Глава 1. Бархатный Голос Рассвета
Donald Fagen - The Nightfly, 1982
Магазин «RetroSound» прятался в узком переулке старого города, затерянный между антикварной лавкой и крошечной кофейней с вывеской «Место встречи».
Его витрину украшали пластинки - одни стояли вертикально, другие лежали под углом, ловя блики уличных фонарей.
Над дверью висел неоновый знак с силуэтом патефона, мерцающий в сумерках.
Лена открыла магазин, как всегда, в семь утра. Она верила, что утро лучшее время для музыки.
Воздух внутри был пропитан ароматом старых обложек, воска для дерева и едва уловимой пылью, которая оседала на виниле десятилетиями.
Она провела пальцами по корешкам пластинок, будто перелистывая страницы чьей-то жизни.
Дверной колокольчик звякнул.
- Доброе утро, - сказал мужчина лет сорока. Его пальто было слегка влажным от утреннего тумана, а в глазах что-то неуловимо знакомое.
- И вам доброе, - улыбнулась Лена. - Ищете что-то особенное?
- Давно ищу одну пластинку… - Он медленно прошел вдоль стеллажей, словно боясь потревожить воспоминания. - «The Nightfly» Дональда Фейгена.
Лена замерла.
- У меня есть оригинал 1982 года, - она достала пластинку с верхней полки.
Черный винил был в идеальном состоянии, только легкие царапины выдавали его возраст.
Мужчина бережно взял ее в руки.
- Я слушал ее впервые, когда мне было восемнадцать. Отец привез из командировки в Штатах. Мы с ним… - он замолчал, затем продолжил тише, - мы слушали ее в гараже, пока он чинил машину.
Лена кивнула и направилась к проигрывателю.
- Давайте послушаем.
Игла коснулась винила, и из колонок полился мягкий, бархатный голос Фейгена:
«I'm Lester the Nightfly… Hello Baton Rouge…»
Мужчина закрыл глаза.
1982 год. Гараж на окраине города.
Пятнадцатилетний Артем сидел на старом диване, заваленном тряпками и инструментами.
Отец, Николай, копался под капотом «Жигули», изредка что-то бормоча себе под нос.
Из динамиков лилась «I.G.Y.» - песня о будущем, о котором они оба мечтали.
- Пап, а ты веришь, что когда-нибудь люди будут жить под водой? - спросил Артем.
- Верю, - ухмыльнулся отец, вытирая руки. - Но мне и здесь неплохо.
Они смеялись. В тот вечер казалось, что время остановилось.
Но через месяц Николая не стало.
Инфаркт.
В магазине пластинка дошла до последней дорожки.
- Спасибо, - прошептал мужчина. - Я не слышал ее… двадцать лет.
Лена молча протянула ему пластинку.
- Берите. Она ваша.
Он заплатил, но уходя, обернулся:
- Почему?
- Потому что музыка должна возвращаться туда, где ее любят.
Дверь закрылась, но мелодия еще долго звучала в воздухе.
Глава 2. Безумный Танец Девяностых
Nirvana - Smells Like Teen Spirit, 1991
На следующий день в магазин ворвалась девушка в косухе и рваных джинсах.
- Привет! У тебя есть «Nevermind» Nirvana?
Лена улыбнулась.
- Оригинал 1991-го.
- О, Боже! - девушка чуть не подпрыгнула. - Меня зовут Катя. Мне надо ее послушать!
Лена поставила пластинку.
«Load up on guns, bring your friends…»
И магазин исчез.
1993 год. Подпольный клуб.
Катя, тогда еще Екатерина, дочь профессора, впервые сбежала из дома.
Душный зал, липкий от пота пол, крики.
На сцене - местная группа, играющая кавер на «Smells Like Teen Spirit».
- Ты чего торчишь как столб? - крикнул парень с синими волосами. - Танцуй!
И она отпустила себя.
В ту ночь она поняла, что не хочет быть «хорошей девочкой».
- Спасибо, - Катя вытерла слезу. - Я забыла, каково это - чувствовать себя свободной.
Лена убрала пластинку.
- Музыка всегда напомнит.
Так продолжалось каждый день.
Новые люди, новые истории.
И за каждой пластинкой — целый мир.
Глава 3. Роман на Бис
Plastic Bertrand - Ça plane pour moi, 1977
Дождь стучал по витрине «RetroSound», превращая улицу в акварельное размытие. Лена протирала пыль с обложек, когда дверь распахнулась с таким напором, что колокольчик звякнул как треснувшая тарелка.
- S’il vous plaît, avez-vous du punk français? - просипел мужчина в мокром кожаном пиджаке. Его волосы, выкрашенные в выцветший розовый, липли ко лбу, а в руке дымилась сигарета «Gitanes».
Лена не моргнув глазом ответила по-французски, - Bien sûr. Plastic Bertrand или вам что-то… сырее?
Мужчина рассмеялся, и вдруг заговорил на русском языке.
- О, черт, меня раскусили. Давай Бертрана, «Ça plane pour moi». Для старого друга.
Она достала пластинку - оригинал 1977 года с потертым уголком.
На обложке безумный бельгиец застыл в прыжке, будто навсегда застрял между панк-бунтом и иронией.
Игла опустилась, и магазин взорвался энергией парижского подполья.
1979 год. Париж, подвал «Le Klub».
Сергей, тогда еще Серж, бежал из СССР под видом туриста. В кармане фальшивый паспорт, в голове мечта играть панк. Вонючий подвал, залитый пивом пол, толпа, орущая:
- Ça plane pour moi, moi, moi!
На сцене - местная группа, но Серж рвался вперёд. С криком «Laissez-moi chanter!» он выхватил микрофон и завопил кавер так яростно, что даже пьяные панки затихли. После концерта к нему подошла девушка с губами, выкрашенными в черное:
- Ты - сумасшедший русский. Мне это нравится.
Ее звали Элен. Она рисовала комиксы про анархистов и научила его пить кальвадос. Они жили в крошечной мансарде, где по утрам в окно билось солнце, а по ночам слышался вой полицейских сирен.
Но через год Элен исчезла.
Оставила записку: «Je suis désolée. La révolution m’attend ailleurs» («Прости. Революция ждет меня в другом месте»).
В магазине трек закончился. Сергей вытер ладонью глаза:
- Черт, я что плачу?
Лена протянула ему салфетку:
- Она бы гордилась вами.
- Откуда ты…?
- В этой песне слишком много боли для просто веселой панк-композиции, - Лена перевернула пластинку. - Берите. Должно быть, она искала вас тоже.
Он ушел, сунув винил под пиджак, будто пряча часть себя, которую боялся растерять.
Глава 4. Последний Гимн Диско
ABBA - The Day Before You Came, 1982
Тихий вечер. Лена разбирала новую поставку, когда в дверь постучали. На пороге стояла пожилая женщина в бежевом пальто.
- Простите, я видела свет… Вы не могли бы помочь? Мне нужна одна песня.
Ее голос дрожал. Лена узнала её - Виктория Петровна, бывшая балерина, о которой писали в газетах 80-х.
- Конечно. Что ищите?
- ABBA. Тот самый сингл… «The Day Before You Came».
Пластинка заиграла.
Меланхоличный голос Агнеты поплыл над притихшим магазином.
1982 год. Ленинград, гостиница «Прибалтийская».
Виктория танцевала в фойе для иностранных туристов. Это был «неофициальный» концерт, чиновники закрывали глаза за пачку долларов.
После выступления к ней подошел мужчина в сером костюме:
- Вы прекрасны. Как музыка ABBA.
Он был шведом, дипломатом.
Они встречались тайно: он приносил ей запрещенные пластинки, она учила его русскому.
В день отъезда он подарил ей сингл:
- Это про нас. Про день перед тем, как мы встретились.
Через месяц Викторию вызвали в КГБ. Шведа объявили персоной нон-грата. Сингл она спрятала под половицей, но через годы его не нашла.
- Я так и не узнала, что с ним стало, - прошептала Виктория Петровна.
Лена осторожно взяла ее руку:
- Он оставил вам музыку. И память.
Женщина улыбнулась впервые за вечер:
- Спасибо. Теперь я могу танцевать снова.
Эпилог.
Pink Floyd - The Dark Side of the Moon, 1973
Ночь.
Лена закрывала магазин, когда заметила на полке свою собственную пластинку - подарок отца, «Dark Side of the Moon».
Она провела пальцем по трещине на обложке.
- Завтра, - пообещала себе.
Завтра будет новая глава.
Новая история.
Также ознакомиться с другими работами автора.
Оставайтесь любознательными, верьте в свои силы и не бойтесь пробовать новое! До встречи в следующих письмах! 💫