Надежда стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение. Любимое платье в горошек — не новое, но аккуратное, волосы уложены, макияж неброский. Вроде все в порядке, ничего такого, что могло бы смутить окружающих. Тогда почему Сергей в последний момент отказался идти с ней на юбилей Михалыча, начальника отдела, где она работала последние пятнадцать лет?
— Что-то голова разболелась, — пробормотал он полчаса назад, когда она уже начала собираться. — Ты иди, а я, наверное, останусь дома. Передай там всем привет.
Надежда нахмурилась, вспоминая, как муж старательно избегал ее взгляда, когда говорил это. Она почти физически чувствовала фальшь в его словах. Голова у Сергея не болела. Еще утром он бодро напевал что-то на кухне, готовя яичницу, а перед обедом даже предлагал сходить в кино. На юбилей он просто не хотел идти. Вернее, не хотел идти туда с ней.
Это был не первый случай. За последние несколько месяцев он все чаще находил предлоги, чтобы не сопровождать ее на корпоративы, дни рождения коллег, встречи с одноклассниками. Всегда находилась какая-то причина: то неотложная работа, то внезапное недомогание, то срочные дела.
Надежда вздохнула и еще раз поправила прическу. Может, она что-то упускает? Может, и правда не все в порядке с ее внешностью? За двадцать лет брака она, конечно, изменилась. Располнела немного, появились морщинки у глаз. Но разве это повод стыдиться собственной жены? Или дело в чем-то другом?
— Я пошла, — крикнула она, надевая туфли в прихожей.
Сергей выглянул из гостиной, где смотрел телевизор.
— Давай, удачи. Не засиживайся допоздна.
— Постараюсь, — Надежда натянуто улыбнулась и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Выйдя из подъезда, она достала телефон, чтобы вызвать такси, но передумала. До ресторана, где проходил юбилей, было всего пятнадцать минут пешком. Погода стояла чудесная — теплый майский вечер, когда еще не слишком жарко, но уже по-настоящему по-летнему. По дороге у нее будет время поразмыслить о том, что происходит в их отношениях.
Надежда шла по знакомым улицам, наблюдая, как город готовится к вечеру. В окнах домов загорался свет, с детской площадки доносился смех, кто-то выгуливал собаку. Обычная жизнь, в которой все идет своим чередом. Только в их с Сергеем семье что-то пошло не так.
Она помнила, как пять лет назад они отмечали пятнадцатилетие свадьбы. Сергей тогда удивил ее, организовав праздничный ужин в том самом ресторане, где они когда-то праздновали свадьбу. Пригласил всех друзей, коллег, родственников. Было шумно, весело, и Сергей с гордостью представлял ее тем, кто еще не был знаком: «А это моя Надя, самая лучшая жена на свете». Тогда она чувствовала себя любимой, желанной, важной частью его жизни.
Что изменилось за эти пять лет? Надежда не могла понять. Нет, они не ссорились, по-прежнему жили вместе, вели общее хозяйство, строили планы. Он по-прежнему целовал ее, уходя на работу. Они по-прежнему проводили вечера за разговорами, смотрели вместе фильмы, ездили к морю в отпуск... только теперь он избегал появляться с ней на людях. Как будто дома она устраивала его, а вот на публике — нет.
Додумать мысль она не успела — показался ресторан «Золотой якорь», где уже собирались гости юбилея. У входа курили несколько ее коллег.
— Надя! — окликнула ее Ирина, бухгалтер из соседнего отдела. — А где Сергей? Он что, не придет?
— Приболел немного, — Надежда постаралась, чтобы голос звучал беззаботно. — Просил передать всем привет.
— Жалко, — искренне огорчилась Ирина. — А Михалыч специально просил, чтобы все с супругами пришли.
Надежда кивнула и прошла в ресторан. Внутри уже было многолюдно и шумно. Михалыч, невысокий мужчина с заметной лысиной, но с неизменно молодой улыбкой, встречал гостей у входа в банкетный зал.
— Надюша, привет! — он расцеловал ее в обе щеки. — А где твой благоверный?
— Приболел, — повторила она уже заученную фразу. — Просил поздравить тебя и извиниться за отсутствие.
— Ну что ж, бывает, — Михалыч пожал плечами. — Выздоравливать ему поскорее. Проходи, там уже все собираются.
Надежда прошла в зал, кивая знакомым и пожимая руки. За столом ей досталось место рядом с Татьяной, заведующей канцелярией, такой же одинокой в этот вечер — ее муж был в командировке.
— Хоть ты без пары, и я, — шепнула Татьяна, подмигивая. — А то сидела бы одна среди этих сладких парочек, чувствовала бы себя белой вороной.
Надежда слабо улыбнулась. Общее веселье никак не проникало в ее душу. Она думала о Сергее, который наверняка не лежит сейчас с больной головой, а смотрит какой-нибудь фильм или читает книгу, радуясь, что не нужно идти на «эту скучищу» — как он иногда называл ее корпоративы.
— А ты чего такая кислая? — Татьяна подлила ей вина. — Выше нос! Можно подумать, твой муж на войну ушел, а не просто на вечер дома остался.
— Все в порядке, — Надежда сделала глоток вина. — Просто устала немного.
— Ага, конечно, — Татьяна недоверчиво покачала головой. — Ты уж три месяца «немного устала». И всё на мероприятия одна приходишь. Поссорились, что ли?
— Да нет, — Надежда покрутила в руках бокал. — Просто у него то работа, то здоровье, то еще что-нибудь...
— А по-моему, он просто избегает наших посиделок, — прямо сказала Татьяна. — Может, его кто-то из наших обидел? Или ему скучно с нами?
Надежда пожала плечами:
— Не знаю. Дома все нормально, а как до выхода «в свет» доходит — сразу находится причина отказаться.
Дальнейший разговор прервали тосты и поздравления. Надежда пила, ела, смеялась шуткам, даже станцевала разок с Михалычем, но на душе было тяжело. В какой-то момент она даже подумала уйти пораньше, но это было бы невежливо по отношению к имениннику.
Домой она вернулась около одиннадцати. Сергей не спал, сидел с ноутбуком на диване.
— Как голова? — спросила Надежда, снимая туфли.
— А? — он поднял на нее рассеянный взгляд. — А, да, уже лучше. Как прошло?
— Хорошо, — она прошла в комнату и села в кресло напротив. — Михалыч всех спрашивал, где ты. И не только он.
Сергей промолчал, делая вид, что сосредоточен на чем-то в ноутбуке.
— Сережа, — Надежда набрала в грудь воздуха, решившись наконец задать мучивший ее вопрос. — Почему ты больше не ходишь со мной никуда?
— В каком смысле? — он попытался изобразить удивление. — Мы же на прошлой неделе в кино ходили.
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я, — она посмотрела ему прямо в глаза. — Ты больше не ходишь со мной туда, где много людей. Ни на корпоративы, ни на встречи с моими друзьями, ни на семейные праздники. Всегда находится какая-то причина. И сегодняшняя «головная боль» — просто очередной предлог.
Сергей закрыл ноутбук и отложил его в сторону.
— Надь, ну что ты придумываешь? Я просто устаю на работе. А эти ваши корпоративы — это же скукотища смертная. Одни и те же лица, одни и те же разговоры...
— Раньше тебя это не смущало, — заметила Надежда. — Ты с удовольствием ходил со мной везде. А теперь... — она запнулась. — Теперь такое чувство, что ты стыдишься появляться со мной на людях.
— Что за ерунда? — Сергей встал и прошелся по комнате. — С чего ты это взяла?
— С того, что уже полгода ты находишь причины, чтобы не сопровождать меня на любые мероприятия, где есть люди. Как будто дома я тебя устраиваю, а на публике — нет.
Сергей остановился у окна, не глядя на нее.
— Глупости какие, — проворчал он. — Просто не люблю шумные сборища.
— Ты и правда так считаешь, или это просто отговорка? — Надежда не отводила от него взгляда. — Сереж, мы двадцать лет вместе. Неужели я не заслужила хотя бы честного ответа?
В комнате повисла тишина. Было слышно, как тикают часы на стене и где-то вдалеке сигналит машина.
— Хорошо, — наконец произнес Сергей, все еще не поворачиваясь к ней. — Хочешь честно — будет честно. Дело не в тебе. Вернее, не совсем в тебе. Дело во мне и моей глупой гордости.
Он наконец повернулся и посмотрел на нее.
— Помнишь, как мы познакомились? Ты была такой яркой, красивой, все парни заглядывались. А я чувствовал себя самым счастливым человеком, когда ты выбрала меня. Я гордился, что рядом со мной такая женщина.
— И что изменилось? — тихо спросила Надежда.
— Я изменился, — он горько усмехнулся. — Посмотри на меня, Надя. Сорок пять лет, пузо, лысина, очки. А ты почти не изменилась за эти годы. Все такая же красивая, стройная, ухоженная. Рядом с тобой я чувствую себя... старым и неуклюжим.
Надежда смотрела на мужа, не веря своим ушам.
— Ты стыдишься не меня, а себя? — недоуменно спросила она. — Но почему? Ты же не изменился внешне за последние несколько месяцев. Почему именно сейчас?
Сергей вздохнул и опустился в кресло.
— Помнишь новогодний корпоратив в твоей конторе? Там был этот новый сотрудник, Егор.
— Ну да, — Надежда нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. — Молодой специалист из соседнего отдела. И что?
— Я случайно услышал, как он говорил своему приятелю про нас. «Видел Надежду Сергеевну с мужем? Она с ним как будто дочка с папой пришла, только в обратную сторону», — Сергей скривился. — А его приятель ответил: «Да, такая красотка могла бы найти кого-нибудь посолиднее».
Надежда вспыхнула от возмущения:
— И ты поверил этим глупостям? Сережа, это же просто завистливые разговоры молодых придурков!
— Может и так, — он пожал плечами. — Но с тех пор я не могу отделаться от этой мысли. Когда мы выходим куда-то вместе, мне кажется, что все смотрят на нас и думают: «Что она в нем нашла? Почему она до сих пор с ним?»
Надежда смотрела на мужа, не зная, плакать ей или смеяться. Все это время она думала, что он стыдится ее, а оказалось — он стыдится самого себя.
— Сережа, — она встала и подошла к нему, опустившись перед креслом на колени и взяв его руки в свои. — Ты в своем уме? Во-первых, я вовсе не такая красотка, какой себя вообразила. Я обычная женщина средних лет с морщинками, лишними килограммами и седыми волосами, которые я стараюсь закрашивать.
— Неправда, — возразил он. — Ты прекрасно выглядишь.
— А во-вторых, — продолжила она, пропустив его комментарий мимо ушей, — даже если бы я была Мисс Вселенная, какое это имеет значение? Я двадцать лет назад выбрала тебя не за внешность. И сейчас люблю тебя не за нее. Ты — мой муж, мой лучший друг, отец нашего сына. Ты — моя семья, моя опора. И мне плевать, что там думают какие-то сопляки в офисе.
Сергей смотрел на нее, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на надежду.
— Правда?
— Конечно, правда, глупый ты человек, — она легонько стукнула его по колену. — А я-то думала, что ты разлюбил меня, что тебе стыдно со мной показываться.
— Как я могу тебя разлюбить? — он притянул ее к себе. — Ты — лучшее, что случилось в моей жизни.
— Тогда прекрати этот идиотизм, — строго сказала Надежда. — И больше никогда не выдумывай болезни и срочные дела, чтобы не ходить со мной на мероприятия. Если не хочешь идти — скажи прямо. Но не ври мне.
— Обещаю, — Сергей улыбнулся впервые за вечер. — Прости меня за эти месяцы. Я вел себя как дурак.
— Дурак и есть, — согласилась Надежда, но в ее голосе звучала нежность. — Но ты мой дурак, и я тебя люблю.
Они сидели обнявшись, и Надежда чувствовала, как тяжесть, давившая на нее последние месяцы, постепенно отступает. Все это время она мучилась вопросом, что с ней не так, где она допустила ошибку, почему муж вдруг стал ее стыдиться. А оказалось, дело было совсем в другом — в его собственной неуверенности, которую она даже не замечала.
— Знаешь, — сказала она, глядя ему в глаза, — в следующую субботу годовщина свадьбы моей двоюродной сестры. Они приглашали нас обоих.
— И мы пойдем, — твердо сказал Сергей. — Вместе. И я буду гордиться тем, что рядом со мной такая женщина.
— А я буду гордиться своим мужем, — она легонько поцеловала его. — Потому что горжусь им всегда, а не только по праздникам.
Они еще долго сидели в тишине, обнявшись, и Надежда думала о том, как часто люди страдают из-за недосказанности, из-за страхов и сомнений, которые прячут глубоко внутри. Стоило ей набраться смелости и задать прямой вопрос — и выяснилось, что причина ее страданий была надуманной. Теперь, когда правда вышла наружу, они смогут преодолеть эту проблему вместе. Как и все остальные проблемы, которые встречались на их пути за эти двадцать лет.
А Сергей ловил себя на мысли, что впервые за долгие месяцы чувствует облегчение. Груз, который он носил в себе с того злополучного корпоратива, наконец стал легче. Может быть, он все-таки достоин такой женщины, как Надежда? Может быть, те молодые сотрудники просто завидовали? И может быть, пора перестать мучить себя и жену глупыми сомнениями?
Часы на стене уже показывали за полночь, но им обоим не хотелось расходиться. Казалось важным продлить этот момент откровенности, этот вечер, когда они наконец-то разобрались в том, что мешало их счастью последние месяцы. Впереди была целая жизнь — и теперь они встретят ее вместе, рука об руку, не стыдясь ни себя, ни друг друга.
Самые обсуждаемые рассказы: