что та ведьма имела непосредственные отношения с демоническими сущностями, ведь верно?
- Ну, судя по тому, что служила злу, то верно, - пожал плечами Михаил Петрович, - Но я не думаю, что сверхспособности - это порождение исключительно тёмных сил. Ведь многие ясновидящие и ведьмы служат добру.
- Я тоже так считаю, - кивнула Алёна.
- И тем не менее, иногда люди сами на себя эти силы навлекают, - поджал губы Михаил Петрович.
Алёна догадалась: врач наверняка что-то вспомнил. Она прищурилась:
- Наверное, вы вспомнили ещё историю?
Михаил Петрович засмеялся:
- Именно. Как раз один из примеров взаимодействия с силами зла в угоду собственным амбициям.
***
Давно это было, ещё в начале двухтысячных. Тогда более-менее спокойные времена только начинались. Я работал тогда в той самой небольшой районной больнице, о которой вам уже не раз рассказывал, и это так или иначе повлияло на развитие истории, которую я вам сейчас поведаю. Поясню: и место, и время имело свои особенности - правила хоть формально и были строгими, но не всегда соблюдались. То есть, стабильно нарушался порядок посещений, режим дня пациентов и даже бывало, что больные круглосуточного стационара у нас уходили домой на ночь.
Однажды к нам поступила больная с гангреной левой ступни, которая развилась, по её словам, мгновенно, буквально в считанные часы. Пациентку звали Ольга.
Я тогда не особенно имел знакомства в этом городке, а потому мне было странно видеть, что сестрички и санитарки при виде новоприбывшей пациентки ходят и как-то странно ухмыляются. Как будто не жалеют молодую, красивую женщину, которая обречена теперь быть калекой, а даже в некоторой степени злорадствуют.
Да и сама пациентка вела себя немного странно: свою участь она приняла спокойно, с печатью обречённости на лице. После операции, лишившись ноги по середину голени, она не кричала, не причитала, а молча лежала и пялилась в окно.
Была ещё одна особенность, на которую я обратил внимание: на груди у женщины была полузажившая рана, как будто бы чуть ранее с этого участка был срезан кусок кожи. А рядом с этим участком виднелась бледная татуировка в виде... перевёрнутого креста.
Я поначалу не особенно вникал в ситуацию, пока во время перевязки вдруг не услышал монолог медсестры, Танечки. Она с некоторой усмешкой посмотрела на Ольгу и злорадно процедила сквозь зубы:
- Что, стерва, думала, срежешь свою стигму и всё, ничего не должна хозяину?
Ольга промолчала и отвернулась. А Танечка продолжила:
- Похоже, это только начало, да? Он тебя по частям забирать будет? Ну, ты сама этого добилась...
Я, заслышав такие слова в отношении пациентки, поспешил угомонить Танечку:
- Татьяна Николаевна, вы что себе позволяете?! Вы забыли, кем работаете?
И тут Ольга повернулась и хрипло шепнула:
- Не надо, доктор. Она права.
Ну, думаю, сумасшедший дом какой-то. Одна забыла, что должна быть гуманнее по отношению к пациентам, другая, будто мазохистка, соглашается и позволяет себя оскорблять.
Танечка только ухмыльнулась и вышла. Я непонимающе уставился на Ольгу, которая лежала и улыбалась, словно сумасшедшая.
- Ольга Владимировна, сотрудница будет наказана, я вам обещаю, - поспешил заверить я несчастную.
Но она в ответ только головой покачала:
- Не надо.
Видимо, она хотела мне что-то рассказать, но в тот момент в коридоре послышался шум. Кто-то громко ругался возле поста медсестры.
Я выглянул в коридор и увидел, как к палате несётся полноватая женщина средних лет и тащит за собой за руку цыганку. Женщина подбежала к палате, заглянула внутрь и лицо её поменялось. Такая боль, такая жалость читалась во взгляде... Я вопросительно посмотрел на неё, но за меня ответила Ольга:
- Мама, зачем ты пришла?
Мать Ольги влетела в палату, окинула взглядом дочь, глаза её замерли на том месте, где совсем недавно была нога женщины и всхлипывая, ответила:
- Вот... - она указала пальцем на цыганку, - Эта женщина нам поможет...
Я стоял и смотрел на всех с открытым ртом. Цыганка подошла к Ольге и внезапно скривилась:
- Нет, красавица, не помогу. Уже никто не поможет.
Она отчаянно замотала головой и попятилась. Я решительно ничего не понимал. У палаты уже столпилось почти всё хирургическое отделение, мать Ольги истерила и пыталась чуть ли не кидаться то на цыганку, то на нас. В итоге пришлось её насильно выпроводить из отделения под угрозой вызова милиции.
И только потом, когда всё успокоилось, Танечка в сестринской, куда я зашёл за пояснениями, рассказала мне наконец предысторию всего происходящего.
- Я с этой Ольгой в параллельном классе училась. В школе она была типичной серой мышкой, полная, прыщавая, с куцым хвостиком мышиного цвета, сутулая, кривоногая. Естественно, насмешки в её адрес были, не без этого, но не до такой степени, чтобы вытворить то, что вытворила она. В девятый класс после лета она пришла другой. Стройная, с чистой кожей, сияющими глазами и копной красивых тёмных волос на голове. Вроде она, а вроде и нет. Даже грудь из первого размера каким-то чудом стала минимум третьего. И на этой "троечке" справа красовалась татуировка в виде перевёрнутого креста. Олечка с удовольствием это демонстрировала посредством глубокого декольте. И смеялась над нами. Мы поначалу внимания не особо обращали, но потом начался кошмар. Кошмар для женщин всего города. Олечка с лёгкостью получала любого мужчину, которого хотела - женатого, холостого, не важно. Вот приспичило Олечке, что захотела она Диму Спицына, мужа нашей учительницы, и всё, получила Диму. Он у её ног. Захотела Ваньку Потапова, самого красивого мальчика из одиннадцатого класса - нате вам, получите, он готов на всё. Ванька деньги из дома воровал, чтобы Олечке украшения покупать и исполнять все её прихоти. И так с любым. Казалось бы, что мешало местным женщинам отловить бессовестную да проучить в тёмном углу? А то, что случилось потом. Увела как-то Олечка Андрея, парня небогатого, но весьма приятного, у жены и у четверых детей. Жена разозлилась, решила Ольгу наказать. Да только Оля ей сказала, мол, мне сам дьявол силу даёт, я ему, мол, душу продала и он теперь меня защищает. И через три дня жену Андрея сбила машина. Насмерть. С Андреем Оля поигралась и бросила, другой объект нашла, он поначалу стал детей растить, да не выдержал, спился. Четверо ребятишек в детдоме оказались. А Оля продолжала разбивать семьи и калечить души, и всё приговаривала, что это всем месть за насмешки. Мол, теперь она смеётся. Абсолютно случайно, по пьяни в баре, она как-то проболталась, что хозяин дал ей срок - тридцать. Мол, своё он возьмёт, и не сразу. В общем, вчера у неё был день рождения. Тридцать ей исполнилось. Похоже, начал забирать...
Я тогда не особо поверил в эту историю. Но время шло, Ольгу выписали. Её мать забрала.
А через две недели Ольга снова оказалась у нас. На этот раз буквально в одну ночь у неё полностью сгнила правая рука. И вот тогда, после операции, несчастная искалеченная женщина мне и рассказала всё.
- Я встретила его на вокзале. Тогда я хотела поступить как Анна Каренина, настолько я была несчастна и обижена. На эти насмешки, на свою внешность. Он подошёл ко мне и отвёл в сторону. Высокий, худой, с желтоватой кожей и неестественными оранжевыми глазами. Мы разговорились, и мужчина спросил, хочу ли я любой ценой быть красивой, чтобы любой мужчина был у моих ног, стоит только захотеть. Я сказала, что хочу. Правда, вначале он говорил, что всё зависит от меня, мол, не красота главное, а внутреннее содержание. Но я хотела красоты и власти. И он дал её мне. Коснулся пальцем моей груди, и на этом месте появился перевёрнутый крест. И с этого момента с каждым днём я менялась. Я стала хорошеть, стала увереннее в себе, а когда действительно мужчины стали ходить за мной по пятам, то я окончательно поняла свою власть. Но был срок. Тот мужчина на вокзале сказал мне, что в тридцать я должна буду с ним расплатиться. В общем, похоже, он потихоньку возвращает с меня должок... Я попыталась срезать дьявольскую метку, да вот видите, она рядом проявилась. Значит, такова моя участь...
***
- Господи, ужас какой, - пробормотала Алёна и инстинктивно перекрестилась.
- Ужас-то рукотворный оказался, - вздохнул Михаил Петрович, - Она же могла отказаться от сделки.
- Ну да, - согласилась Алёна, - Даже не могла, а должна была отказаться. В конце концов, никакая травля и обида на насмешки не даёт позволения делать то, что делала Ольга.
- Травля - это серьёзный психологический ущерб, конечно, - вздохнул Михаил Петрович, - Но да, не такой способ борьбы стоило выбирать. Многие сталкиваются с травлей, но не все сами становятся демонами после этого.
- А что в итоге случилось с Ольгой? - прищурившись, спросила Алёна.
- Она умерла. Через полгода, когда лишилась всех конечностей, ослепла, оглохла, и отказали почти все органы. Постепенно, медленно и мучительно. Хозяин забрал плату.
- И тут помучилась, и там теперь мучается в адском котле, - с горечью резюмировала Алёна.
Михаил Петрович кивнул:
- Наверное, так оно и есть.
__________________
Дорогие читатели, как всегда оставляю для вас способы материальной поддержки автора за труд, так как дзен завязал платить)) К реквизитам, которые вы увидите ниже, теперь прибавилась кнопка доната. Спасибо большое каждому!
Карта Сбербанк:
5469 6100 1290 1160
Карта Тинькофф:
5536 9141 3110 9575
Другие истории из цикла: