Я не могу сказать, когда именно это началось. Может, в тот вечер, когда мы остались на кухне вдвоём, пока мой муж Миша пошёл за вином.
Может, раньше — когда он впервые сказал: «Ты не просто жена Миши. Ты — классная сама по себе».
Его звали Никита. Лучший друг моего мужа. Они дружили с детства: вместе росли, дрались за одну и ту же девочку в пятом классе, гуляли по стройкам.
Он был нашим вечным гостем — заезжал на чай, мог ночевать на диване, приносил вино по поводу и без. И я любила его. Но — как друга семьи.
Как часть нашего «мы». До поры.
У Никиты была привычка шутить на грани. Он мог сказать: «Ну если ты когда-нибудь сбежишь от Мишки — звони».
Мы смеялись. Миша смеялся. Но потом я поймала себя на том, что сохраняю его голосовые сообщения. Слушаю дважды. Думаю о его словах перед сном.
И однажды он написал мне лично: «Ты знаешь, у тебя глаза такие — будто видят больше, чем говорят. Это опасно».
Я ответила: «Опасно — это дружить с женой лучшего друга».
Он поставил смайлик. А я — впервые покраснела, сидя на кухне одна. Это был всего лишь флирт. Лёгкий, ничем не обязующий. Или так казалось.
Потом мы начали чаще переписываться. Он присылал мне песни, которые «почему-то» напоминали ему обо мне. Я отвечала. Мы обсуждали кино, жизнь, а также обсуждали личные интересы друг друга.
Он знал, что я с мужем всё реже разговариваю. Что мы устали друг от друга, будто слишком рано стали взрослыми.
Миша работал допоздна, приходил уставший, почти не спрашивал, как я. Я тоже работала. Вечером на автомате готовила ужин. У нас давно началась бытовуха, страсть исчезла, а близость стала похожей на отдачу долга кредитору.
Никита спрашивал как у меня дела, интересовался моим настроением и слушал. Не просто вежливо — по-настоящему, с интересом и участием. Иногда я ловила себя на том, что жду его сообщений. Проверяю телефон по утрам украдкой.
И всё это — втайне. Не потому, что мы боялись, что кто-то узнает, а потому что это было чем-то слишком личным. Хрупким. Неопределённым.
— Ты странная, — как-то написал он. — Не такая, как все. Я иногда думаю: а если бы мы встретились раньше…Я бы наверное женился на тебе...
Знаешь, меня к тебе тянет, я все время думаю о тебе. Думаю, а что будет, если я однажды не удержусь и поцелую тебя...Наверное это станет началом конца твоего брака и моей дружбы с Мишей. Знаешь, мне все сложнее держать себя в руках...
Я прочитала это вслух медленно.
Может, всё бы было по-другому? Я выключила экран телефона. И поняла — я уже перешла границу. Пусть ещё не в действиях. Но в сердце — точно.
В какой-то момент наша переписка стала ритуалом. Утро начиналось с кофе, и с сообщения от Никиты. Не «доброе утро», нет. Он писал что-то вроде: «Я вчера засыпал и думал о тебе, о твоих глазах, какие они красивые».
Каждое его слово будто проникало под кожу. Мне хотелось, чтобы он писал. Чтобы я чувствовала себя интересной, живой, особенной. С Мишей всё стало серым и однообразным — будничным, предсказуемым. А Никита приносил острые ощущения. Незаметно, но глубоко.
Однажды он предложил встретиться. Просто — случайно «пересечься» в кофейне. Без Миши.
— Просто посидим. Мы же друзья, верно?
Я согласилась. Мы говорили почти два часа. Я смеялась — по-настоящему. Я почувствовала, как легко рядом с ним.
И как больно возвращаться в привычную жизнь. После кофейни мы прогулялись. Мы шли и болтали всю дорогу, а когда подошли к его дому он предложил войти. Я согласилась.
Он поцеловал меня как только я переступила порог его квартиры.
На меня тогда нахлынула волна страсти, нежности, любви. Я не оттолкнула его, наоборот, сама была не против.
Сама сняла с себя платье и логичным образом оказалась в его спальне. В тот момент я не думала о Мише или о том, что могу сделать ему больно. Я вообще ни о чем не думала. Я наслаждалась моментом.
После случившегося Никита спросил: -Ты уйдешь от мужа?
- Пока не знаю. Мне нужно время. Я не могу вот так сразу уйти.
- Хорошо, не буду давить.
Никита обнял меня, и в этот момент я почувствовала себя счастливой. С Мишей я давно такого не испытывала.
Когда я вернулась домой, Миша спал. Я села рядом, глядя в его лицо. И впервые подумала: а когда я перестала его любить? Или просто — перестала замечать?
С Никитой мы продолжали встречаться тайно. Каждую ночь, когда Миша засыпал. Встречались даже во время моего обеденного перерыва.
Я словно ловила каждый миг встречи с ним, как доказательство, что я ему важна. Мы никогда не говорили «люблю». Это было бы концом. Или началом. Мы говорили: «Ты чувствуешь, тоже что и я?»
«Если бы ты не была с ним…»
«Мне снится, что ты просто сидишь рядом».
Однажды он сказал: «Я иногда боюсь, что начну тебя касаться, даже не думая, что Миша на нас смотрит. Просто — рука сама потянется». Ты моя и я не хочу тебя делить с ним. Тебе нужно сделать выбор.
Я плакала той ночью. Потому что сама думала об этом. Я любила Никиту, но Мишу не могла бросить из чувства жалости, а еще я очень благодарна ему. Я живу в его квартире и по большей части на его деньги.
Сил порвать с Никитой у меня не было. Я не могла сопротивляться чувствам.
Я ждала встречи, ждала сообщений от Никиты. И всё это время я жила дома. С мужем. С тем, кто называл Никиту «братом». Мне становилось всё хуже. Я пыталась остановить это и взять себя в руки. Голос разума говорил, что нужно сделать выбор.
Я удаляла переписки, ставила телефон на режим «не беспокоить», шла на кухню, чтобы не отвечать. Но всегда возвращалась. Потому что Никита уже стал частью меня. Полгода я встречалась с ним. 187 дней. 1030 сообщений. 54 голосовых. И одна любовь, которую я прятала за улыбающимся «привет» своему мужу.
Я перестала узнавать себя. Но мы не могли остановиться.
Иногда я думаю: а если бы всё так и осталось перепиской? Без встречи. Без касания. Без развязки. Может, было бы легче.
Меньше боли, меньше последствий. Но любовь, даже спрятанная в сообщениях, требует выхода. И этот выход всегда приходит внезапно. Мы давно уже перешагнули черту.
Однажды Миша все узнал.
Это был день рождения Миши. Мы устроили ужин дома, собрали близких друзей. Никита пришёл с цветами и тортом, как обычно — обаятельный, весёлый, чуть-чуть навеселе. Он обнял Мишу крепко, по-мужски. А потом — меня.
И это объятие длилось долю секунды дольше. Только я заметила. Только я почувствовала, как он вдыхает запах моих волос.
Мы почти не разговаривали в тот вечер. Но взгляды — они были всюду. За столом, в прихожей, даже когда я мыла бокалы. Он подходил ближе, чем нужно. Молчал слишком многозначительно. А я — уже не пряталась.
Мне было страшно, но и странно хорошо от того, что он рядом.
Когда гости ушли, Миша лёг спать почти сразу — он много выпил, устал.
А я сидела на кухне, смотрела в окно и просто дышала. Как будто пыталась вспомнить, кто я.
Никита написал: «Я остался во дворе. Просто… не могу уехать вот так».
Я вышла к нему. Он стоял, облокотившись на машину, курил.
— Тебе нельзя здесь быть, — прошептала я.
— Мне нигде нельзя быть, кроме как рядом с тобой, — ответил он. И тогда я шагнула ближе.
Мы поцеловались. Он крепко обнял меня.
-Поехали ко мне- он прошептал, крепко обнимая меня, будто я могла ускользнуть из его объятий.
- Я не могу...не сегодня.
— Ты ведь не уйдёшь от него, да? — вдруг спросил он.
Я не знала, что ответить.
— Не знаю, — сказала я честно. — Я люблю тебя, но…
И замолчала. Он вздохнул.
— А я не хочу быть «но», — сказал он. — Я хотел быть «да». Или хотя бы «возможно».
В этот момент я подняла голову на окна нашей квартиры на втором этаже и увидела, как за нами наблюдает Миша.
В тот момент мне хотелось провалиться сквозь землю.
-Миша увидел нас.
- Наконец-то нам больше не придется прятаться. Пойду поговорю ним, а ты жди меня в машине.
Я осталась, а Никита ушел.
Его не было полчаса и все это время я думала о своей жизни с Мишей. Я его любила, поэтому и вышла за него замуж. Он меня отбил у своего однокурсника. Теперь ситуация повторилась. Его друг отбил меня у него.
Никита вернулся.
-Ты должна пойти к нему и забрать свои вещи.
- Сейчас?
-Да.
- Мне нужно поговорить с Мишей, решить некоторые вопросы. Я тебе позвоню. Сейчас я должна пойти к нему.
- Даю тебе неделю. Больше ждать не могу. Мне предложили работу далеко отсюда и я уеду. Мне стыдно Мише смотреть в глаза.
- Хорошо, я все решу и перееду к тебе!
Я пошла к себе домой.
Мишу я застала подавленным. Он сидел в гостиной, пил виски, держался за голову.
- Прости меня...Я не смогла справиться с чувствами.
- Ты могла мне прямо сказать, что не любишь больше. Ты выбрала лгать и встречаться за моей спиной с лучшим другом. Приходила и как ни в чем не бывало ложилась со мной в одну постель. Я ведь люблю тебя.
Когда-то у тебя не было денег, работы. Я помог тебе, купил нам квартиру, помогу устроиться на работу по специальности, много работал, старался обеспечить тебя, но тебе захотелось острых ощущений.
Теперь ты говоришь прости... Я подам на развод. Квартира останется мне, потому что оформлена на мою мать, а твои карты я завтра заблокирую. Все оформлено на мое имя, а ты оставайся ни с чем.
Кстати, Никита все эти полгода встречался параллельно еще с одной перспективной женщиной. Он делился со мной.
У нее сеть салонов красоты. Она дала ему деньги на новый бизнес-проект. Я думаю, что он рассматривал тебя в качестве источника денег. Просто в лоб не говорил, ждал, когда влюбишься. Думал наверное, что при разводе тебе достанется жирный кусок моего имущества.
Я его давно знаю. Он свой первый бизнес построил за счет одной богатой вдовы.
Миша рассмеялся. Я напишу ему, что оставлю тебя ни с чем. Посмотрим, будете ли вы вместе и какая его любовь.
Я слушала Мишу и земля уходила у меня из под ног. Я верила, что Никита любит меня, а он...встречался с другой, лгал.
Миша отправил сообщение и рассмеялся.
После этого Никита пропал. Не писал. Не звонил. Даже удалил полностью переписку со мной. Миша спрашивал: «С Никитой всё нормально? Куда он пропал?». Смеялся.
- Я не хочу тебя больше видеть в моей квартире. Даю две недели на поиск жилья.
Я чувствовала, как внутри что-то умирает. Я переехала на съемную квартиру.
Прошло три недели. И вдруг — сообщение.
«Я уезжаю надолго и далеко по работе. Я не могу быть рядом. Миша ведь тебе все рассказал. Мне нужны были деньги на новый проект. Деньги мне одолжила другая женщина. Я вскоре женюсь на ней. Прости».
У меня защемило горло. Я не знала — злиться или плакать. Ответила только одно: «Я всё равно тебя люблю».
Ответа не было.
Еще через две недели я почувствовала себя плохо. Меня тошнило и кружилась голова.
Я сделала тест и он показал положительный результат. Я беременна от Никиты.
Ему я не сказала, потому что он сменил номер. Да и смысл? Он женится на другой из-за денег.
Моя благополучная жизнь разрушилась, я одна в арендованной квартире, друзей нет, родители далеко. Есть только работа, но и там не все гладко.
Я часто задаю себе вопрос, если бы я знала к чему приведут запретные отношения, переступила бы я черту?
Не знаю. Знаю, что за свой выбор я сейчас несу ответственность и разгребать последствия придется только мне.