В кладовке было два окна. Одно — маленькое, пыльное, выходящее в шахту. Второе — заложенное кирпичами, когда-то, наверное, глядело во двор. Третье — она нашла случайно.
После очередной вспышки раздражения дома (лампа взорвалась, зеркало залилось рябью, а шкаф замкнулся на висячий замок из дыма), Дарья в панике металась по квартире, пока не наткнулась на неровность в стене кладовки. За старым ковром, прибитым кнопками.
Она оторвала ковёр. За ним — трещина. За трещиной — каменная рама. И внутри — окно. Не стекло. Пространство. Сначала — чёрнота. Потом — свет, похожий на лунный, но живой. Потом — голос.
— Ты наконец пришла.
Это был Он.
В этом окне она увидела... комнату. Почти как её. Только не здесь. И не сейчас. Старую. С обоями в полоску. С пианино. И девочкой. Шестилетней. В венке. Она сидела на полу и пела. А рядом — Он. Молодой. Настоящий. Живой.
Дарья схватилась за стену. Дыхание перехватило. Сердце било как бешеное.
— Я... я ведь...
Голос в ней — тихий, но твёрдый: "Ты здесь уже была. Давно. Много лет назад. Ты жила здесь. Малышкой. Потом — исчезла. Тебя увезли. А мы остались."
— Почему я не помню?
— Потому что так было нужно. Дом не отпустил. Он сохранил память — в вещах, в пыли, в зеркалах. Но теперь ты вернулась. И всё вспоминается.
Дарья вспомнила. Не всё. Обрывками. Руки бабушки. Смешной венок из рябины. Песни. Плач. Как она кричала, что не хочет уезжать. Как обещала вернуться. Он — тогда был мальчиком. Тоже живой. Тоже несчастный. И именно тогда, в том окне, они дали друг другу слово:
"Когда вырастем — встретимся. В этом доме. Всегда."
Слёзы полились. Она прислонилась ко «вспомнившему» окну. Оно было тёплым. Пульсирующим. Как живое сердце.
— Почему ты не ушёл?
— Потому что ты не пришла. А я ждал. Долго.
— А теперь?
— Теперь ты здесь. Но ты должна выбрать.
В этот миг тень в зеркале стала ярче. Дом дышал ею. Пол скрипел, будто под ногами — не доски, а годы.
— Если останешься — станешь частью. Вечно. Живой, но здесь. Если уйдёшь — забудешь. Совсем.
Дарья смотрела в окно, на ту самую себя, поющую. И знала: выбор — как нож.
Продолжение следует...