Звонить Ире и устраивать разборки Настя не стала: такие темы по телефону не обсуждают. К тому же оставалась надежда, что Илья что-то не так понял тогда. А для этого нужно посмотреть Ире в глаза. Настя представить себе не могла, зачем подруге мешать её отношениям с Ильёй. Разве что Ира сама была в него влюблена? Да непохоже…
Полина не оставляла её в покое: всё просила, чтобы Настя Максиму помогла. Будто у него без этого врачей нет! Конечно, Насте было приятно, что сестра так верит в её профессионализм, но всё же та преувеличивала: Настя была самым обычным реабилитологом, ничего сверхъестественного.
Пришлось всё же встречаться с этим Максимом: он написал ей сообщение, ссылаясь на Полину, жалуясь на то, что физио и лечебная гимнастика совсем не помогают. Правильнее было бы встретиться на нейтральной территории, но смотреть руку в кафе было бы неудобно. И Настя поехала к нему в гости.
Когда дверь открыл парень явно моложе тридцати лет, Настя опешила. Она ожидала увидеть кого-то совсем другого: зная, что Максим – пианист, она представляла себе эдакого серьёзного мужчину с бородкой, пусть не во фраке, но приличного.
Парень был слишком молод и совсем не походил на пианиста: весь в татуировках, с выбритыми висками и хвостиком, в драных джинсах.
-Здравствуйте, – с сомнением произнесла Настя. – Мне бы Максима.
-Максим – это я. А вы – Настя? Проходите, я вас жду.
Квартира, впрочем, у Максима оказалась вполне такая, какой Настя её себе представляла: светлая, с пианино и кучей пластинок, со стеллажами, уставленными книгами и затейливыми статуэтками.
Поначалу Настя чувствовала неловкость: Максим поил её чаем, рассказывал о поездке в Индию и вообще смущал её своей молодостью и непосредственностью. Последствия аварии были налицо в прямом смысле слова: раны и царапины уже подживали, но весь он был как Егор, когда тот решил учиться кататься на скейте без защиты.
Когда они перешли к руке, Настя сразу забыла о неловкости: в ней включился профессионал.
-Вы сможете мне помочь? Я заплачу.
Деньги Насте не помешали бы. И она видела, что могла помочь.
-Ладно. Могу приезжать к вам домой.
-Отлично! У меня концерт через месяц, успеем восстановиться?
-Ну… Не уверена. Но попробуем.
Пальцы и правда не очень его слушались. Настя сомневалась, что за месяц они достигнут нужного результата, но попробовать стоило.
-Сколько ему лет? – первым делом спросила Настя после того, как Полина ей позвонила узнать, как всё прошло.
-Двадцать пять. И что?
-Ты спрашиваешь? Тебе самой-то сколько?
-Ну чего ты начинаешь! Я что, старая по твоему мнению? Мне, между прочим, всего тридцать два.
Это да – Полина была младше Насти на пять лет. Но всё равно: как сестра могла влюбиться в такого мальчишку?
-Он не спрашивал, когда можно меня навещать?
-Не спрашивал.
-А ты намекни ему. Скажи, что врачи говорят, что мне нужны позитивные эмоции и посетители.
-Полина!
-Что Полина? Я уже тридцать два года Полина. Ну, Настя, пожалуйста! Я так хочу его увидеть! Вдруг он обижается из-за аварии? Он говорит, что нет, но мало ли…
-А почему он должен обижаться?
Полина подозрительно долго молчала.
-Ну, я же была за рулём, – неуверенно проговорила она.
Настя решила не погружаться в подробности: меньше знаешь – крепче спишь.
-Так что? Поговоришь с ним?
-Поговорю.
Может, Полине и правда не помешают позитивные эмоции.
Ходить вокруг да около она не стала: написала Максиму, что неплохо бы навестить Полину, а то она совсем закисла, травма-то тяжёлая.
Максим ответил: «Вы хотите, чтобы я навестил Полину в больнице?»
Этот ответ порадовал Настю: значит, не всё так плохо. Может, у Полины и правда ничего нет с этим музыкантом.
«Хочу», – ответила она.
«Я навещу. Но при условии, что вы согласитесь со мной поужинать».
«Не поняла?».
«А что тут непонятного? Вы интересная, мне хотелось бы познакомиться с вами поближе. Но на нейтральной территории, мне кажется, это будет правильнее. Не будете так меня бояться».
Вот наглец!
«А я и не боюсь», – ответила Настя.
«Вот и прекрасно. Значит, я иду к Полине, а вечером ужин?».
«Мы же договорились, что я завтра к вам приеду?».
«Это будет приём врача. Завтра. А сегодня будет просто ужин с красивой женщиной».
Это было глупо, но Настя испытала некое злорадство: пусть Полина вышла замуж за Илью, зато этот музыкант зовёт Настю на свидание. И совсем не горит желанием встречаться с Полиной.
«Ладно. Только не забудьте принести ей цветы».
«Какие она любит?».
«Розы».
«Как банально. А вы?».
«А я не люблю цветы».
На ужин он принёс букет из шоколадок.
-Подумал, раз вы не любите цветы, то сладости точно должны любить.
-Это потому, что я толстая?
-Вы не толстая.
-Ой, да конечно!
Ужин прошёл легко, Настя всё время смеялась. Отдавала себе отчёт, что она это специально, чтобы отомстить Полине, но ничего не могла поделать. Максим проводил её на такси и скромно поцеловал ей руку.
-Жду вас завтра, – сказал он.
Если бы он позволил себе какую-нибудь вольность, Настя бы отменила завершению встречу – такие приключения ей не нужны. Но Максим вёл себя очень прилично. И был очень милым.
Девчонки уже легли спать: у Ильи было строго с режимом, не зря же он был тренером. Но сам он не спал.
-И где ты была? – спросил он, глядя на букет из шоколадок.
-На свидании, – ответила Настя, снова чувствуя что-то вроде мстительного удовольствия – пусть знает, что упустил.
Илья смотрел на неё как-то странно. А потом сказал:
-Это глупо, я понимаю. Но почему-то я тебя ревную.
Сказал и ушёл в свою комнату, не дав Насте опомниться. А она долго стояла, не двигаясь, и его слова эхом отдавались у неё в голове.