* НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 41.
Ранним утром, когда ещё не рассвело, Михаил с Рувором запрягали Липку (так звали лошадку) в небольшие сани, и собирались в путь.
Михаил приладил за ремень тесак и думал о том, что ему стоит уже подумать о более удобной экипировке, потому что он здесь уже как на поле боя – постоянно какая-нибудь нечисть выползает из тьмы.
- Кровавая луна была, - сказал негромко Рувор, - Прольётся кровь. Надеюсь, что это будет кровь уйкалин. На моём веку мне не доводилось с ними встречаться, до этого времени, но сейчас… Никоп сказал – их много! А значит будет схватка! Может про нас легенды сложат после этого дня!
Михаил смотрел на молодого товарища, он был моложе Никопа и Свегора, интересно, а сколько лет они живут. Рувор был молод, как Никита Прудников, тому восемнадцать, вот примерно они и выглядели ровесниками.
Кроваво-красную луну, висевшую ночью над лесом, он и сам видал, ночь почти не спал, мешали разные мысли, и… Варина близость, она совсем рядом с ним, вот за стеной... Страх наполнял душу, и Михаил почти всю ночь думал, как бы сделать так, чтобы Варю дома оставить… Но понимал – она не согласится.
На крыльце показалась Варя, она была одета в спортивные брюки, добротные ботинки и куртку, волосы убрала под шапку, лицо её было немного бледным. Она подошла к Михаилу и тронула его за руку:
- Миш, может как-то уговорим тётушку дома остаться? Ей неможется, сами же мы справимся!
- Не получится, - ответил за Михаила подошедший неслышно Никоп, - Без неё у нас ничего не получится, так что… Ладно, пора собираться, до Лешьего часа три ходу. Рувор с вами, ты, Зверобой, тоже. Мы со Свегором срежем путь и пойдём вперёд, разведаем путь. Там в низине есть небольшое болото, как бы нам там не попасть в западню уйкалин. Слыхал я, что такое бывало когда-то на этой земле.
Чуть забрезжил рассвет, когда по просеке, порядком занесённой снегом, шустро топала Липка, перебирая мохнатыми копытами и весело поглядывающая на идущего рядом с нею Михаила. За ним шла Варя, хоть ей и говорили сесть на сани рядом с Евлампией Ильиничной, но девушка отказывалась:
- Нет, Липке и так тяжело по такому снегу, я сама дойду за Мишей, по его следу.
Чем дальше они удалялись в лес, чем ближе подходили к Лешьему озеру, тем сильнее чувствовалось присутствие чего-то плохого. Зло словно витало в воздухе, не было слышно обычных звуков зимнего леса, и сам воздух стал каким-то тяжелым, вязким, даже двигаться в нём стало труднее.
От низины, о которой говорил Никоп, к ним шёл Свегор, махнул рукой, показал, что путь свободен. Но Михаил остановил Липку и велел Рувору стоять на месте, а сам пошёл навстречу Свегору. Про морок уйкалин Михаил знал не понаслышке, и теперь хотел убедиться сам, что всё в порядке.
В карманах куртки у Михаила была насыпана заговорённая соль, не помешает, решил он, собираясь в путь, вот теперь достал чуть в горсть, и кинул в Свегора. Тот остановился, пошевелил усами, с которых ссыпались кристаллики соли и усмехнулся:
- Это верно, ты молодец, Зверобой! Сейчас такое время, всё может статься. Идёмте, Никоп сторожит переход через низину, там стоит хороший лёд. Это добрый знак – если стоит лёд, значит уйкалин тут точно нет, но надо спешить. Чем больше уйкалин, тем дальше слышит королева, и скоро она будет знать, что мы идём.
- Может защиту поставить, я так делал дома, они меня не видели. Сработает в дороге, как думаешь?
- Думаю, только на время. Когда подойдём к озеру близко, всё равно нас почует эта свора.
В этот раз Михаил справился быстро с защитой, день был солнечный, и туман от проклятого озера сюда ещё не добрался, так что всё у него получилось, низину прошли без приключений и ускорили ход. Теперь все бежали по обе стороны от Липки, которая начала нервничать и всё норовила свернуть в лес. Значит, они уже близко…
Лешье показалось за туманным маревом, льда на нём почти не было, там и тут зияли промоины тёмной воды, на мутном и тонком льду Михаил видел следы, словно кто-то ползал здесь. Дышать стало ещё тяжелее, а душа… внутри вдруг всё опустело, словно всё хорошее, радостное, ушло из неё, в мыслях метались отрывки пережитой Михаилом войны… окопы, кровь и смерть, вот что виделось ему теперь в простёршемся над озером мареве, и сердце сжалось от страха… сомнения пришли в голову, не смогут они одолеть уйкалин, не сдюжат!
- Надо всё сделать быстро! – сказала Евлампия Ильинична, - Уводите лошадку. Она дальше не сможет идти, падёт, жалко. Варя, идём!
Михаил вдруг увидел перед собой горящие Варины глаза, она встряхнула его, потрясла за рукав, взяла его ладони в свои:
- Крепись, Зверобой! Нужна сила твоя, как никогда! Не время пускать в душу тоску!
Михаил очнулся, сжал зубы и махнул рукой Рувору, который увёл Липку за пригорок, а сам снял со спины арбалет, такой же, как у Никопа. На коротких стрелах были начертаны какие-то знаки, и сейчас, в тумане, они загорались синим.
После всё происходило быстро, и Михаил удивился, почему ему ничего не кажется невероятным, как будто такое он уже когда-то видел…
Озеро было не очень большим, его берега теперь были покрыты чёрным илом, зло обитало здесь, и прекрасно себя чувствовало. Евлампия и Варя встали шагах в двадцати друг от друга и подняли руки вверх, сквозь сизый туман, стелящийся над озером, протянулись солнечные лучи, Вещаницы взмахнули руками, и солнечная яркая нить полетела с двух сторон окружая озеро.
Михаил достал из-за пазухи камни, которые он сделал накануне, и увидел, как внутри них, там, где сияла белая сердцевина, теперь разливается мгла, словно чернила.
В это время раздался окрик Никопа. Он указывал на воду, в которой показались головы тварей, сначала три, потом больше и больше. Засвистели короткие стрелы, выпущенные из арбалетов, не выпуская уйкалин на берег, но их становилось всё больше, так много, что Михаил ужаснулся…
И тут уйкалины, сколько их было, многие десятки, а может и сотни, так виделось Михаилу, разом закричали. Как подкошенный упал Михаил на колени, чуть не выронив камни, душа зашлась, ему показалось, что сейчас он умрёт… Он пытался найти взглядом Варю, надо встать, надо защитить её! Увести отсюда, она же может погибнуть!
Это придало ему силы, он кое-как поднялся, ноги отказывали ему, одновременно заболели все раны, которые он принёс на себе с войны, и они вроде уже зажили… оглядев себя, Михаил увидел, что раны эти снова открылись, кровь хлещет, заливая его одежду и белый снег под ногами. Он понимал, что это морок, но… стало мутить от воспоминаний и страха.
Уйкалины выли всё громче, Рувор упал на колени и закрыл руками уши, из носа у него текла кровь, и Михаил подумал… на погибель он привёл сюда их всех… зря они понадеялись на его силу, никакой он не Зверобой…
Но даже если и так… Варя! Пусть он сам умрёт, но только не она! И тут он услышал перекрывающий вой уйкалин голос Евлампии Ильиничны:
- Всё живое останется за Кругом, всё, что в нём – сгинет! Нан! Сей! Вак! Отдаю свою жизнь и замыкаю Круг!
Уйкалины ринулись из озера, вода в Лешьем словно вскипела от их злобы и неистовства, но Круг Нансейвак старая Вещаница уже держала! Уйкалины ударялись о невидимую преграду, резавшую их, как невидимая бритва… их кровь, похожая на грязь, покрыла берег…
- Зверобой! – крикнула Варя, и голос её перекрыл все остальные звуки, даже те, что были в голове Михаила, - Заверши всё! Мы держим Круг!
Зверобой ступил внутрь Круга, зная, что тот не навредит ему, и кинул один за другим все три камня в кипевшую воду озера, в этот же миг он увидел, как в самом центре, там, где твари собрались в кучу, поднялась их королева.
Она подняла руку, похожую на клешню, и направила её на Михаила. Тот понял, что не может двинуться с места, тело больше его не слушалось, а ноги сами вели его в воду. Он сейчас упадёт туда, его разорвут на мелкие клочки…
Но как только упали в воду все три камня, Михаил рухнул на берег, крик королевы уйкалин скосил его с ног, и перед тем, как сознание совсем покинуло его, он увидел Свегора, тот тащил его наружу, за Круг, при этом сам исходил кровью, лившейся изо рта, носа, и даже из глаз. Михаил уже не видел того, что происходило дальше в озере, свет вокруг него померк.
Разлилось по воде красное зарево, потом оно сменилось синим и зелёным, смолк вой уйкалин, его уносило в воронку, которая завертелась в воде. Словно омут открылся в воде, причём сама вода не уходила, она отторгала сейчас то, что было ей чуждо. Скоро всё было кончено, очистилась вода, смыла с берегов чёрную грязь, после этого опал на землю серебряной пылью Нансейвак…
- Варюшка, прими силу Рода Вещаницы, - сказала Евлампия, засветился её силуэт, и Никоп с Рувором опустились на одно колено, провожая её.
Рассеялся и мрак, и туман, светлый силуэт Вещаницы растаял в воздухе, Варя стояла на берегу озера и смотрела туда, где только что видела всех своих родных, и мамино лицо, и бабушку…
- Вот потому у Вещаницы никогда нет склепа, - негромко сказал Никоп, поднявшись и подойдя к Варе, - Мир и есть её приют, её обитель, в том сила Рода Вещаницы до конца времён.
Очнулся Михаил от того, что его голова лежит на чём-то тёплом, а лицо его обтирают душистым травяным отваром. Открыв глаза, он увидел над собой Варино лицо. Её глаза теперь были другими…
Спокойные и чистые воды озера Лешьего оставались позади. Липка шустро шагала вперёд, теперь её ничего не пугало, она везла сани обратно в Пилькино, вот только не веселы были те, кто шёл рядом с санями. Двоих недосчитался маленький храбрый отряд, Михаил смотрел на Свегора, лежащего в санях, он ценой своей жизни спас его, Зверобой обязан жизнью этому человеку из неведомого мира…
Варя же шла и думала, как недолго ей посчастливилось пожить у тётушки, которая окружила её заботой и любовью… и теперь только Варя ощутила ношу, что несла тётушка… Теперь это Варина забота – хранить эти края от всякого зла, по мере своих сил, сил дочери Рода Вещаниц.
Михаил взял девушку за руку, хотелось поддержать и утешить Варю, сказать, что она не одна.
- Вот мы и победили этих уйкалин, - сказала Варя, - Страшно было…
- Да, победили. Высокой ценой. И теперь нам предстоит отыскать ту, что открыла уйкалинам путь сюда, в наш мир, - сказал Михаил.
-Ты прав, Зверобой, - хмуро кивнул Никоп, - Если открыла путь в этот раз, откроет и в другой.
Все замолчали, осознавая, что битва выиграна, но ещё не окончена война.
Продолжение здесь.
Дорогие Друзья, рассказ публикуется по будним дням, в субботу и воскресенье главы не выходят.
Все текстовые материалы канала "Сказы старого мельника" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025