Она проснулась от звука воды.
Не плеск, не крик чаек, не дождь — вода, которая словно двигалась где-то в стенах, в подушках, в её костях. Песок скрипел под кожей, как будто она вынырнула из собственной памяти.
Комната была светлая, но без цвета. Белый потолок. Бледные шторы. Бежевое покрывало с выцветшими лилиями. Окно открыто. Туман. Море, по ощущениям где-то близко. Оно не шумело, но давило присутствием.
— Вы пришли в себя, — сказал голос.
Она обернулась. В дверях стоял мужчина. Серый пиджак, блокнот, серебряный медальон на шее. Улыбка — вежливая. Глаза — абсолютно уставшие. Как у тех, кто слишком долго кого-то ждёт.
— Где я?
— Пансионат «Белый прибой».
Он сделал аккуратный шаг внутрь, как будто не хотел её испугать.
— У нас все постояльцы немного… потерялись. Вас нашли. Вы будете жить здесь, пока не найдётесь.
— Кто я?
Он кивнул.
— Мы не спрашиваем имён. Если хотите — выберите себе любое имя или прозвище.
Она молчала. Слова были внутри, но их форма не складывалась.
— Нет, — сказала она. — У меня уже было имя. Я его вспомню.
Мужчина улыбнулся мягко.
— Многие так говорят. Но вспоминают не все. Но вы можете всё записывать сюда, если захотите, — он протянул ей толстую тетрадь и карандаш. — Иногда слово, одна фраза, голос — запускают воспоминание. Пишите всё, что покажется важным. Или... чужое. Чужие истории тоже могут помочь.
Она взяла тетрадь. Тяжёлая. Пахнет бумагой и морской солью. Первая страница была вызывающе пуста.
— А вы?
— Меня зовите Управляющим. Или просто Семь.
— Семь? Почему?
— Не знаю, — мужчина пожал плечами, — мне когда-то так захотелось, понравилось звучание. А сейчас уже просто привык.
Он посмотрел на окно.
— Море скоро поднимется. Не пугайтесь, если ночью оно будет звать. Просто… не отвечайте. Пока не вспомните себя.
Семь ушёл. Дверь закрылась с мягким хлопком, как-то уютно. Она осталась одна. В комнате — только ветер, белые стены и морская соль на губах.
Внутри — безмолвная, звенящая пустота. Но где-то в ней…
уже колотилось имя.