Почему писательство становится не просто творчеством, а способом справиться с одиночеством, тревогой и нехваткой близости? Для меня писательство стало тихой формой выживания. Не хобби, не способом самовыражения, а почти физиологической необходимостью. Когда у тебя нет поддержки — ты создаёшь её: в словах, в абзацах, в тетради. Многие мои читатели признаются: «я пишу, потому что мне некому сказать», «я веду дневник, чтобы не разорваться от тревоги», «когда пишу — словно кто-то рядом». И это нормально. Писательство — это форма терапии. Для многих из нас текст — это костыль, который со временем превращается в нашу опору. Особенно если ты вырос в одиночестве, не умел просить помощи, боялся близости. Так было и со мной. Когда я писала «Бутылку», я вытаскивала наружу стыд и боль, от которых годами убегала. В романе «Лицо на белой стене» я разглядывала собственные страхи, с которыми невозможно было жить, но и невозможно не признать. В «Милых людях» я пыталась научиться быть рядом, быть живой,
Я пишу, потому что не умею держаться за других — о писательстве как опоре, зависимости и внутренней силе
3 июня 20253 июн 2025
1 мин