Опять делаю лирическое отступление и, хочу обратиться ко всем, кому поставили такой диагноз. Понимаю, что первое чувство, которое возникает – страх. Также нередко возникает второе чувство – полное отрицание действительного и очевидного. На третье место попадает либо наблюдательность и бдительность, либо подчинение. Ваша задача: взять себя в руки и под контроль свои чувства и эмоции.
Все онкобольные чувствуют фальшь
За этот длительный период времени я познакомилась с большим количеством людей, их родственниками, сослуживцами и вообще ПРОСТО ЛЮДЬМИ. Так как человек я наблюдательный, а также (с 2023 года) не имеющий ряд основных функций (обоняние и голос), то превратилась в некую тень. Я молча наблюдаю за тем, что происходит, за поведением, эмоциями, жестикуляцией других. Не только с подобным моему диагнозом. Особую роль отвожу родственникам, которые приходят навещать, сопровождают.
Заметила странную вещь: 90% навещающих, ухаживающих только играют роли. Да, не ослышались. Играют роли любящих и заботящихся, и желающих выздоровления. В основном, они также, как и общая масса населения земного шара ставят крест на тех, у кого онкология. И это заметно, как не старайся замазать глаза и надеть дежурную улыбку. Есть и такие, которые устают от больного родственника. И таких тоже много. Некоторые не скрывают своей утомленности от просьб, каких-то требований и истерик больного человека.
И это все видела и вижу не только я, но и те, к кому они приходят. В некоторых случаях (далеко не во всех), онкобольные специально начинают включать истерики, требовать что-то, мучить своих «любимых» родственников. Зачем? – спросите. Потому что невозможно спрятать от больного реальных эмоций и чувств. Вам только кажется, что зайти с улыбкой на лице, рассказать «как все будет хорошо», что верите в положительный исход дела без подлинных чувств - нормально, правдоподобно. И никто не заметит лжи?
Есть еще 10%, которых все уважают
А также хорошо видно, кому нужен человек с диагнозом. Приведу пример. Честно скажу, от этой семьи все были в восторге. Не знаю, замечали ли они, сколько восхищенных и одобрительных взглядов они получали каждый день. Медицинский персонал также ими восхищался и, между нами девочками, говорили: «Они ее точно на ноги поставят, и, неважно, что у нее метастазы!» Кстати, так и получилось. Метастазы уходили и, женщине становилось лучше.
Положили к нам в палату пожилую женщину. Она уже сложила ручки и готова была уйти в мир иной. Но это было уже под вечер. А вот утром появились на пороге палаты ее дети. Преимущественно это были сыновья: три сына и две дочери (если мы всей палатой не ошиблись). Конкретику спрашивать не стали, кто есть кто. Достаточно было того, что происходило на наших глазах каждый день, пока не перевели бабулю на другой этаж.
Они не только дежурили около нее без перерывов. Один из сыновей уволил жену с работы (случайно подслушала в коридоре). Фраза больной матери: «Оставьте, как есть. Я пожила свое!» - встретила не агрессию, но мощное сопротивление. Буквально все в один голос произнесли: «Кто это сказал? Мы не может отпустить ту, которая нам жизнь подарила». Такое впечатление создавалось, что они думают и действуют, как единый организм. Через полгода я увидела, как они дружной гурьбой забирали ее из больницы. И их лица светились. Медсестру нашу спросила, что и как. Она сказала: «Метастазы уходят у нашей бабули. Вот и радуются дружно!»