Раэ очнулся легко, в какой-то один миг. Голова была ясная, словно он какое-то время полежал перед пробуждением. Правда, обстановка, в которой он очутился, заставила его растеряться. Он увидел деревянные доски потолка, скрипнул лавкой, протер глаза из-за пробивавшегося через открытое окно света и вслушался в шум дождя.
-Проснулся? – поспешно спросил Согди и скрипнул табуретом. Он устроился в ногах постели Раэ и, кажется, все это время только и делал, что наблюдал за сном охотника.
-М-м-м! – ответил Раэ не в силах разлепить ссохшиеся губы. Он вспомнил, как накануне Согди ухватил его за челюсти, оцарапал лицо, но влил силком какую-то вонючую жидкость, которую купил в эликсирной лавке, когда заставил портшез зависнуть высоко над городом, выше дождевых облаков, а сам слетел вниз. Раэ оставалось только дождаться Согди в портшезе в обществе обезьяны, и делать вид, будто не знает, что она спряталась за шелковую подкладку потолка портшеза.
Охотник потратил это время на то, чтобы вытащить из-под спинной подушки Согди многострадальное белье и выбросить с портшеза. Все! Избавился! У Раэ было время успокоиться и обдумать свое похищение. Пожалуй, все на так уж плохо. Должен он спуститься за лампадой Лампад в подземелье? Должен! Должен кто-то помешать решению Мурчин не выпускать его из дома? Должен! Одно смущало Раэ – Хетте, которому важнее всего было извлечь лампаду из подземелья, все же желал, чтобы она досталась пепельноволосой ведьме, а не Согди. Значит, на то были причины. Что ж, Хетте наверняка все это предвидел и что-нибудь придумает. Тут уж от Раэ не все зависит.
Так что Раэ дождался Согди подуспокоившимся и попытался возразить колдуну, когда тот, мокрый и взбудораженный, нырнул в портшез и потребовал выпить содержимое склянки с длинным ярлыком и ценником на горлышке.
-Да я ж и так согласен лезть в подземелье! Чем ты меня тут опаивать собрался? – возмутился Раэ.
-Все равно пей! Слишком много на кону и я не хочу рисковать! – потребовал Согди. Ну а потом была короткая неравная борьба, которая окончилась тем, что Раэ провалился в глубокий бездонный сон. Последней его мыслью будет то, что он проснется не пойми когда, но с больной головой. Однако же – обошлось. Вот сейчас он проснулся – и голова – ясная. Можно было легко соображать. И тогда от его глаза не ускользнуло, что в комнате, где он очнулся, к стене притулился старый рассохшийся сундук, а на нем – еще пустые склянки с какой-то цветной жидкостью на самом дне. Угу… Согди его с помощью магии усыпил и с помощью магии поднял. За дверью донесся шум, который тотчас подсказал Раэ, что они находятся на постоялом дворе.
-Ты уж прости, но иначе уж никак бы не вышло, - сказал Согди, - надеюсь, это не повлияет на то, что между нами установился кое-какой мир? Зуб на меня не держишь?
-Кажется, я сказал, Согди, что согласен тебе достать эту проклятую лампаду! – сказал Раэ, поднимаясь на локтях, - но, как ты понял, без твоего кольца я в то подземелье не полезу…А вообще - где мы сейчас находимся? И вообще – нас будут искать.
-Пускай ищут! – отмахнулся Согди, - когда найдут, ты будешь уже у засечной черты. А я… с лампадой. Пускай ищут!
-А если до этого найдут?
-Не найдут! – отрезал колдун, - вот что – ты давай вставай и приводи себя в порядок. Одевайся во все новое.
И он бросил в ноги кровати Раэ узел с одеждой, крепко пахнувшей лавандой.
-Надо проверить, - продолжал Согди, - в пору ли она тебе и не мешает ли… Если что, у нас будет время ее подогнать. И главное – посмотри обувь! Обувь- самое главное! Сразу ее надевай и проверяй! Как бы она тебя в подземелье не подвела!
Раэ обнаружил, что проспал все это время под толстым меховым одеялом, таким надежным, что до этого он не чувствовал осеннего холода, который давно царил в каморке. А как только охотник из-под него выбрался, то понял, что в трактире давно пора начать топить. Ох! А ведь многие колдуны не чувствуют холода… Да уж, лучше бы ему не задерживаться в их мире до Мабона…
Одежда, которую ему подобрал Согди, была добротной и очень удобной. Все шнуры были продернуты так, чтобы затягиваться одним рывком. Нижняя и верхние туники отлично дополняли друг друга. И, что самое главное , бывший ведьмобойца расщедрился на штаны, а не на проклятые шоссы. Придирчиво оглядел Раэ, заставил его проверить платье и в шагу, и в наклоне. Так же бывший ведьмобойца знал толк в добротных обмотках, в меру плотных, в меру тонких, и в которых ноги легко вошли в обувку – предмет особых забот Согди.
Колдун заставил Раэ пройтись, присесть, попрыгать и даже подтянуться на потолочной балке – комната была достаточно низкая, чтобы Раэ смог до нее допрыгнуть. Все это охотник проделал как можно быстрее, чтобы Согди отпустил его в отхожее место. Но к его неудовольствию тот вызвался сопровождать до него Раэ и пресек все возмущения по этому поводу.
Раэ пришлось в его сопровождении выйти из комнатушки в неприветливый коридор со скрипучими половицами, спуститься на первый этаж, где младшие ведьмы-служанки как миленькие без помощи сильфов скребли столы для гостей. Судя по тому, какое внимание они привлекли к себе только тем, что пересекли трапезный зал и вышли за порог, постояльцев в трактире было мало, если вообще хоть кто-то был кроме них. Когда Раэ вышел во двор, то понял почему: трактир находился у старой запущенной дороги. Согди затащил Раэ в несусветную глушь.
Лишь то, что деревянный домик за домом оказался слишком мал, позволило Раэ хоть на какой-то миг отделаться от сопровождавшего и уединиться. Да и то Согди, не взирая на дождь, предпочел остаться неподалеку. Сквозь щели в рассохшихся досках Раэ мог наблюдать, как колдун нервно прохаживается взад-вперед по узкой протоптанной тропке к отхожему месту!
«Ну, до чего докатился!» - подумал Раэ. Едва он собрался снова выйти под дождь, как его остановил знакомый свист. Он оглянулся: над ним зависла лазурная птичка с запиской под хвостом, протиснувшаяся в щель меж досок…
«Расскажи Согди о ковене Лантана, который тоже хочет получить от тебя лампаду. Источником сведений укажи Оркин и ее навьи гадания. Береги себя, Фере. Возьми с собой в подземелье своих друзей».
«Каких друзей, Хетте?» - мысленно спросил Раэ ортогонского мага.
-Что ты там делаешь? – требовательно спросил Согди, который подобрался к дверям и следил за Раэ сквозь щели.
-А тебе не все равно? – спросил Раэ и поспешно бросил записку туда, куда Согди вряд ли бы захотел полезть. Кажется, колдун не должен был ничего заметить.
Охотник предпочел как можно скорее выйти. Только тогда он увидел, насколько бело лицо колдуна и черны его глаза. Он был как натянутый перед выстрелом лук или вот-вот грозящая взорваться саламандра. Ох, не надо было его сейчас дразнить, однако же надо было усыпить его подозрительность.
-Может, мне вообще с открытой дверцей надо было ходить? – надерзил Раэ.
-Может быть, - недовольно сказал Согди, - кабы не дождь, вообще бы у меня в кусты ходил!
-Ты уже совсем рехнулся!
-А ты хочешь домой или нет?
-Хочу, Согди, хочу! Так что не надо за мной следить. Никуда я от тебя не сбегу. Да и как?
-Это ты сейчас так говоришь, - буркнул ему Согди, - а я так думаю, если бы ты смог отчесаться от спуска в подземелье, то так бы сделал!
-Нет, Согди, я очень-очень хочу домой. И чтобы ты мне доверял, я тебе кое-что расскажу… кое-кто тоже охотится за лампадой.
И Раэ припустил от Согди по моросящему дождю под крышу таверны. За ним заслышались спешные тяжелые шаги колдуна.
Когда они вернулись назад в убогую комнатушку трактира на втором этаже, Раэ ждала довольно-таки приятная неожиданность: на подоконнике сидели в рядок вся пятеро альвов, все мокрые от дождя.
-Это еще что? – охнул Согди, когда увидел всю стайку, - как они тебя нашли?
-Они меня всегда находят, - пожал плечами Раэ, - они меня найдут где угодно. Как они это делают – не знаю…
Тут он, конечно, лгал. Наверняка альвов привела к трактиру синяя птичка Хетте.
-Пусть так, - с сомнением в голосе сказал Согди, когда альвы дружным вихрем снялись с подоконника и закружились вокруг Раэ, - но это означает, что кто-то открыл клетку. Я отлично помню, что на моих глазах Мурчин их туда посадила. Это означает, что она их выпустила!
Альвы расселись на плечах и голове Раэ и настороженно стали поцвиркивать на Согди. Ох, как они его не любили! Сначала он украл их самих, а потом и Раэ!
-Ну да, - пожал плечами охотник, - ты же сам сказал, что пусть меня ищут…
-Но это означает, что она может выследить…
-Выследит, - пожал плечами охотник, - но ты сам сказал, что будет поздно. И я тебе верю. Она меня уже выслеживала с помощью альвов, врать не буду. Но Мурчин приходилось тогда меня до-олго искать. До завтра она меня точно не надет.
-Надо от них избавиться!
-Нет, не надо. И не смотри на них так. Я спущусь в подземелье вместе с ними или вообще не спущусь.
-Что? Да они за тобой не спустятся!
-Я спущусь в подземелье вместе с ними, - повторил Раэ, - я так решил с самого начала. И я знал, что они меня найдут!
-Не говори глупостей! Они с тобой не спустятся!
-Не спустятся так не спустятся. Но таково мое условие.
-Ты еще ставишь мне дополнительные условия? – возмутился Согди.
В это время за окном послышался топот копыт, голоса и стук открываемых дверей.
-Тихо! – Согди Барт метнулся к окну, - кто это? Что ему тут надо?
Раэ мог стать на цыпочки и углядеть через плечо Согди, как одна из служанок двора ведет в поводу вьючного коня с пустым седлом на конюшне, а чьей-то мужской голос дает ей вслед указания, как позаботиться о коне.
-А, это обычный путник, - отмахнулся Согди, - какой-то младший колдун…
И отошел от окна. Этим он дал Раэ глянуть на приехавшего. Из окошка можно было обозреть весь двор и вход в трактир. На крыльце отряхивал крутые кудри от капель дождя бледный изможденный Джилен Сетрамайи, шпион императора Мурони и бывшая обезьяна.
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Неомения. Глава 389.