Они покинули здание старой игрушечной фабрики, обратились в человеческий вид и направились на поиски места, где можно было бы нормально поесть.
— Не люблю я все эти игры с куклами и прочими игрушками, — ворчал Андрей. — Такими вещами только демоны низкого порядка развлекаются, да всякие подселенцы с мертвяками. У нас как-то дело было такое с маньяком. Вот он любил на месте преступления оставлять голого пупса.
— Я даже не хочу знать, что и с кем он там делал, — поморщился Борисыч.
— Вы его хоть нашли? — спросил Николай, рассматривая город в окне автомобиля.
— Да, нашли, — кивнул Андрей.
— Голову ему с пупсом местами поменяли? — флегматично поинтересовался Николай.
— К сожалению, нет.
— А зря, — хмыкнул Николай. - Я бы поменял
Клара в разговоре не участвовала, она внимательно следила за дорогой.
— Ребзи, может, вы мне подскажете, где здесь есть столовка с приличной едой? - поинтересовалась она.
— Ох, Клара, наверно, уже нигде. Сейчас везде воруют, — покачал головой Андрей.
— Да это понятно, но ведь есть места, где воруют меньше, чем везде, — ответила она.
— Ну, вон какая-то столовка виднеется. Давай около нее припаркуемся, — предложил Борисыч.
— Тут места нет, — ответила Клара.
Она проехала чуть дальше и завернула в небольшой дорожный карман.
Машина Клары стояла у тротуара, а сама компания уже сидела за липким столом в углу столовой. В воздухе витал запах жареного лука, подгоревшего масла и чего-то тухлого — возможно, тушеной капусты.
— Ну вот, — сказал Андрей, разглядывая меню, написанное от руки на картонке. — Никаких кукол, никаких демонов. Просто еда.
— Пока что, — хмыкнул Николай, но без обычной своей мрачности. Он уже держал в руках стакан с мутным киселём и прикидывал, стоит ли ему рисковать.
Борисыч, напротив, выглядел почти умиротворённо. Он методично размешивал ложкой в тарелке борщ, добиваясь идеального соотношения сметаны и бульона.
— Главное — без сюрпризов, — пробормотал он.
Клара вернулась с подносом, на котором дымились две котлеты с пюре и стакан чая с лимоном.
— Всё нормально, — сообщила она. — Кассирша сказала, что сегодня мясо свежее, вчерашнее только в пельменях.
— Какая кассирша шутница, — Андрей потянулся за хлебом.
— Вы все собираетесь есть? — с удивлением спросила Клара.
— Хочется немного отвлечься от всего этого и переключиться на что-нибудь другое, — пояснил Борисыч, попробовав борщ. — Ничего так, вполне едабельно.
Ели молча, без лишних слов. Николай даже смягчился, попробовав кисель, и признал его «сносным». Борисыч доел борщ и взял ещё один. Клара пила чай, наблюдая за уличной суетой через запотевшее окно.
— А ведь, знаете... — Андрей задумчиво положил вилку на край тарелки. — Вот так посидеть, без всяких потусторонних заморочек... Приятно, чёрт возьми.
— Да уж, — согласился Николай. — Только бы никто не начал вдруг оживать, стрелять или требовать жертв.
— Не сглазь, — пробурчал Борисыч, но беззлобно.
Клара улыбнулась:
— Да уж. Минута покоя — и сразу подозрительно.
И они продолжили есть. Спокойно. Как обычные люди.
За окном мирно падал снег. В столовой пахло гречкой и лавровым листом. И ни одной ожившей куклы в радиусе километра.
— Клара, так что ты там придумала? — поинтересовался Борисыч, вылавливая из стакана с компотом ягодки.
Она вытащила из кармана осколок от фарфоровой куклы.
— Ну вот, — вздохнул Андрей, отодвигая тарелку. — И на этом спокойный обед закончился.
Клара положила на стол осколок фарфоровой куклы. Трещины на нём изгибались странным узором, а в глубине скола слабо мерцал тусклый свет.
— И что ты хочешь увидеть в этом осколке? — поинтересовался Борисыч.
— В нём есть частичка магии демона, — ответила Клара. — Если постараться, то можно его притянуть к нам.
— Так просто? — удивился Николай, прищурившись на мерцающий осколок.
— Ну, не совсем просто, — Клара провела пальцем вдоль трещины, и свет в осколке запульсировал в такт её движению. — Надо знать имя. Хотя бы часть.
Борисыч нахмурился:
— И откуда ты собираешься его взять?
— А вот как раз из этого, — она постучала ногтем по фарфору. — Осколок помнит. Нужно только потянуть за нити.
— Вечно ты что-нибудь придумаешь, — проворчал Андрей.
— А может, ты дёрнешь за эту нитку и вытянешь к нам не этого демона, а свои силы? — предложил Николай.
— Хм, а это мысль, — Клара продолжала рассматривать осколок.
— Я бы не советовал тебе этого делать, — сказал Андрей.
Клара усмехнулась, не отрывая взгляда от осколка:
— Андрей, если бы я каждый раз боялась вытянуть что-то не то, мы бы до сих пор сидели на той чёртовой фабрике и разговаривали с куклами.
Она закрыла глаза, сосредоточившись, и её пальцы слегка дрогнули над фарфором. В воздухе запахло статикой и чем-то сладковато-гнилым, похожим на гнилые фрукты.
Вдруг осколок резко дёрнулся, и из трещины брызнули искры.
— Ловлю... — прошептала Клара сквозь зубы. — Почти...
Андрей невольно откинулся на стуле:
— Ты уверена, что это хорошая идея?
Но было уже поздно: в руках Клары появилась тонкая нитка, которую она принялась быстро сматывать в небольшой клубок. Он с каждым мотком становился всё больше и больше, превращаясь в огненный шар. В какой-то момент нитка натянулась и оборвалась.
— Миленько, — проговорила Клара, рассматривая шар в своих руках. — Никогда не думала, что это вот так выглядит.
— А ты точно уверена, что это твои демонические силы? — спросил с тревогой Борисыч. — Ты же помнишь, что происходит с человеком, если в него попадает даже крошка демонической энергии?
— На данный момент времени меня сложно назвать человеком, — Клара потыкала пальчиком в рога на голове. — Я вообще удивляюсь, как посетители не пялятся на меня. Так что я всё же попробую.
Она приложила к груди шар, и он вошёл в неё мгновенно. Клара замерла с закрытыми глазами, её пальцы судорожно впились в скатерть. По коже пробежали волны багровых прожилок, а рога на лбу начали медленно удлиняться, покрываясь трещинами, словно раскалённый камень.
— Эээ, ребята... — Николай осторожно отодвинулся. — Мне кажется, или у неё сейчас...
— Да, — прервал Борисыч, резко вставая. За его спиной с грохотом опрокинулся стул. — Всё плохо.
Андрей уже расстёгивал портфель с серебряными застёжками:
— Говорил же — не надо трогать демонические артефакты за обедом!
Клара вдруг резко вдохнула — звук был похож на шипение раскалённого металла в воде. Когда она открыла глаза, зрачки горели жёлтым пламенем.
— Всё... в порядке, — её голос звучал странно, будто накладывался сам на себя. — Только... немного жарко.
На её руках вздулись странные символы, напоминающие то ли руны, то ли ожоги. Воздух вокруг начал дрожать от жары.
За соседним столиком мужичок понюхал содержимое стакана с компотом.
— Однозначно надо бросать пить, — пробормотал он, с ужасом смотря на Клару.
Он залпом выпил компот, завернул в грязный носовой платок котлету с куском хлеба и рванул в сторону выхода.
Клара медленно повернула голову в сторону убегающего посетителя. Её губы растянулись в неестественно широкой улыбке.
— А куда это он так спешит? — её голос звучал странно, будто одновременно говорили два человека.
Николай осторожно подвинул к себе стакан с киселём:
— Наверное, вспомнил, что дома котят покормить забыл или утюг выключить.
— Или просто не любит шоу, — добавил Борисыч, не сводя глаз с Клары.
Андрей вздохнул и отодвинул тарелку:
— Ну вот, теперь и поесть нормально не дали. Клара, ты хотя бы понимаешь, что с тобой происходит?
Клара (если это ещё была Клара) подняла руку перед лицом, разглядывая проступающие на коже узоры.
— Очень... интересное ощущение, — произнесла она, и в голосе явственно слышалось что-то постороннее. — Как будто я всегда была такой.
Стол под ней вдруг затрещал, и по дереву побежали тонкие трещины. В воздухе запахло гарью.
— Это нехорошо, — констатировал Николай. — Очень нехорошо.
Борисыч протянул к ней руку:
— Всё, хватит экспериментов. Клара, если ты ещё там — возьми себя в руки.
Клара медленно подняла на него горящие глаза.
— Я... везде, — ответила она, и в этот момент её тень на стене дёрнулась и начала расти, принимая рогатые очертания.
Автор Потапова Евгения