Обещай родить меня, мама...
Романов прибыл домой в шесть вечера с круглой коробкой, перевязанной ленточкой. Марья только что явилась с прогулки и счищала с валенок снег метёлкой, когда заметила поднимавшегося по тропинке мужа с интригующей поклажей в руках.
Она подождала его и вопросительно посмотрела на коробку.
– Это тебе, жено!
– Что там?
– Ну не жаба точно.
Он протянул подарок Марье. Коробка оказалась лёгкой.
– Дай угадаю. Платье к Новому году?
– И бриллиантовый гарнитур к нему. Весь комплект: серьги, кольцо, ожерелье, диадема, браслет и брошка. И красивое бельишко.
– Благодарочка.
Марья заторопилась в дом. Вихрем промчалась в спальню, открыла коробку и вынула из неё что-то огнисто переливающееся. Платье из тончайшей ткани при движении меняло цвет, прямо как её глаза. Или как шейное оперение голубей и селезней.
Оно было то золотистым, то изумрудным, то аквамариновым, то отливало серебром, то напоминало рябь на водной глади. Ткань казалась текучей, словно вода, и была нежной на ощупь, будто лепестки ирисов. Это было чудо ткацкой промышленности и швейного искусства. Отдельный пакет содержал полупрозрачное шёлковое бельё.
Марья из-за волнения и шуршания обёрточной бумагой не заметила, как муж вошёл и встал за портьеру. Она сбросила шубу, свитер, юбку, а затем, оглянувшись на дверь, полностью обнажилась. Вошла в обновы, как в лесное озеро – с блаженной улыбкой на устах. Глянула на себя в зеркало и зажмурилась. До талии наряд обливал её, как дополнительная кожа, а до щиколоток расходился лёгкими волнами, которые при ходьбе создавали эффект сияния.
Она высоко подняла волосы и закрепила их диадемой. Увешала себя драгоценностями. Покрутилась перед зеркалом. Царица! Вечно юная, пленительная, с тонким станом, с округлыми формами, без единого физического упущения.
Святослав Владимирович вышел из-за кулисы и не удержался от комментария:
– В чешуе, как жар, горишь! Скоро привезут туфли, выберешь. Их мерить надо, чтобы твоим ножкам было комфортно бегать и танцевать до утра.
– Свят, ты супер-пупер заботливый! Но не слишком ли это роскошно? Не выгляжу ли я на триллион?
– А даже если и так? Ты государыня! Будешь сопровождать меня в этом платье на рождественском приёме в Кремле. Прибудут губернаторы и высшие чины государства со всех концов планеты с жёнами и взрослыми детьми. Люди хотят видеть царицу! Хватит тебе отсиживаться в сторонке и бродить по лесам в компании с псами. Дамы должны оценить твой наряд, чтобы потом его копировать.
– Постараюсь отрекламировать его как можно лучше. Святик, эта ткань сможет потом уйти в народ?
– К тому и веду. Умники-технологи моей экспериментальной текстильной фабрики разработали её совсем недавно. Это инновация с заданными характеристиками. Хочу поставить новинку на поток. Материал продавать не буду. Отрезы из него или готовые платья пойдут на поощрение тружениц во всех областях, ну и многодетных мам и успешных в учёбе девочек. Лоботряски и ленивицы эту красоту не получат. Хочу, чтобы все достойные российские женщины выглядели на триллион!
– Святик, а я не лоботряска? – застенчиво спросила царица.
Монарх засмеялся.
– Ты работаешь моей женой и весьма продуктивно! Я доволен. Попутно сценарии пишешь, в киношках снимаешься и праздники организуешь. Если б ещё и нервы мне не трепала… Ну да это издержки любого счастливого брака. Или несчастливого? Я запутался.
Но Марья тему развивать не захотела. А он уже стоял рядом и обнимал её. Она запротестовала:
– Помнёшь ведь!
– Оно не мнётся.
– Из нефти, что ли?
– Нет, конечно! Это смесовая нитка из штапеля и натурального шёлкового креп-шифона с добавлением кое-каких секретных волокон. Ну ладно, тебе скажу, а ты помалкивай: это кристаллы мельчайшего напыления, создающие эффект сияния. Так что с тебя в качестве трудовой повинности – два сценария: семейного новогоднего междусобойчика и масштабного мероприятия в честь Рождества Христова на госуровне. Времени в обрез, так что – вперёд! А чтобы тебе работалось веселее, я заряжу тебя своей царской энергией. Давай, помогу стащить с тебя эту чешую.
– Но я ещё не насмотрелась.
– Успеешь! Мне невтерпёж! А бельё, пожалуйста, повседневно носи. Я десять комплектов прикупил. Дочкам не раздаривай, у них мужья есть, пусть обеспечивают.
Марья покорно покивала. Продефилировала по комнате ещё раз, а когда Романов двинулся за ней, она взлетела и забилась в угол. Но он выковырял её оттуда и спустил на кровать.
– Разве я не достоин награды? – упрекнул муж жену. – Чего это ты улепётываешь? Охотника решила во мне разбудить? Брось, детка! Послушание мне нравится больше. Хочу, чтобы ты была безотказной и безропотной. Кроткой агницей. Овечкой, то бишь! Подчинись мне полностью, и я сделаю твою жизнь фееричной.
– А если не подчинюсь?
Он улыбнулся.
– У меня и так нервы в клочья. Пощади мужа.
Он аккуратно снял с неё платье и украшения, убрал их в коробку. Марья сникла. Он выразил удивление:
– Тю-ю-ю! Что с тобой, жено? Мужа кислой физиономией благодаришь? Иди ко мне, радость моя. Я в тебя в этом платье по-новой влюбился.
– А потом обвинишь меня, что я тебя истощаю.
– Ну прости, фигню спорол! Сам к тебе пристаю. Потому что люблю без памяти. Давай не будем тратить моё драгоценное время. Утешь мужа.
Они утешались, болтали и смеялись до обеда.
– А правда хорошо быть царём, Свят? – спросила она вдруг.
– Напоминаешь, что ты меня на трон возвела? Это лишнее, Марья. Я всё помню! Такую ответственность на меня взвалила, что до сих пор волосы дыбом! Спасибо, что в трудные времена была со мной и помогала. Как, впрочем, и Андрей. Вы – мой фундамент.
– Святик, отгадай загадку.
– Ну давай.
– Что общего между фундаментом и овцой?
– М-м-м. Чую подвох.
– Вот именно. Ничего общего. Поэтому не превращай меня в овцу! Пусть я буду такой, какая есть. А?
Он тяжело вздохнул. Долго молчал. Марья подумала, что он заснул, и попыталась выползти из-под одеяла.
– Лежать! – гаркнул он так, что она вскрикнула. – Предлагаешь не воспитывать тебя? Сам Бог возложил на мужчин обязанность заботиться о жёнах, при этом требовать от них послушания. А я с тобой ношусь, как ни один мужик со своей бабой не носится. И ты ещё просишь поблажек. Чего тебе не хватает? Ты находишься на вершине земной счастливой жизни! Всё кладу к твоим ногам, и себя тоже. В ответ жду простой беспрекословности. Вот зачем ты затеяла этот пустой спор?
Марья села, чтобы скрыть набежавшие слёзы.
– Опять ревёшь?
– Не дождёшься! – ответила она дрожащим голосом.
– Дождался! Испортила такое красивое действо. Давай уже, проси развода! У тебя ведь это самый ходовой контраргумент.
Марья снова легла. Через десять минут погладила его по плечу. Он сразу же повернулся к ней.
– Свят, я дура.
– Наконец-то осознала. Иди ко мне под мышку, пока я добрый.
Она с облегчением засмеялась и лианой оплела его собой. Он растаял:
– Рёбрышко ты моё бестолковое! Не могу без тебя. А с тобой трудно. Но я счастлив вопреки логике.
– Спаси тебя Господь, соколик ясный.
– И тебя, голубка строптивая.
– Не ври. Ещё какая покорная.
– Ладно! Оставайся такой, какой тебя создал Бог. А я мученически буду переносить твои прибабахи. Надеюсь, мне там зачтётся.
– Ты такой хороший, Романов.
– Потому что имел глупость влюбиться в тебя, истязательницу. Мне подчиняется весь мир, одна ты перечишь!
– Это иллюзия. Я всегда под тобой.
– Кстати, мысль! Давай-ка сверху! Настаиваю. Пора разнообразить позы.
Марья покраснела.
– Ну не белым же днём! Для этого есть тёмные ночи.
– Что ж, подождём темноты. Но уже не отвертишься!
В это время Марья получила телепатему от Андрея: на территории бывшей сопредельной страны произошло нападение мутантов на жителей деревни Еленаконстантиновка. Нужно её присутствие. Спецназ и бластеры прибудут через десять минут. Сбор у ворот «Берёз».
Марья пулей побежала одеваться, одновременно докладывая царю:
– Мутанты атаковали людей. Опять на месте бывшей бритамерской биолаборатории. Упыри выползли из каких-то щелей. Расконсервировались, что ли? Андрей пока решил сделать разведывательную вылазку, чтобы оценить масштаб бедствия.
Она подбежала к мужу и чмокнула его в лоб. Он, наконец, пришёл в себя и крикнул:
– Без тебя никак?
– Никак. Андрею нужна страховка на случай, если эти твари заражены беснёй. Придётся звать на помощь архангела Михаила. Помолись за нас.
Она побежала к воротам. Царь, накинув на плечи пальто, поспешил за ней. У КПП уже ждала специализированная боевая группа во главе с Огневым, в которую вошли стрелки, медик и связист.
Коротко посовещались. Андрей, поприветствовав монарха, сказал:
– Сигнал подал мальчишка лет десяти. Прислал видео и пропал. Наши ребята вычислили геолокацию. На картинке – обезьяноподобные монстры метра три в холке. Они жрут стадо коров, которое разминалось на выгуле. Люди попрятались в погреба. Я переживаю за мальчика. Он сделал видос с чердака. Успел ли в укрытие? Со спутника видно, что мутанты уже доедают коров. Гляньте.
Романов обозрел, передал Марье. Она скосила глаза в смотрофон и отвернулась. Андрей спросил:
– Марья, есть мысли?
– Это гибриды. Думаю, гориллы и орангутаны с человеческими генами. Пальцы видел? Эти твари отлично орудуют передними конечностями. Туши ножами умело разделали и нарезали. Андрей, перед их истреблением дашь мне пять минут для сканирования или общения?
Романов тут же отрицательно покачал головой и мигнул Огневу.
– Три минуты, – упрямо повторила Марья. – Только так мы узнаем масштаб бедствия. А если их под землёй образовалась целая популяция, а эти четверо – разведчики?
– Государь, – сдался патриарх, – под мою ответственность! Ликвидируем мы их быстро, но инфу сможем вытащить только из живых.
– Оставьте одного, из него вытащите, а потом и его зачистите. Я не допущу угрозы вам и населению.
– Резонно. Так и сделаем.
Коротко перебросившись фразами с полковником Егором Рублёвым, командиром спецушников, группа попрощалась с царём и, крутанувшись, исчезла, сбив вихревым потоком снег с крыши КПП и ближайших деревьев.
Царь тут же отправился в алтарную и преклонил в молитве колени, прося у Бога помощи своим людям. От переживаний за Марью у него начался нервный тик и напала икота.
А в предгорье Карпат, на месте зловещих экспериментов нелюдей над живыми существами, некогда проводившихся тут, заканчивался пир монстров.
Группа успела вовремя: мутанты оставили себе на закуску изловленного ими в пустой деревне мальчика. Ребёнок в клетчатой курточке и спортивных штанишках сидел поодаль на снегу, связанный кишками коровы, и от страха и холода сильно трясся.
Незнамо откуда появившаяся рядом с монстрами группа военных так поразила мальчонку, что он враз перестал дрожать и приободрился. Царицу и премьера-патриарха он сразу узнал по картинкам в учебнике по истории России. Изловчившись, разгрыз зубами требуху, вытер руки о штаны, вытащил из кармана смотрофон, спрятался за куст и принялся снимать.
Андрей, воспользовавшись вызванным у сытых чудищ шоком, зычным басом повелительно крикнул: «Эй, лук эт ми!»
Те вылупились на крикнувшего. Огнев поймал взгляд каждого и по очереди обездвижил всех четырёх.
Марья тут же подлетела к самому крупному, вскочила на его голову, присела и стала водить рукой над его макушкой. Через минуту перемахнула на следующего, и так просканировала всех.
Спеназовцы каждого исследованного испепеляли из бластеров.
Самого низкорослого, с длинными волосами и цветной шалью на плечах, не тронули: Марья попросила ещё немного времени для его изучения.
И тут десантники увидели высунувшегося из кустов мальчишку. Он совсем замёрз и отстукивал зубами морзянку. Пацан успел отослать видос в сеть, а потом свалился в снег, вскочил и бросился наутёк.
Андрей догнал его и передал врачу для оказания первой медицинской помощи. Когда смельчака привели в порядок и напоили горячим бульоном из термоса, один из стрелков переместил его в деревню, где успокоил жителей, а также передал просьбу здешнему начальству никого на место происшествия не пускать.
Спецназовцы вбили вокруг побоища колья и обвязали оградительной сигнальной лентой.
Последнего из упырей Марья читала минут двадцать. Не переставая плакала и вытирала рукавом слёзы. Она что-то прошептала монстру на ухо, закрыла ему глаза и ушла подальше, чтобы выреветься и не видеть его гибели.
Огнев подошёл к Марье, она упала ему на грудь и, захлёбываясь слезами, запричитала: «Андрюшенька! Бедные, бедные, бедные мутанты! Они были людьми. Их подростками в одном из балканских городков похитили бритамеры, надругались над ними и затем продали в лабораторию на опыты. Нет смысла расшифровывать, как были созданы ужасные гибриды. Практической ценности эти знания не несут. Я помолилась за несчастных. Последним монстром была девочка. Она сообщила мне, что все четверо очень страдали. Таких гибридов в подземелье было не менее тридцати, все погибли от голода. Четверо остались в живых, потому что подворовывали ночами по мелочи, а тут прокололись. Деревенского мальчика они взяли к себе поиграть. Я пообещала ей, что она попадёт в рай и больше никогда не вспомнит страшное прошлое. Что в будущем родится прекрасной девочкой в очень хорошей семье, где все будут её любить.
– Как её звали?
– Даница.
– Утренняя заря по-старославянски…
Группа дождалась силовиков и медиков, прошла осмотр и затем тэпнулась обратно. У ворот «Берёз» все обнялись. Андрей поблагодарил царицу и ребят за оперативность и отвагу. Сказал, что всех представит в наградам.
Когда спецназ отбыл, Андрей обнял Марью.
– Служи царю, милая. А я продолжу жить неподалёку и беззвучно тебя любить.
– Что бы хотел услышать?
– Обещание быть радостной.
– Жалко тех четырёх.
– Марья, мы освободили их от ненавистных оболочек. Теперь они в качестве мучеников родятся в гармоничных телах. Или что? Думаешь, та девочка…
– Я пообещала ей, что она будет моей и твоей дочкой.
– Ну дела… Огорошила. Но я буду рад.
– Чему ты будешь рад, владыко? – спросил подошедший царь.
– Тому, что Марья обещает быть тебе хорошей женой.
– Я видел ваш подвиг, он выложен в инете. И вся планета увидела вашу сверхсекретную операцию. Пацанёнок Лёвка выложил. Радов уже вычищает этот ролик. Что ж, молодцы. Спасибо за службу, Андрей, дорогой! Поощрю! Марья, домой!
Продолжение Глава 172.
Подпишись, если мы на одной волне.
Копирование и использование текста без согласия автора наказывается законом (ст. 146 УК РФ). Перепост приветствуется.
Наталия Дашевская