Ещё на подходе к клубу, я почувствовала гнетущую, враждебную магию, которая высасывала жизненные силы из всего вокруг. В этот вечер она была намного сильнее. Здесь даже не скрывались. Это чувство лишь укрепило мои опасения относительно Нортона и того, что он собой представляет. Отблески неоновых вывесок падали на мокрый асфальт, создавая зловещие алые и синие лужи. Тяжелые, басовитые аккорды какой-то скандинавской блэк-металлической группы пробивались сквозь массивные двери, заставляя вибрировать землю под ногами. Я непроизвольно поёжилась.
У входа стояли двое громил-охранников. Их лица были непроницаемы, а взгляды — холодны, как лед. Когда я приблизилась, один из них преградил мне путь.
— Закрыто. Частная вечеринка, — протянул он грубым голосом, не сдвигаясь с места.
— Мне нужно видеть хозяина, — спокойно сказала я, хотя мое сердце колотилось где-то в районе горла. – Это важно.
Охранник окинул меня оценивающим взглядом, полным пренебрежения.
— Хозяин не принимает посетителей. Убирайся, девочка, пока я еще вежливо прошу.
Я поняла, что настаивать бесполезно, и только было собралась уходить, как дверь клуба распахнулась, и из темноты проступила высокая фигура Нортона. Его глаза, пронизывающие и глубокие остановились на мне. Во взгляде мужчины промелькнуло удивление, а затем лёгкое раздражение.
— Что здесь происходит? — его голос был низким, спокойным, но в нём чувствовалась такая сила, что даже шум музыки на мгновение показался тише.
Охранник кивнул на меня:
— Эта девица хотела вас видеть.
Нортон не удостоил охранника даже взглядом. Он лишь сделал небрежный жест рукой в мою сторону.
— Пропустите её.
Охранники моментально расступились, и я прошла мимо них, чувствуя на себе недоумённые взгляды.
Клуб был погружён в полумрак. Его освещали лишь тусклые синие и фиолетовые прожекторы, выхватывающие из темноты отдельные силуэты. Воздух казался тяжёлым от дыма, запаха алкоголя и от той самой враждебной магии, пульсирующей даже на улице. Стены клуба, отделанные тёмным деревом и камнем, украшали грубые изображения рун.
Нортон развернулся и направился вглубь помещения, а я последовала за ним, чувствуя, как страх холодит кожу. Он провёл меня через толпу танцующих людей, которые, казалось, были в каком-то трансе, раскачиваясь в такт тяжёлой музыке, и остановился у небольшого возвышения в стороне. Здесь особняком, окружённый мягкими кожаными диванами стоял стол, явно предназначенный для хозяина заведения.
- Садись, - почти приказал Нортон. Его взгляд был холодным и отстранённым.
Я послушно опустилась на диван.
— Чего ты хочешь? — голос его был ровным, с лёгкими нотками раздражения, будто он разговаривал с надоедливой мошкой.
Я набрала в грудь воздуха, понимая, что это мой единственный шанс, и второго не будет.
— Я знаю, что Астрид извратила договор с альвами. Она изменила его, чтобы ты стал носителем Тёмной Силы. Но я уверена, что это можно исправить, что этот хаос можно остановить, вернув баланс…
- Хватит, - прервал меня Нортон. И усмехнулся, но это было скорее похоже на кривую гримасу, полную древней усталости и пренебрежения. Он обошел стол и сел, окинув меня тяжёлым взглядом. — Мне плевать, откуда ты это знаешь. И что ты там видишь своими наивными глазами. Это дело давно минувших дней. Астрид вне времени и пространства. Её деяния, её желания – всё это прах. А то, что случилось со мной… Что ж, всё сложилось так, как сложилось.
Нортон подался вперёд, его глаза сверкнули во тьме, и я почувствовала, как по коже пробежали мурашки от скрытой мощи.
— Так чего ты хочешь сейчас? Исправить меня? Вернуть к какой-то мифической "светлой" стороне? Наивная девчонка. Уходи отсюда и больше не попадайся мне на глаза. Как своего потомка, свою кровь, я тебя не трону. Ты часть моего рода, и это удерживает меня. Но и ты не лезь ко мне. Не пытайся изменить то, что уже случилось. Мой путь определён.
Его слова были как ледяной душ. Я поняла, что разговор окончен. Нортон не слушал, он не хотел слышать. Он был заточён в своей тьме, или же принял её как свою истинную сущность. Мне нечем было его убедить, нечем было пробиться сквозь ту мощную стену безразличия и древней силы, что он возвёл вокруг себя. С тяжёлым сердцем, я кивнула, принимая ответ Нортона. Мне оставалось только признать поражение. Я развернулась и медленно пошла к выходу, чувствуя на себе его взгляд до самой двери. Музыка продолжала давить, а атмосфера клуба казалась ещё более гнетущей, чем раньше.
Вернувшись домой, я чувствовала себя абсолютно опустошённой. Общение с Нортоном было ещё тем испытанием. Он будто выпивал все жизненные сил. Как с ним работают люди? Это ведь просто невозможно… Я вошла в квартиру и не стала зажигать свет. У меня не было сил даже переодеться. Моральная усталость казалась настолько сильной, что я просто рухнула на кровать, так и не раздевшись. Мысли путались, но одна вещь была ясна: Нортон не будет союзником. Он принял тьму как свою суть. Единственный путь – это остановить его, но как? С этой мыслью я провалилась в беспокойный сон.
Но он был тяжёлым и коротким. Мне снились обрывки рун, лица альвов, Сиггрид и Фёдор...
Я открыла глаза и сразу ощутила, что что-то изменилось. Тишина в доме была слишком абсолютной, слишком давящей. Моя сила была чем-то новым для меня, и я ещё не совсем понимала её сигналы. Поэтому резко села и огляделась. Прислушалась. Ничего. Тишина.
Немного волнуясь, я прошлась по квартире, заглядывая в каждый угол. Всё спокойно. Господи… так можно сойти с ума.
Первые бледные лучи рассвета только-только начинали пробиваться сквозь занавески, но спать уже не хотелось. Я целый час пролежала в ванне, заварила себе кофе и опустилась на прохладный стул, задумчиво глядя перед собой. Что делать дальше? Как поступить в сложившейся ситуации? Ответа не было.
Настойчивый звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. Кто мог прийти в такую рань? А потом я мысленно застонала. С этими перемещениями, из головы совершенно вылетело, что мы договорились с соседкой! Она каждую субботу ходит на рынок и каждый раз покупает мне то свежую сметану, то творог.
Взяв с тумбочки кошелёк, я повернула защёлку замка. Как только дверь приоткрылась на пару сантиметров, из проёма высунулась рука в чёрной перчатке. Я даже не успела среагировать, не успела понять, что это, как прямо в нос ударил едкий, сладковатый запах. Глаза защипало, а мир вокруг поплыл. Последнее, что я увидела, было смутное очертание темной фигуры, склонившейся надо мной, прежде чем меня окончательно покинуло сознание.