Кочедыжник, всем известный папоротник, своим названием созвучен кочедыку, такому крючковатому инструменту для плетения лаптей. Помните скороговорку "выдерни лычко из-под кочедычка"? Старинный кочедык, которым пользовался в середине прошлого века мой дед, хранится в нашей семье. А теперь у меня есть и кочедыжник.
Вряд ли название папоротника произошло от имени инструмента, маловероятно и обратное. Скорее всего, у них общий предок "кочедыга" - корявый корень. Так утверждает Википедия, а других источников я не нашла. Я предполагаю, что к этой славной компании может как-то относиться и слово "кочера" - пень (а от него слова "корчевать", "кочерга", "кочерыжка"), но это лишь моя попытка народной этимологии, не более.
Кочедыжник я купила по объявлению в местном чате, мчалась за ним в восьмом часу утра на другой конец города, долго, чертыхаясь, стояла на закрытом переезде; зато сынок был рад: поезд, длиннющий товарный состав - хоть какая-то компенсация за ранний подъем.
И я сразу знала, куда его посажу - в мой тенистый садик под старыми яблонями, в компанию к другим лесным папоротникам, хостам и прочим тенелюбивым растениям. Туда же я поставила и свою новую псевдотепличку, с которой до этого носилась как с писаной торбой: хотела сначала держать ее на солнце и любоваться цветущим гравилатом, но до его цветения ещё целый год, поскольку он и не должен цвести в год посева, это я уж всякого нафантазировала, губу раскатала. Потом я думала над анютиными глазками, но не сложилось: то анютиных глазок нет, то я передумала. А потом... потом я поставила тепличку в тень, и пасьянс сошелся! Кочедыжник растет рядом, а внутри поселится... внутри поселится... Впрочем, я расскажу об этом в другой раз, потому что только вчера я нашла в лесу это простое, скромное, всем известное растеньице и поняла, что оно буквально создано для моей задумки. Растеньице пока со мной в городе, в пакете, и высажено будет лишь на днях.
Идею эту я подсмотрела на фотографиях с прошлогодней выставки "Сады и люди", там в тепличке рос какой-то небольшой бузульник зубчатый или та-что-нельзя-называть, уже не припомню. Что ж, обыгранная разными растениями, поставленная в разные места, эта штука может выглядеть неповторимо.
А тут случилась садовая выставка Челси, и я успела посмотреть пару роликов. Знаете, как это было? Дети все спали в свои шесть носопырок, маячил спокойный вечерок, я заварила чайку, села за компьютер, включила какую-то передачу о выставке и... Отставила чае в сторону, побежала за ручкой и блокнотом. Когда уж тут пить, когда надо конспектировать потоком рождающиеся мысли и идеи! Причем не всегда это именно то, что попалось в видеоряде, отнюдь нет! Просто зрелище оказалось таким вдохновляющим для меня, что идеи сплелись в клубок и норовили разорвать меня изнутри. Вот говорит диктор об исцеляющей силе садоводства, а я строчу на листке, что надо вербену за скамейку посадить. Потом показывают щебечущую пташку, а моя рука сама выписывает, что срочно надо стричь сорно разросшийся у меня жостер, или крушину по-привычному. Ну просто отбойный молоток креатива, а не Маруся.
Но и напрямую идей с Челси тоже очень много. Например, сад-победитель. Красивый японский сад, сделанный японцем. Клены, ирисы, журчащая вода и мхи. Об этом саде есть чудесный репортаж у Сергея Калякина.
Камни в этом саду имитируют горную насыпать, по которой течет река, будто бы все булыжники и валуны обвалились уже давно, успели затянуться мхом, ползучими растениями. Вообще, камни и растения - беспроигрышный союз, мастерски подобранные, они всегда смотрятся восхитительно. Одним словом, эта вертикальная насыпь меня сразила! Новым для меня в ней было еще и то, что среди камней растут не привычные глазу, но все же очень редкие солнцелюбивые альпийские растения, а тенелюбивые. Хосты? Баданы? Папоротники? Плющ? Осоки? Почему бы и нет?
В пользу того, что идея горящая и подходящая, говорит еще и то, что вместе с ней родилось и место, где что-то подобное, скорее даже "по мотивам", можно воплотить. И там бы это не смотрелось вычурно, инородно, как круглая брошь с кристаллами на полинявшей футболке.
Не знаю, дойдут ли руки в этом году, еще прошлогодних идей столько, что дурная голова на все лето занята, но уже, окрыленная вдохновением, в субботу я сажала лофант и львиный зев там, где бы и не додумалась прежде, стригла крушину и лесную жимолость и чувствовала такой прилив бодрости и энтузиазма, что, кажется, вибрировала не меньше синебрюхих пчел-плотников, роем кружащихся вокруг цветущей каприфоли. Хотя, казалось бы, куда уж больше?
Ваша Маруся