С конца 1960-х по 1980-е года Ямал был закрытой территорией – попасть сюда можно было только по вызову. В паспорта ставили штамп «Зона пропусков». Даже билет на Крайний Север никто не мог продать без пропуска. Однако находились те, кто действовал на свой страх и риск.
«Другу билет продают, а мне – нет»
Александр Павлов решил поехать на Север в 1989 году после уговоров друга – Сергей недавно женился, и родители подарили молодожёнам квартиру в Ноябрьске. Александр тогда работал в Перми на главпочтамте, но зарплата там была слишком маленькой. Молодой, энергичный, он решил попытать счастья на Ямале. Быстро уволился и поехал на заработки. Вот только про зону пропусков никто не подумал.
Без штампа «Зона пропусков» в паспорте добраться было невозможно. Проверяли и при покупке билетов, и если прибывали своим ходом. Перед въездом в Ноябрьск спрашивали документы – смотрели, есть ли там местная прописка или пропуск на какую-то деятельность. Сергей с супругой уже прописались в новой квартире, а у Александра не было ни того, ни другого.
«Ну, доехали до Тюмени. В Тюмени на вокзале другу билет продают, а мне нет: «Паспорт давайтe!» Тогда ж без паспортов билеты на поезд продавали: идёшь в кассу, говоришь, куда тебе надо – и всё. А тут паспорт спрашивают – дико так было. В общем, билет не купили на железнодорожном вокзале в Тюмени», - вспоминал он в интервью 2019 года.
Придумали план
Решили попробовать другой вариант – полететь на самолёте. Но и в аэропорту Павлову отказали в продаже билета. Другу с женой продали спокойно. Стали думать, как обойти систему, чтобы не оставить Александра за бортом.
«Там пропуск и паспорт проверяют только при первой таможне, дальше всех загоняют в накопитель, где уже ни пропуска, ни паспорта не проверяют. Из накопителя довозят до самолёта, и там только проверяют билет – твой рейс или не твой, паспорта не смотрят. И мы договорились так: я буду ждать, пока их из накопителя станут выгонять, потом Сергей якобы вспомнит, что он какой-то пакет или сумку забыл передать матери, свой паспорт положит в пакет, завернёт в полотенце, создаст шумиху, чтобы его запомнили, вернётся и быстро мне передаст пакет.
Таким образом, дождались, когда всех из накопителя будут в самолет загонять: я стою, жду возле двери, где сейчас металлоискатели, где проверяют все документы, и тут он бежит: «Ой, забыл, забыл! Вот, передай матери! Обнимаю, целую! Там пакет, срочно передай!» Все ему уже кричат: «Молодой человек, давайте бегом!» Он передал мне пакет с паспортом, в тряпку завёрнутым, и побежал к самолёту».
Билет по чужому паспорту
Покупать билет на тот же рейс Александр опасался – могли легко раскусить. Поэтому с паспортом товарища поехал на железнодорожный вокзал. Там уже спокойно приобрёл билет на поезд и добрался до пункта назначения.
В Ноябрьске мужчина стал сразу искать, куда можно трудоустроиться. Работа нашлась, там же дали вызов, но пришлось вернуться в Пермь для официального оформления пропуска.
«Я уехал, в Перми мне выписали пропуск, как положено, с указанием того, что работодатель приглашает меня на работу в Ноябрьск, и я официально могу приобрести билет в данном направлении. Я этот свой первый пропуск делал чуть ли не две недели: с разрешением от работодателя идёшь в милицию, пишешь заявление, две или три недели его рассматривают, и потом выдают пропуск».
Позже пермяк спокойно приобрёл билет и вместе с одноклассником поехал в Пурпе. Однако он был не единственным, кто пытался нелегально попасть на Север.
«Схватили ребёнка – и бежать»
В ноябре 1985 года из Украины по комсомольской путёвке в Новый Уренгой прибыл Олег Тричев. На родине осталась его супруга с новорождённым ребёнком, за которыми мужчина вернулся через полгода, когда уже нашёл работу. Там ему сказали: «Ты привози семью, мы тебе дадим какую-нибудь комнатку». Он прилетел к жене с 6-месячным сыном и сказал собираться. При этом пропуск был только у главы семьи.
«Полетели на свой страх и риск. Когда мы приземлились в аэропорту Нового Уренгоя, в самолет зашли проверяющие: милиционер и с ним какая-то женщина. Стали проверять пропуска. А у меня–то пропуска нет. Мне сказали, что я должна возвращаться обратно. А я с полугодовалым ребёнком сижу: «Как обратно?»
Но милиционер непреклонен, говорит Олегу: «Берите жене билет и отправляйте назад, домой». Уже на улице, когда милиционер отошёл, проверяющая сжалилась над нами, отвернулась в сторону и говорит: «Я вас не вижу». Мы поняли, что это был сигнал к действию – схватили ребёнка, документы, и бежать…»
О том, как семья после этого обустраивалась на Севере, мы рассказали здесь:
Друзья, если вам понравилась статья, ставьте «лайк» и подписывайтесь на канал «Ямал-Медиа». Здесь мы ежедневно публикуем интересные статьи и видео о жизни на Крайнем Севере и не только, а также увлекательные факты и истории, происходящие на планете Земля.
Источник: Муниципальное бюджетное учреждение «Губкинский музей освоения Севера»/О чужом паспорте, неофициальном поезде, строительстве дороги и о зажжении факела на Западно-Таркосалинском газовом промысле (из воспоминаний Павлова Александра Георгиевича)/«О жизни в бочке, собаках-проводниках, коровах на улицах города и самом вкусном пиве (из воспоминаний Тричевых Олега Степановича и Марины Валентиновны)»