— Марина Викторовна, проверьте, пожалуйста, все документы еще раз. Особенно внимательно — паспортные данные второго заемщика, — сказала сотрудница банка, протягивая мне папку с ипотечными документами.
Я взяла бумаги, чувствуя приятное волнение. Наконец-то мы с Димой покупали вторую квартиру — для сдачи в аренду. Наш бизнес по производству мебели шел в гору, и мы решили инвестировать в недвижимость.
— Дим, а ты проверил? — обратилась я к мужу, который сидел рядом и что-то быстро печатал в телефоне.
— Да, конечно, все правильно, — ответил он, не поднимая глаз.
Я начала читать договор. Моя фамилия — Морозова. Все верно. Адрес квартиры на Красной Пресне — правильный. Сумма кредита — 8,5 миллионов под 7,8 процентов. И тут я увидела вторую фамилию в документе.
— Дима, — я коснулась его плеча. — А кто такая Дмитриева Анна Сергеевна?
Он резко поднял голову:
— Что?
— Вот здесь, во втором пункте договора. Написано, что вторым заемщиком является Дмитриева Анна Сергеевна. Это твоя бывшая жена?
Дима быстро взял у меня документы:
— Нет, это... это техническая ошибка. Сейчас исправим.
— Какая техническая ошибка, Дмитрий Алексеевич? — вмешалась сотрудница банка. — Документы готовились по вашей заявке. Вы сами указали госпожу Дмитриеву как второго заемщика.
— Вы что-то путаете, — нервно засмеялся Дима. — Моя жена — Марина Викторовна Морозова. Вот она сидит.
— Простите, но в нашей системе числится заявка от 15 марта, где вы указали двух заемщиков: себя и Дмитриеву Анну Сергеевну. А заявка с участием госпожи Морозовой поступила только 2 мая.
Я почувствовала, как холодеет спина:
— Дима, объясни мне, что происходит. Прямо сейчас.
— Марин, давай не здесь. Это недоразумение. Поедем домой, все обсудим.
— Нет, — я встала. — Я хочу понять прямо сейчас. Ты подавал заявку на ипотеку с Аней? Со своей бывшей женой?
— Это не то, что ты думаешь...
— А что это? — я почти кричала. — Ты месяц назад втайне от меня собирался взять ипотеку с бывшей женой?
— Слушай, не устраивай сцену в банке, — он попытался взять меня за руку.
— Не трогай меня! — я отдернула руку. — Отвечай на вопрос!
Сотрудница банка неловко кашлянула:
— Может быть, вам стоит отложить сделку? Мы можем перенести встречу...
— Нет, — я села обратно. — Я хочу услышать объяснения. Дмитрий, говори.
Дима глубоко вздохнул:
— Хорошо. Да, я подавал заявку с Аней. Но только потому, что у нее лучше кредитная история. И потому что...
— Потому что что?
— Потому что эта квартира была бы частично для детей. Для Кати и Серёжи.
— Для каких детей? — я не понимала.
— Для моих детей от первого брака. Они растут, им нужно больше места. Аня снимает однушку, а тут могли бы жить дети, когда приезжают ко мне на выходные.
Я молчала несколько секунд, переваривая услышанное:
— То есть ты хотел купить квартиру для своей бывшей семьи? На наши общие деньги?
— Не для бывшей семьи, а для детей!
— Дима, дети могут жить у нас дома. У нас трехкомнатная квартира.
— Им неудобно. Они чужие в нашем доме.
— Чужие? — я не поверила своим ушам. — Твои дети чужие в нашем доме?
— Не в том смысле... Марин, ну пойми, им нужно свое пространство.
— А мне что, не нужно? Я четыре года вкладываю деньги в наш общий бизнес, работаю наравне с тобой, и ты считаешь нормальным тратить МОИ деньги на жилье для твоей бывшей жены?
— Не для бывшей жены, а для детей!
— Где будут жить дети? В этой квартире. А кто будет там прописан по документам? Твоя бывшая жена. Кто будет платить коммунальные? Кто будет следить за ремонтом? Анна. То есть фактически ты покупаешь квартиру Анне.
Дима помолчал, потом тихо сказал:
— Она мать моих детей.
— А я кто? Просто деловой партнер, который должен финансировать твою первую семью?
— Ты преувеличиваешь...
— Я преувеличиваю? — я встала. — Дима, ты втайне от меня подавал документы на ипотеку с другой женщиной. На НАШЕГО общего ИП. Используя доходы НАШЕЙ общей фирмы. И говоришь, что я преувеличиваю?
— Марин, сядь, пожалуйста. Давай спокойно поговорим.
— Нет. Я не сяду. Я хочу знать — сколько еще тайн ты от меня скрываешь?
— Никаких тайн нет.
— Лжешь. Откуда у тебя номер телефона Ани? Вы общаетесь?
— Ну конечно общаемся. У нас общие дети.
— Как часто?
— Марин, не устраивай допрос...
— Как часто ты с ней общаешься?
— Несколько раз в неделю. По поводу детей.
— Несколько раз в неделю, — повторила я. — И о чем вы говорите?
— О детях, о школе, о здоровье...
— О деньгах?
— Иногда.
— Ты ей помогаешь деньгами?
Дима промолчал.
— Дмитрий, я спрашиваю — ты даешь деньги своей бывшей жене?
— Не ей, а на детей.
— Сколько?
— Какая разница?
— Сколько ты ей переводишь в месяц?
— Тридцать тысяч.
— Тридцать тысяч рублей каждый месяц?
— Да.
— Четыре года?
— Да.
Я быстро посчитала в уме:
— Полтора миллиона рублей. Ты за четыре года дал своей бывшей жене полтора миллиона наших общих денег и ни разу мне об этом не сказал.
— Это алименты...
— Какие алименты? Ты разводился с ней в 2017 году. По суду алименты были назначены в размере 15 тысяч на двоих детей. Откуда 30?
— Я помогаю добровольно.
— Добровольно, — я села на стул. — Понятно.
Сотрудница банка снова кашлянула:
— Может быть, мне стоит выйти? Дать вам время поговорить?
— Не надо, — сказала я. — Мы уже поговорили. Скажите, а можно посмотреть ту первую заявку? Которая была подана 15 марта?
— Конечно, — женщина достала другую папку. — Вот, пожалуйста.
Я взяла документы и начала читать. Заемщик — Дмитрий Алексеевич Морозов. Второй заемщик — Анна Сергеевна Дмитриева. Цель кредита — покупка квартиры. Доходы подтверждены справками с нашего общего ИП.
— Дим, а Аня работает?
— Работает.
— Где?
— В салоне красоты.
— Официально?
— Ну... не совсем.
— То есть неофициально. Значит, справку о доходах ей взять негде. Откуда же в документах цифры про ее зарплату?
Дима молчал.
— Дмитрий, я спрашиваю — откуда в справке цифры про доходы Ани?
— Я... я попросил нашего бухгалтера оформить ее как сотрудника фирмы.
— Фиктивно?
— На бумаге.
— Фиктивно, — повторила я. — То есть ты оформил свою бывшую жену фиктивным сотрудником нашей фирмы, чтобы она могла взять ипотеку.
— Марин, это технический момент...
— Это мошенничество, Дмитрий. Подача ложных сведений в банк.
— Все так делают...
— Я не делаю, — я встала. — И не хочу иметь дела с тем, кто делает.
— Ты куда?
— Домой. А потом к юристу.
— К какому юристу?
— Разводиться.
— Марин, не будь дурой! Из-за какой-то квартиры...
— Не из-за квартиры, Дмитрий. Из-за вранья. Четыре года вранья.
Я дошла до двери и обернулась:
— А еще из-за того, что ты до сих пор не развелся с Аней в душе. И я не собираюсь всю жизнь быть второй женой в чужом браке.
— Что ты несешь?
— То, что думаю. Ты купил бы эту квартиру, записал на Аню, дети бы там жили, а через пару лет ты бы сказал, что скучаешь по семье. И ушел бы к ним. А я бы осталась с кредитом и разбитым сердцем.
— Это бред...
— Нет, Дима. Это логика. Ты четыре года готовил себе запасной аэродром. Только не подумал, что я не дура.
Я вышла из банка и села в свою машину. Руки дрожали, когда я набирала номер нашего юриста.
— Алло, Виктор Петрович? Это Морозова. Мне нужна консультация по разделу бизнеса... Да, срочно.
В зеркале заднего вида я увидела, как Дима выбегает из банка и ищет меня глазами. Но я уже уехала.
А через неделю он узнал, что 50% акций нашего ИП переписаны на мою сестру. Еще за день до того, как мы пошли в банк. Потому что я не дура, в отличие от него.
Дорогие читательницы, а у вас были ситуации, когда любимый человек скрывал от вас важные финансовые решения? Как вы поступали? Поделитесь в комментариях!