Понедельник, 27 ноября 1972 года. После 19 дней безрезультатных поисков и почти миллиона долларов, потраченных на авиацию и волонтёров, правительство Канады официально прекращает спасательную операцию. Маленький медицинский рейс из Кембридж-Бей в Йеллоунайф, пропавший в арктических пустошах, признан потерянным. На борту были пилот, медсестра и двое инуитских пациентов.
Но история не закончилась. Она только начиналась.
Человек с севера
Мартен Хартвелл — человек, чье имя через годы будут произносить с уважением или отвращением. Ему было 47 лет. В его биографии — служба в Люфтваффе в конце Второй мировой, эмиграция в Канаду и получение лётной лицензии. У него был небольшой налёт часов в Арктике, но он не имел допуска к полётам по приборам и плохо ориентировался ночью. Он управлял устаревшим Beechcraft 18 — самолётом без системы обогрева стекла и с примитивной навигацией. Его единственная надежда — долететь любой ценой.
Полет 8 ноября был, мягко говоря, безрассудством. Но когда на борту беременная женщина с осложнениями и 14-летний подросток с подозрением на аппендицит, появляется иллюзия героизма. Как будто, выбрав вылет в ночь над замерзающей тундрой, ты спаситель, а не потенциальный самоубийца.
Поисковая лотерея
Они вылетели в 15:30. Через четыре часа, в Йеллоунайфе, их уже ждали. Но самолёт не прибыл. Радио молчало. Началась масштабная операция: военно-транспортные самолёты C-130 «Геркулес», гражданские борта, вертолёты, парашютисты наготове, десятки волонтёров, специально подготовленные наблюдатели.
Поисковые работы велись в условиях экстремально низких температур и метелей. Пилоты облетали местность на высоте от 150 до 1 500 метров, исследуя тундру и леса полосами шириной от полутора до десяти километров. Их маршрут охватывал более 200 000 квадратных километров — от побережья Арктики до лесов у Йеллоунайфа. Иногда огонь в тундре казался спасением, но оказывался лишь костром охотников на карибу. Сигналы, которые могли бы стать надеждой, на деле были лишь атмосферными помехами или отблесками льда.
19 дней. Ни тел. Ни обломков. Ни звука.
И вот, декабрь. 7 числа, совершенно случайно, во время рейса из Инувика в Йеллоунайф, транспортник фиксирует слабый, еле уловимый сигнал бедствия. Он пропадает. Новая волна поисков. 9 декабря, третий день, один из «Геркулесов» вновь ловит сигнал. Экипаж замечает красную ракету на фоне вечной мерзлоты. Там, рядом с развалинами Beechcraft, стоит фигура. Живой человек. Это Мартен Хартвелл. Единственный уцелевший.
Что случилось в тундре
То, что он рассказал, стало сенсацией. Медсестра Джуди Хилл погибла при ударе о землю, она сидела на переднем сиденье рядом с пилотом. Инуитская женщина, Ними Нуллиайок (Neemee Nulliayok), пережила крушение, но получила травмы и умерла в течение нескольких часов. Подросток по имени Дэвид Кутук не был тяжело ранен, и именно он стал опорой для полностью обездвиженного Хартвелла.
Дэвид построил укрытие, используя элементы фюзеляжа, тент и обломки. Он обеспечил Хартвеллу тепло и защиту от ветра, растапливал снег, ухаживал за ним, пытался поддерживать огонь, несмотря на скудные ресурсы.
Они питались остатками аварийного рациона: сухим картофельным порошком, несколькими пакетами супа и консервами, которых было явно недостаточно. Через три недели подросток, обессиленный голодом и холодом, скончался во сне.
Хартвелл остался один. Он был обездвижен, с переломами обеих лодыжек и колена. Лежа в снегу, он понимал, что может выжить, только если переступит черту морали. После долгих сомнений он решился на каннибализм. Позже он писал, что это было невероятно тяжело и вызывало отвращение. Но в условиях вечной мерзлоты, полного отсутствия пищи и его травм, это был единственный шанс на спасение.
История превратилась в скандал. Особенно на фоне трагедии, которая произошла в Андах. Там выжившие тоже ели тела погибших, но они не были виноваты в катастрофе. А здесь капитаном был Хартвелл. Он решил лететь. Он вел самолет в зону, где не было связи. Он был последним, кто мог все изменить.
Виновный по умолчанию
Следствие началось немедленно и вскоре переросло в полноценную комиссию, в которую вошли представители Министерства транспорта Канады, Северо-Западных территорий, федеральной прокуратуры и Ассоциации инуитов. В центре внимания оказался Хартвелл: его допрашивали по поводу маршрута, технической готовности самолёта, уровня подготовки и принятого решения вылететь ночью. Итогом стало официальное заключение: он не имел допуска к ночным полётам, не владел навигацией по приборам, а самолёт был не оборудован для полётов в таких условиях.
Комиссия подтвердила: у него был выбор. В Кембридж-Бей находился пилот Эд Логозар с современным Twin Otter, способным безопасно выполнить рейс. Был и регулярный рейс DC-3, запланированный на несколько часов позже. Но Хартвелл решил вылететь сам, возможно, руководствуясь желанием не терять работу, воспользоваться возможностью, избежать упрёков, ведь на него давили.
Однако, обвинять одного пилота — значит игнорировать систему. Медики из Кембридж-Бей настаивали на срочной эвакуации. Речь шла не о безопасности, а о жизни пассажиров, а не Мартена.
Что касается юридической ответственности: суд над Мартеном Хартвеллом так и не состоялся. Несмотря на общественный резонанс и критику в его адрес, дело ограничилось авиационным расследованием и административными мерами.
Хартвелл больше никогда публично не обсуждал следствие. В интервью он говорил уклончиво, повторяя одну фразу:
«Я сделал то, что должен был сделать, чтобы выжить. А остальное пусть решают другие».
Возвращение
Через два года после трагедии Хартвелл вернулся к полётам. Он начал с коротких рейсов в отдалённые деревни, доставлял грузы и выполнял санитарные перелёты. Вначале действовал осторожно, но вскоре обрёл уверенность. Местные жители уважали его, особенно дэнэ и инуиты. Они знали, что Хартвелл часто рисковал, чтобы привезти им лекарства и продукты или забрать охотников с отдалённых точек.
В северных посёлках его имя знали все, а голос в радиоэфире вызывал доверие. Он стал тем, кто оступился, но не исчез. Тем, кто вернулся в небо, несмотря на своё прошлое.
В 1987 году, спустя пятнадцать лет после трагедии, он снова попал в аварию. Самолет задел деревья при посадке в метель. Раненый, он сумел выбраться, провел два дня в лесу и вернулся обратно пешком.
История Хартвелла — не просто о выживании. Это о людях, принимающих решения на грани возможностей. Когда тьма накрывает горизонт, каждый вдох даётся с трудом, а остаётся лишь инстинкт. Одни сдаются. Другие вспоминают, как из кусков тента сделать убежище. Третьи молчат, экономя дыхание. Четвёртые едят, чтобы не умереть.