Элен Голайт

Я избегаю тебя и сбегаю… Они расстались.  Однажды утром она просто ушла.  Ругались ли они? Да! Мирились? Да! Молчали каждый о своем?  И тут вы угадали, да! Они расстались.  Он ловил её взглядом в толпе - мелькнувший шарф того же оттенка, смех, похожий на её, но не тот, никогда не тот. По утрам его рука всё ещё тянулась к пустому месту в постели, пальцы впивались в холодные простыни, будто пытаясь удержать то, что уже нельзя вернуть. В его квартире остались её заколки - маленькие, нелепые, брошенные в ящике комода, как артефакты забытой цивилизации...

Мы зажигаем огонь в этой слепой темноте, И с нами идут только те кто уверен что выше всего любовь. И это у нас в голове и в линиях на руке Мы в этом живем и в это мы верим и это зовем судьбой. Мачете «Мистика» Её жизнь могла бы стать сценарием голливудского фильма: простая девушка из скромной семьи, которая покорила сердце наследного принца и стала королевой целой страны.  Летиция Ортис Рокасолано - первая в истории Испании монаршая особа, которая до замужества была обычной гражданкой, да ещё и «разведённой журналисткой»...

- Вот я и вернулась, ну, здравствуй, дом, -  прошептала она и потянулась к скрипучей калитке.   Дом стоял на самой опушке, где лес, словно уставший от собственной густоты, расступался, давая место маленькому покосившемуся домику и палисаднику с одичавшей малиной.  С одной стороны - вековые сосны, тянущие к небу мохнатые лапы, с другой - поле, давно заброшенное, поросшее бурьяном и сиреневыми султанчиками иван-чая, а поодаль стояли дома, часть из них пустовала, многие уехали из деревушки в большой город...

Она сидела у окна, затягиваясь тонкой сигаретой, и смотрела, как дождь рисует узоры на стекле. Ветер шевелил шторы, наполняя комнату запахом мокрого асфальта и осени. На столе стоял бокал - почти пустой, лишь на дне оставалось несколько капель вина, золотистых, как последний луч заката.   Она не была пьяницей. Нет, она просто любила этот момент - когда холодное вино касается губ, когда первый глоток согревает изнутри, а второй делает мир чуть мягче, чуть терпимее. Это был её ритуал, её маленькое сопротивление...

А счастье, дорогая моя, – вздохнула женщина, – Люди и не знают, где оно. Вроде рядом, а они не замечают его. Славка и его мама ехали в трамвае. Мальчик уткнулся носом в холодное окно. За окном медленно падал снег, пушистый и влажный, прилипая к стеклу и тут же тая. Новогодние гирлянды, еще вчера мигающие разноцветными огнями, теперь были погашены - праздник закончился, оставив после себя только потрёпанные декорации и хрустящий под ногами снег.    - А моя мама едет фотографировать свои кости, - вдруг заявил Славка...

- Всё правильно - подумала она, - Нельзя бесконечно плакать над разбитой чашкой. Надо просто взять новую - и налить в неё чай. За окном хлестал дождь, превращая серые улицы в блестящие зеркала. Небо было настолько пасмурным, что казалось наступила ночь. Ветер гнул ветви старой липы под окном, а капли, словно слепые барабанщики, отбивали дробь по подоконнику.  Алина сидела, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела, как по мокрому асфальту бегут мутные ручьи. Мысли проносились в её голове, как будто устроили забег наперегонки...

Её не покидало странное чувство - она совершенно точно знала, что раньше они не виделись, но в то же время не могла отделаться от странной мысли, что они с Артёмом были знакомы раньше. Лера в свои тридцать два года жила по общепринятым меркам спокойной и беззаботной жизнью. Окончила  престижный университет с красным дипломом, построила карьеру в архитектурном бюро, пройдя, за короткое время, путь от стажёра до главного проектировщика. Купила двуспальную квартиру в центре, маленький, но очень презентабельный...

-  Ну, Серега, за тебя! - парни весело загремели, чокаясь, кто бокалом, кто рюмкой, кто бутылкой пива. Теперь ты начальник, солидный человек! Может, теперь на «вы» обращаться? - Да брось, Витька! - Сергей рассмеялся, отхлебывая апельсиновый фреш.-  Должность - дело наживное, а дружба - навсегда. Вечер в кафе выдался тёплым и душевным. Друзья собрались, чтобы отметить повышение Сергея, теперь он возглавлял отдел в крупной IT-компании. Шутили, вспоминали студенческие годы, строили планы на будущее...

«Самая большая роскошь на свете - это роскошь человеческого общения.» Антуан де Сент-Экзюпери Первый брак Нины был катастрофой. Её избранник оказался «маменькиным цветочком», требующим постоянного полива и ухода. Нина, ослепленная любовью, не увидела этой инфантильности вовремя. Игорь искал не жену, а няньку для своего внутреннего ребенка. Его мать же с первого дня заявила Нине о хрупкости сына и его особых диетах.   Наверное, это и есть Любовь, - вздыхала Нина, мучаясь пять лет, прежде чем поняла, с нее достаточно...

- Вместе? - спросила она Он улыбнулся. - Всегда! Дорога без карт. Начало. Часть 1. Дорога без карт. Продолжение. Часть 2. Глава 10. Забытый сад За городом, где дороги терялись в золотистом мареве полей, за полем чертополоха, чьи колючие головки качались под напев ветра, они нашли калитку, увитую розами. Не просто розами, а живыми, алыми, как закат, и белыми, как первый снег. Их лепестки шевелились, будто дышали, а аромат, густой и сладкий, окутывал путников, словно приглашая войти.   За калиткой открылся сад, которого не должно было быть...

Судьба иногда стучится в дверь под видом незнакомца. Глава первая. Вечерний Париж был особенно прекрасен в этот час. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки розового и золотого, а Эйфелева башня, уже подсвеченная первыми огнями, казалась волшебным силуэтом на фоне заката.   Анна сидела за небольшим уличным столиком кафе «Le Petit Rêve», попивая лавандовый чай с медом. Парижский воздух был наполнен ароматами свежеиспеченного багета, кофе и легкими нотками сигаретного дыма...

Тёплый ветер донёс запах жасмина, и ей вдруг ясно представился мужской голос, говорящий: "Я тебя нашёл". Дорога без карт. Начало. Часть 1. Глава 6. Горы, шторм и незнакомец в шляпе Дорога вилась вверх, петляя между склонов, поросших соснами, чьи иглы блестели от недавнего дождя. Голубые горы - так их называли местные - подпирали небо, и казалось, будто их вершины, окутанные дымкой, сливались с бледной лазурью заката. Воздух здесь был настолько чист, что Вета, вдыхая его полной грудью, чувствовала легкое головокружение - будто пила ледяную воду из горного ручья...